Прощение

Глава 3

Доктор, кивнув головой в кресло, выдержал паузу, пока ожидал когда Витольд присядет туда.

- Значит, слушай. Девочка не несет угрозы нашему миру. Потому что Богиня ее признала. Эльза, повернись и покажи, что у тебя за левым ухом, - меня это испугало, я уже успела себе накрутить в голове от дырки до какого-то насекомого, - Как видишь, татуировка есть и заметь, она аналогична твоей, только с некоторыми отличиями. То есть ты видишь перед собой твоего будущего противника. Она может возглавить гильдию защитников, если Кирман умрет, но поверь ему остались считанные месяцы. Богиня его не любит, из-за чего он медленно гаснет, - Мас снова выдержал драматическую паузу, при этом смотрел на меня, я не хотела дальше слушать это все. Единственным желанием было попасть скорее домой, - Я думаю, ты прекрасно осознаешь, что твоя задача – обучить её, по одной простой причине, она попала к тебе в дом. Как ты знаешь, Богиня оставила в рукописи только одно пожелание, в котором написаны такие слова: «Если путник не из моего мира попадет в твой дом – помоги». Ты сам помнишь по истории, что случалось с людьми, которые не исполняли этого пожелания. Они сгорали в синем огне.

- Что ты несешь, Мас? Почему я должен помогать какой-то убийце? Я один раз помог и вспомни, чего мне это стоило! – начал орать Верховный судья.

- Витольд, ты должен помочь, - я заметила, как начинал злиться Мас.

- Я никому ничего не должен! Разве, что отправлять таких как она на рудники, - темноволосый мужчина вскочил с кресла, опрокинув его и начал ходить по комнате кругами.

- Вит, не нужно ровнять одного человека ко всем. Не она убила твою беременную жену! Не она сыпала яд в бокал с водой. Не она соблазняла тебя. Не она сыпала тебе в вино афродизиак и обнаженная лежала в постели, загнав Камелию в гардеробную, чтобы подтвердить, что ты ей не верен.

Я не успела заметить, как Витольд подскочил к доктору, вырвав его из кресла, чуть приподнял и прошипел:

- Закрой свой рот! Иначе я за себя не ручаюсь. Не смей вообще вспоминать Камелию. Это ты ее не спас, - в глазах Верховного судьи была злость и боль.

- Я не в силах вернуть мертвых в мир живых, каким бы я целителем не был бы. На все воля Богини, - Мас был спокоен, словно ему все равно.

Витольд отпихнул от себя доктора и ногой впечатал ему в живот, тот отлетел к тумбе с вазой. Я видела, что Верховный судья хочет ударить еще раз, но подскочила к нему, схватив за ворот рубашки, начала трясти.

- Стой! Не нужно быть ни в чем невиновного человека. Каждый живет столько сколько ему дано. Я сочувствую тебе, но тем, что ты его ударишь, твоя жена не вернется.

Глаза Витольда будто заволокло черной пеленой, он схватил меня за волосы и откинул, хорошо, что к кровати. Было обидно и больно. Но я была бы не я, если осталась сидеть на кровати. Годы русского рукопашного боя не прошли зря. И выключив все эмоции, включила только разум, подскочила к бешеному мужчине и скрутила его, сначала ударив по коленной чашечке, заставив упасть на колено, а после успела схватить руку, которой он хотел меня ударить, и завела резко назад. Витольд рухнул на живот.

Я увидела, что Мас уже очнулся и крикнула:

- Дай мне что-то, чтобы я смогла перевязать его руки. Ему нужно время успокоиться.

До доктора мои слова не дошли, повторив свою просьбу, поняла, что некоторым нужно говорить несколько раз.

- Отпусти меня! Как только выберусь из твоего захвата, я тебя убью. Слишком много ты себе позволяешь, оборванка, - Верховный судья не хотел успокаиваться и мне пришлось применить другой прием, обхватить его горло рукой, - После этого, я тебя буду долго убивать. Не заслужила быстрой смерти.

- Если человек не понимает словесно, то успокоить его можно физически, а можно упокоить. Сейчас ты в моих руках и поверь, одно легкое движение моей руки и ты труп. И  никто не докажет, что это была я. За сегодня ты мне вытрепал нервы очень сильно, а еще я не люблю, когда мне закрывают рот. Поэтому, ставлю условие – хочешь жить, будь добр, прикрой рот и успокойся.

Слава богам, прибежал Мас, держа в руках веревку. Совершив пару махинаций и затянув тугой узел на его руках, сказала доктору:

- Надеюсь, что снотворное у тебя есть, - дальше объяснений не требовалось.

Мас подскочил к Витольду, прикоснулся к вискам и тот выключился. Я слезла с мужчины и устало вздохнула потому, что не очень легко удерживать вечно дергающего Верховного судью.

- Откуда у тебя эти навыки? – спросил лекарь, потирая затылок, которым он ударился.

- Я с одиннадцати лет занималась рукопашным боем. Сколько он будет в отключке?

- Приблизительно полчаса. Как ты себя чувствуешь?

- Отлично, спасибо твоему лечению, - я действительно чувствовала себя так, только была уставшей и физически и морально, - Тут есть нормальные условия, чтобы можно принять ванную? Потому что я понимаю, что когда он очнется, мы будем либо дальше его успокаивать, либо пытаться спокойно разговаривать.

Мас объяснил, как пользоваться ванной и показал двери, где находится заветное место. Не став тратить времени, заглянула в гардеробную, взяла вещи, косметику и пошла, смывать с себя грязь и весь этот день.

 Когда я зашла, то моя челюсть была примерно на уровне плинтуса, от удивления. Это было джакузи в полу, то есть похоже на маленький бассейн. Скинув нижнее белье, я подошла к этому произведению искусства забралась туда и вспомнила, что должна прикоснуться к круглой выпуклости и отрегулировать теплоту воды.

Прикоснувшись к голубому камню, увидела, что он загорелся, из него вылезли еще выпуклости. Половинка камня была освещена от белого к синему цвету, а вторая от оранжевого к алому. Решила попробовать нажать на выпуклость, которая вела к апельсиновому цвету и прогадала, начала набирать вода, она была слегка теплой.

Когда вода доходила почти до краев, я снова нажала на выпуклость. Окунулась с головой в воду, задержав дыхание, так лежала, пока легкие не стали гореть огнем. Вынырнув, почувствовала облегчение. Пока мылась, думала о тех словах, которые говорил Мас Витольду. Мне казалось, что все это сплошной бред. Я не совсем понимала, кто такие защитники, скорее всего адвокаты как в моем мире. Только самое смешное то, что я оканчивала адвокатуру и через месяц должна была лететь вместе с Даниилом в Нью-Йорк, чтобы занять должность под крылом отца.