Просроченное завтра

Размер шрифта: - +

Глава 9 "Это роль ругательная"

Макс пытался растворить проблемы в музыке, но недовольные струны скрипели, и Витя в перерыве подошёл узнать, в чём дело, а Макс и сам не знал. Полина не выходила из головы — о чём теперь она хочет говорить с ним? Очередное чтение стихов? Нет, он пас. Он шёл в артистический подвальчик, чтобы впечатлить её. Чтобы она увидела за обшарпанным фасадом потенциал. Да, он не просто так насилует который год гитару. Он хочет, чтобы она приносила деньги. Много не надо. Только столько, чтобы женщине, которая ему нравится, было достаточно для того, чтобы она оборачивалась на дверь его комнаты, когда выходит из дома. Пока только он проверяет наличие её тапочек.

Макс со злости чуть не выдернул шнур. Он потянул сильнее — теперь можно присесть подле колонки и отвернуться от Вити и всех остальных. Он сейчас возьмёт себя в руки и прекратит лажать. Надоело! Всё надоело! Он не будет больше думать о Полине. Он на неё не заработал, а когда заработает, она уже замуж выйдет. Да и что в ней особенного? Глаза? А кто-то находит таких девок уродинами. Может, Полина некрасива? Да, да, она крокодил, а в глаза ей родители спички вставили и вынуть забыли. Всё! Баста!

— Ты чего?

Макс обернулся к Вите и поднялся от колонки.

— Да так, с сестрой проблемы, — соврал Макс.

— Не загоняйся! Работу нашла, да так быстро. Порадуйся!

Это Витя может не загоняться. Они с Ольгой поженились, когда у них угла даже не было — полгода у её родителей жили, полгода — у его, а недавно бабка преставилась, и у них появилась однушка, где группа и репетирует теперь. Макс прошёлся по струнам — не фонит. А у него что? Комната, пока с бабкой не поругался. Так с такими соседями никого всё равно не приведёшь, поедом заедят. Да и вести некого. На улице знакомятся… Дурак этот Станислав какой-то… Но, главное, чтобы сам на работе не знакомился… Эта дура не расскажет. Год была с Серёгой, а он даже не догадывался. Чёрт! Перетянул струну, пришлось отпустить… Отпустить бы так нервы. Ну не будет же он до старости сестру пасти. Эта Марина его, кажется, старше, а этот придурок к ней в постель лезет…

Макс прикрыл глаза. Только пусть попробует подкатить к Алёнке. У него кулак тоже есть, и плевать на галстук! Салфеточку, как говорится, можно и потуже затянуть. Только бы сама Алёнка ничего не выкинула, но станешь её каждый вечер пытать про работу, сестра вообще закроется. С Серёгой пришла ведь к нему, пусть и поздно, так и с этим придурком придёт, если что!

Макс старался, как на экзамене, и к концу выступления был весь мокрый. Витя предложил подвезти, но зачем… Он прогуляется. Хотя всего Невского не хватит, чтобы успокоить нервы. Наверное, так и начинают пить, и так спиваются… Купить «Джин-тоник»? Нет. Толку не будет, и денег жалко. Как и на курево. Макс сунул в рот сигарету, поклявшись себе, что она будет последней на сегодня. Неужели у него совсем нет выдержки? Совсем…

Он шагал быстро. Людей и машин не замечал. Но на Аничковом мосту остановился и глянул в воду — интересно, вот так и топятся? Просто так идут и вдруг — а пошло всё в… — и прыгают. Прыгнуть спланировано невозможно. Сразу будешь думать, а какого тогда старался пережить вчера… Идиотские мысли… К чёрту грёбаное сегодня! Завтра будет другое. Будет Берлин. Он обязательно будет. С Антоном или без него, по…

Макс вытащил пачку, но тут же сунул в карман. Потёр нос и поморщился от запаха табака, но вытирать руки о куртку бесполезно. Он свернул на набережную и спустился к воде. Вода ледяная. Впрочем в их речке тоже не фонтан! Но завтра он в неё окунётся с головой, а то мозги закипели от этих баб… Вот не сиделось Алёнке с матерью, не сиделось!

Макс вытер руки о джинсы, поправил за спиной гитару и зашагал дальше. Только бы сестра спала! Он не хочет ничего знать про её первый рабочий день. Ему достаточно, чем грузиться. Но ведь расскажет сама, или он из вежливости начнёт спрашивать. А лучше приберечь вопросы до электрички. Как же не хочется ехать — какого надо врать матери про вечерний?

Он шагнул в подъезд. Снова темно, а он даже не вспомнил про лампочку. Тишина. Только шаги бум-бум… И…

— Полина?

Серый силуэт в окне тут же подтянул повыше ноги. Подоконник грязный. Чего она на нём сидит? Да и вообще чего сидит…

— Ты будешь курить?

Она подняла над головой руку, но не дотянулась до форточки.

— Не буду. Я бросаю, — соврал Макс.

— Давно пора.

Полина спустила ноги, и Макс увидел, что она босая. Тапочки лежали почти под его ботинками — она, наверное, скинула их, уже сидя на подоконнике. Он нагнулся за ними, и Полина с благодарностью взяла их и обулась. На ней джинсы и свитер — видимо, вышла не случайно. Оделась, чтобы не замёрзнуть.

— Посидишь со мной?

Полина похлопала рукой по подоконнику. Макс хотел сесть и ударился гитарой о стену. Дурак! Он вообще перестал чувствовать даже ботинки. Под ногами точно вырос мох и щекотал ступни — потому он, как идиот, улыбался.

— Садись! — повторила Полина громким шёпотом, который доступен только актёрам. — Я тебя уже час жду.

— Меня?

Макс с трудом сумел прислонить чехол с гитарой к стене.

— Не, дядю Васю со второго подъезда, наверное! — уже в голос усмехнулась Полина. — Садись!

Он сел и впервые понял какие маленькие здесь окна — подоконник не рассчитан на двух человек. Во всяком случае, на двоих посторонних…

— Чего ты хотела? — спросил Макс и, раздосадованный звонкими нотками в голосе тут же кашлянул, будто горло прочищал.

Полина лишь улыбнулась. Макс уставился на её болтающиеся тапочки. И вдруг Полина подалась вперёд и запела:



Ольга Горышина

Отредактировано: 15.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться