Просроченное завтра

Размер шрифта: - +

Глава 15 "На круги своя"

Алёна так и не нашла возможности признаться Эльвире, что передумала замещать её на время американских каникул — и насовсем тем более. Никакого экономического факультета, оплаченного фирмой «Ева», ей не надо. Она не поставит подпись на контракте ни четвёртого декабря, ни… Никогда! До рокового дня оставалось чуть меньше трёх недель — в условиях кризиса найти настоящего бухгалтера можно по щелчку пальцев. И такой же щелчок, только по носу, получит от судьбы она сама — ничего на блюдечке с голубой каёмочкой ей с этих пор не будет. Всё сама. Пусть работу и не найти, но вот курсы никто не отменял. Она послушалась Александра Сергеевича и осталась при зелёных. Теперь денег даже больше, чем требуется, хотя из зарплаты прошлого месяца она отдала почти всё тёте Маше на продукты, потому что снова понадобилось как-то ужинать, и маме, потому что учеников вне школы у той не осталось.

Алёна сомневалась, что увидит зарплату за ноябрь… И маленький злобный тролль, засевший глубоко в сердце, уговаривал повременить с не очень приятной для господина Светлова новостью. Как в том августе он, так и она сообщит пренеприятнейшее известие после протянутого конверта.

Зазвонил телефон. По выражению лица Эльвиры Алёна чётко научилась определять звонящего. С сыном она теперь говорила исключительно на финансовые темы, и надобность ретироваться в кухню отпала сама собой. Тайн за семью печатями в семье Светловых, похоже, не осталось. Однако в этот раз что-то пошло не так.

— И ты сообщаешь мне это по телефону! — вскричала Эльвира. — Ну да, конечно! Я и в трубку могу сказать, что ты дурак и размазня!

Уйти Алёна не могла — она поменялась с Эльвирой местами и оказалась запертой в углу. Хозяйка скомкала лист бумаги с многочисленными расчётами и прорычала:

— Ты предлагаешь мне лететь через Стамбул? — Последовала пауза. — А как тогда ты себе представляешь… Выходит, по-твоему, я могу уехать, не повидавшись с внучкой?

Эльвира швырнула бумажный шарик в корзину для бумаг с точностью заправского баскетболиста. Алёна вжалась в спинку кресла. Хотелось закрыть и глаза, и уши, но возможности сделать это не было никакой.

— Саша, прекрати выгораживать эту дуру. Ты можешь врать, кому угодно, но не мне. В здравом уме ты бы её туда не отпустил и уж тем более не позволил бы держать ребёнка до самых морозов.

Эльвира потрясла трубкой, точно желала вытряхнуть звонящего под свои очи.

— Не нужно иметь медицинского образования, достаточно здравого смысла, чтобы понять, что ребёнок серьёзно заболеет из-за резкой смены лета на зиму. У твоей Оксаны его, видимо, нет! Для чего она ехала… Да хоть до мая теперь! Мне-то откуда знать?! Почему вообще это должна решать я? Кто тут муж и отец? — она сжала губы. — Ты напомни это не мне, а своей Оксане, пожалуйста! Саша, хватит! Я не хочу это больше слушать!

Телефон пикнул, и трубка ударилась о базу. Эльвира откинулась на подголовник кресла и прикрыла глаза.

— Он был до неё нормальным парнем. Абсолютно нормальным. Что эта сучка с ним сотворила! Что в ней такого?!

Этот вопрос не был риторическим — Эльвира задала его, глядя на Алёну в упор. Сжавшись ещё сильнее, та ответила:

— Оксана очень красивая.

— И что? Погулял, бросил, другую нашёл. Жениться-то зачем!

Алёна не знала, что добавить, да даже составь она об Оксане хоть какое-то мнение, она бы держала его при себе. Как и мнения о Саше Светлове. Эти люди её не касаются. Совсем. Это была случайная и ненужная никому встреча.

Эльвира всё не успокаивалась и сумела вернуться к уроку лишь спустя полчаса. Однако закончить его не смогла, потому что без предупреждения к ней вломился отфутболенный по телефону сын.

Алёна точно приклеилась к креслу. Поскорее б он ушёл! Мать вряд ли оставит его на запоздалый воскресный обед. Но дверь всё не хлопала и не хлопала. Алёна смотрела в экран, чувствуя, как от напряжения леденеют пальцы. Только бы ушёл! Только бы ушёл! Выходить к нему лишнее. Пусть наговорится с матерью. Эльвира мастер швырять трубки, но сына взашей никогда не вытолкает. Предупреди Александр о своём приезде, Алёна бы с радостью сбежала, не говоря ему даже «здрасьте». Но пришлось сказать, когда тот распахнул дверь в кабинет.

— В воскресенье никто не учится! — отрезал он вместо приветствия. — Я отвезу тебя домой.

Алёна не успела сказать «нет». За неё это сделала вошедшая следом Эльвира, но сын остался непреклонен.

— Вот в этой части дома, — Александр ткнул пальцем в компьютер. — Последнее слово за генеральным директором, то есть за мной. И ты не будешь диктовать мне условия…

Алёна осталась сидеть, не в силах видеть лица обоих — бледные, с дрожащими губами… У Эльвиры глаза блестели, а его глаз она не видела. Но достаточно было сжатого кулака.

— Мам, на улице страшный дубак. Я даже свитер надел.

Алёна действительно впервые, за исключением той субботы, видела господина Светлова не в костюме. Только джинсы, рубашка без галстука и грубой вязки свитер не молодили его, а наоборот даже состарили. Похоже, этой ночью он совсем плохо спал.

— Если уж я приехал к тебе, то отвезу Лену домой, — продолжал он, глядя на мать. — Хоть какой-то прок от сожжённого бензина. Лена, шевелись!

— У нас урок, — процедила Эльвира сквозь зубы.

Александр зло расхохотался, но тут же оборвал смех и нетерпеливо махнул рукой, чтобы Алёна наконец поднялась.

— Какой из тебя сейчас учитель! Выпей валерьянки, — бросил он матери. — Или лучше коньяка. И если решишься, я куплю тебе билет и отвезу в аэропорт. Если же нет, то не конопать мне мозги.
Алёна смущённо опустила глаза, чтобы не встречаться с Эльвирой взглядом, и попыталась обойти Александра, но его рука всё равно успела опуститься ей на спину. Какое счастье, что они сделали её свидетельницей семейной ссоры — иначе бы пришлось объяснять причину пылающих щёк.



Ольга Горышина

Отредактировано: 20.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться