Просроченное завтра

Размер шрифта: - +

Глава 7 "Мы новый мир построим"

Алёна не чувствовала ног, когда приняла протянутую Александром руку, чтобы выйти из его машины. На плоской подошве босоножек она шаталась, точно на тонюсенькой шпильке. Голова кружилась от знакомого сладкого аромата, который наполнял не только душный салон, но и всю улицу. Три шага до двери. Или пять… Не имело значения, прыгать в пропасть с разбега или подходить к ней лилипутскими шажками. Она знала, что отказать Саше будет сложно, но не предполагала, что этому действию воспротивится всё её естество. Она увязла в паучьих сетях его рук, как только оказалась за тонированными стёклами БМВ. Она знала, чем всё закончится ещё в офисе, когда Александр сообщил Паше с Катей, что у них дела в налоговой, и он вернётся только к шести, чтобы сдать офис под охрану.

 Щёлкнул замок, и силы окончательно покинули Алёну. Она повисла на шее Александра гуттаперчевой куклой. Он медлил, вглядываясь в зажатое в его ладонях лицо, будто за месяц у неё изменился цвет глаз или форма губ. Он не изменился, если только обзавёлся парой-тройкой новых морщинок.

— Скажи, что ты скучала по мне.

Его большие пальцы лежали в уголках её губ, растягивая их в счастливой улыбке или превращая в человека, который смеётся.

— Я скучала, — едва сумела выдохнуть она, пытаясь обрести равновесие на ватных ногах.

Однако потеряла последняя опору. Александр поднял её чуть ли не до самого потолка и уткнулся носом в вырез блузки, точно зажмурился от контраста белоснежной синтетики и загорелой кожи.

— Леночка…

Он полной грудью вдохнул аромат подаренных им духов и оставил на напряжённой шее мокрый след языком, чтобы наконец сомкнуть губы на призывно дрожащей губе. Потом сделал шаг к аккуратно застеленной гостиничной кровати и вдруг опустил Алёну на пол и ухватился за мелкие пуговицы блузки, срывая с них петельки одну за другой до последней. Затем распахнул шкаф и повесил блузку на плечики. С обеих сторон почётным караулом повисли пиджак и рубашка.

Алёна так и осталась в юбке, не в силах отвести глаз от дёргающихся лопаток Александра. Одежда останется такой же идеальной, как и у тех, кто действительно послеобеденный час провёл с налоговиками, а не в постели. Он никогда не теряет головы, даже когда с протяжным стоном падает ею на её острое плечо. Она знала все его движения от кошачьих до тигриных, и тело помнило, как надо на них отзываться. Она примяла ухом мягкие завитки на его груди, вслушиваясь в давно уже ровное биение сердца, которое не в силах было перебить её собственное зашедшееся заячьим страхом сердце — что она наделала? Что! Как можно было вновь пустить его в свою жизнь… А разве возможно встречаться с этими руками через тонкий лист договоров и только?

Александр перекинул руку через её плечо, и перед глазами сверкнуло кольцо. Алёна зажмурилась и со всё ещё закрытыми глазами услышала:

— Возьми из пиджака сигарету и зажигалку.

Не в силах преодолеть приятную полудрёму, Алёна не двинулась, зная, что в ожидании волшебного слова можно выиграть пару приятных секунд спокойной близости, но вместо «пожалуйста» получила шлепок.

— Можешь поторопиться?

Кожа горела — Александр явно не рассчитал силу удара, но растирать у него на глазах ягодицу было стыдно. Алёна подпрыгнула к шкафу и вытащила из пачки сигарету и зажигалку.

— А ты никогда не думал бросить курить? — спросила она при виде его протянутой руки.

— Танталовы муки решила мне устроить?! — почти выкрикнул Александр, выхватив из дрожащих пальцев сигарету, а следом и зажигалку. — У меня сегодня настроение совсем не философское, — добавил он, прикурив, и швырнул ей в руки зажигалку.

Алёна поймала её и вернулась к шкафу.

— Полежи со мной, как раньше. Хватит мельтешить перед глазами.

Она покорно легла поверх одеяла, хотя и понимала, что для неё на сегодня сказка закончилась. Остаётся лишь покорно ждать, когда он докурит и подбросит её до метро. Возвращаться с ним в офис опасно — она плохой игрок в покер и выдаст их с головой.

 Александр между затяжками принялся наглаживать ей руку.

— А это что такое? — его пальцы неожиданно замерли на синяке возле вены, и он сел, уставившись ей в лицо сверху вниз: — Ты что, колешься? Рехнулась?

Его рука скользнула вверх по груди, и Алёна, испугавшись, что Саша сейчас схватит её за шею, забралась с ногами на подушку.

— Это след от капельницы! — едва дыша от страха прошептала она.

Его рука упала на мятую простыню.

— Какая к чёрту капельница?

Он прожигал её взглядом, и Алёна не стала даже пытаться придумать правдоподобную ложь. Александр затушил сигарету и придвинулся ближе к сжавшейся любовнице.

— Ты почему не позвонила из больницы?

Алёна нервно повела плечами.

— А что, ты бы прилетел?

Она пролепетала это от безысходности, не желая задеть, но Александр ударил кулаком по матрасу и вскочил с кровати. Его вид был настолько грозен, что Алёна даже забыла, что он голый.

— Это моё дело, что делать! Потребовалось бы, прилетел! — он отвернулся, тяжело дыша. — Я, по-твоему, бессердечная тварь? — Александр обернулся со сжатыми кулаками. — Я вообще-то не с резиновой куклой трахаюсь. По-твоему, я ничего к тебе не чувствую? Думаешь, мне на тебя плевать? Да я на стенку лез от мысли, что ты променяла меня на Стаса! Где там твой Серёжа? Что с ним стряслось?

Алёна прикрыла глаза, но тут же открыла.

— Не знаю. Я домой не езжу. Он не позвонил. Наверное, это конец.

Алёна совершенно не испугалась не только спокойного тона, которым солгала про «срочника», но и тому, что никакое воспоминание о Серёге не всплыло в памяти. Настоящее было слишком ярким, чтобы нынешних героев коснулась тень жалкого мертвеца.



Ольга Горышина

Отредактировано: 20.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться