Проклятый граф. Том Iii. Тайна баронета

5

Огромное ярко-желтое солнце, совершенно ненастоящее, словно вырезанное из какого-нибудь фильма и приклеенное к не менее ненастоящему небу, заливало безжалостно слепящим светом невероятных размеров пустынное поле. Редкие пучки травы, кое-где виднеющиеся на потрескавшейся от жара земле, уже пожухли, пожелтели от недостатка влаги и как будто бы подчеркивали своей безжизненностью страшную жару этой пустыни.

Посреди бескрайнего поля возвышался холм, гигантский по своим размерам, но в масштабах этой пустоши кажущийся маленьким, совершенно крохотным. Ни души, никого и ничего не было видно вокруг, ни звери, ни птицы не смели нарушить покой этого места и, казалось, никогда бы и не осмелились сделать это. Только безмолвие, тишина, дрожащая в раскаленном воздухе слабой, неверной дымкой, окутывала холм, храня его вечный сон.

Где-то вдалеке, на самом горизонте, спасительным зеленым пятнышком виднелся оазис, крошечный кусочек леса, однако, находился он столь далеко, что самая мысль о необходимости добираться до этой зелени навевала ужас и невольное желание сдаться, отдавая себя на милость всемогущей стихии.

Молодые люди, очутившееся в самой сердцевине этого воплощения земного Ада, прямо у подножия холма, недоуменно огляделись. Никто, ни один из них решительно не понимал, где они находятся и, сдавалось, не знал и что они вообще делают здесь. Жестокое солнце, обрадованное появлением новых жертв, как будто усилило свой жар, и неожиданные пришельцы принялись обмахиваться руками.

Молодой высокий блондин расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки; мужчина с волнистыми волосами до плеч оттянул ворот футболки, глубоко вздыхая. Другой мужчина, брюнет, ростом не уступающий блондину, передернул плечами и болезненно поморщился. В отличии от своих спутников, он был облачен в одни только штаны, и сейчас, босой, полуголый, должен был бы чувствовать себя на солнцепеке несколько лучше, чем они. Однако, солнце, горячее, раскаленное, так безжалостно касалось его обнаженной кожи, что мужчина невольно забеспокоился, как бы не заработать как минимум солнечный удар, или как максимум ожог.

Лохматый шатен, одетый, пожалуй, теплее всех, виновато огляделся и, обреченно вздохнув, стянул пиджак, перекидывая его через руку.

Девушка, подняв ладонь и старательно заслоняясь ею от солнца, прищурилась, оглядываясь и, непонимающе хмурясь, перевела взгляд на своих спутников. Изящный браслет на ее руке, выполненный в виде гибкого кошачьего тельца, согнутого кольцом, украшенный черным камнем, ярко сверкнул, отражая солнечный луч. Камень, поймав его, слегка потемнел, но тут же будто бы озарился изнутри, поглотив яркий свет.

- Искренне надеюсь, что мы находимся здесь все-таки не в материальном виде, - девушка вздохнула и, опустив руку, устремила задумчивый взгляд на браслет, обращаясь уже скорее к нему, - Ибо солнце явно полагает иначе…

- Браслет в нормальном положении? – один из ее спутников, пытаясь собрать длинные волосы в подобие хвоста, удерживаемого рукой, вопросительно воздел бровь. Собеседница его утвердительно кивнула, и он равнодушно пожал плечами.

- Ну и все, значит, все так, как и должно быть. Ну… или почти так, - он перевел взгляд на шатена, на лице которого все отчетливее и отчетливее проступала вина, - Ибо я что-то не вижу тут главных героев драмы.

- Да и воспоминания мои начинались как-то… не совсем так, - растерянно откликнулся полуобнаженный брюнет, окидывая взглядом окружающее пространство, - Дэйв, ты уверен, что закинул нас туда, куда нужно?

- Ни в чью другую память отправить нас я бы не смог, - мрачновато буркнул в ответ шатен и, насупившись, ковырнул мыском ботинка сухую землю, - Я просто… немного… - он замялся, вздохнул, затем опустил голову ниже, - Чуть-чуть промахнулся. Мы… капельку раньше по времени, чем надо, - он бросил на обратившегося к нему виноватый взгляд и тихонько прибавил, - Прости, Ричард…

- Так и мы что, ничего не увидим? – Ричард непонимающе нахмурился и, начиная постепенно ощущать собственное бессилие в этой беседе, оглянулся на второго из хранителей памяти, присутствующего здесь. Тот успокаивающе махнул рукой.

- Без паники, друг мой. Память в наших руках – это дверь, открывающая доступ к событиям определенного периода времени. Сам хозяин, пребывая вот так в собственных воспоминаниях вполне может увидеть что-то, о чем некогда не имел даже понятия. Не зря хранители памяти открывают двери… Мы – воспоминания о будущем, пребывающие ныне в прошлом. Мы все увидим, только придется немного подождать.

На несколько мгновений повисла тишина. Изречения старшего из хранителей памяти были столь странны, так запутанны и тяжелы для понимания, что для осознания их требовалось некоторое количество времени.

- То есть, ты хочешь сказать… - неуверенно начала, спустя несколько мгновений, девушка, периодически поглядывая на хмурящегося блондина, - Что, если мы возьмем воспоминания, допустим, Эрика, то ты, как его… пусть бывший, но все же хранитель памяти, можешь открыть нам проход в восемнадцатый век? И нам там необязательно будет находиться рядом с Эриком, мы сможем гулять, куда захотим?

- О, так тебе все же понравилась наша прошлая прогулка по средневековому Парижу? – длинноволосый мужчина, известный читателю, как Винсент де ля Бош, каверзно прищурился, ехидно ухмыляясь, - Пробелы в твоем культурном воспитании были восполнены?

Татьяна помрачнела. Воспоминания ее о путешествии в память Эрика, о их с Винсентом совместном дефиле по улочке Парижа, где ей на голову едва не вывалили кучу очисток, были не то, чтобы особенно свежи, однако же, все еще достаточно ярки и не вызывали слишком приятных ощущений.

- Более чем, - буркнула девушка и, желая отвлечься от неприятной темы, с легким неодобрительным вздохом покосилась на вглядывающегося вдаль Ричарда. На левом плече его все еще явственно проступал след от недавнего пулевого ранения и, как бы мужчина не хорохорился, было очевидно, что дискомфорт он все-таки испытывает – левой рукой он двигал не так свободно, как правой. И, тем не менее, не преминул приставить именно эту ладонь козырьком к глазам, всматриваясь в плохо различимую среди жаркого марева точку вдали.