Простая терранка?

Размер шрифта: - +

глава 4

Последние слова он говорил мне уже на каком-то пустыре. Через мгновение его не было. Мы с тригли остались одни. Кругом ни души, ни живой, ни мертвой…. Почему-то очень захотелось есть, а вот об обеде я не позаботилась. Кошечки рванули с места и через пару минут принесли мне по свежей мышке. Побеспокоились о хлебе насущном, значит. Питаться мелкими грызунами мне как-то не улыбается, но не поблагодарить за заботу я не могла, поэтому почесала котят за ушами и отдала их добычу обратно. Не успела я глазом моргнуть, как мышей не стало. По-моему, тригли их проглотили не жуя. «Ну, хоть они сыты» - философски подумала я и направилась к видневшемуся вдалеке лесу. Пока ничего страшного не видно. Впрочем, Терра тоже совсем не такая ужасная, как ее представляют, а ведь ее вообще изолировали. Я шла, беспечно глазея по сторонам. Если быть до конца честной, то мне здесь даже нравилось – трава под ногами была неправдоподобно изумрудного цвета (дома я такого не встречала), а небо было бирюзовым. Зеленоватое солнце почти подошло к зениту, но все равно грело мягко, по вечернему. И по-прежнему никого. Такими темпами я не найду Дэна и за месяц. Сразу стало не до пейзажа. По дороге к лесу я все таки сняла с котят пижамки и теперь они свободно резвились в высокой траве, пугая бабочек и кузнечиков. Все -таки, если не брать во внимание некоторые различия в цвете, этот мир очень похож на Землю. Идти пришлось довольно долго – лес оказался дальше, чем мне сначала показалось. Когда до деревьев было подать рукой, тригли перестали беззаботно скакать вокруг меня. Они стали неслышно двигаться по обе стороны дороги – одна чуть впереди, другая также чуть позади меня. Настороженности или агрессии кошки не выказывали – что бы они ни учуяли, оно не представляет для меня опасности. Я все никак не могла придумать кошечкам имена (в том, что это именно кошки, а не коты, не было больше никаких сомнений). Некстати вспомнились слова Лекса о том, что котята пока еще не ядовитые. В тот момент я как-то не обратила на них внимания, а сейчас вдруг вспомнила. Ядовитые кошки – офигеть! Интересно, что у них за яд? Нет, все-таки временами я немного торможу! Вот почему было не спросить сразу, а?! Теперь вот буду голову ломать – узнать-то не у кого! С такими мыслями я вошла в лес. Котята сразу отдалились от тропинки глубже в заросли. Все-таки интересно: в поле была дорога, в лесу есть утоптанная тропинка, а кто протоптал?! Ну, не пойманные же кошками мыши и кузнечики! Тропа петляла между деревьями, уходя вглубь леса. Вообще-то странное место: какое-то прилизанное, нет ни сломанной ветки, ни засохшей травы, ни прелой листвы под корягами, да и самих коряг тоже нет и деревья все одно к одному – ровненькие, веточка к веточке. И уж совсем некстати на меня напала зевота, и потянуло в сон. Я как-то привыкла, что в отражениях не хочу спать, но совершенно упустила из вида, что мое тело при этом спокойненько дрыхло на кровати. А сегодня я путешествую одним целым, а дома, между прочим, глубоко за полночь. «Я, наверно, присяду на травке ненадолго, всего на минуточку, передохну и пойду дальше» - уговаривала я себя, располагаясь под деревом, - «вот глаза отдохнут, потом сразу пойду дальше».
Не знаю точно, сколько «минуточек» отдыхали мои глаза, но, когда я их открыла, было уже темно. Тригли мирно спали рядом. Я потрепала их по загривку:
- И как нас только никто не съел – подходи и бери тепленькими!
«Мы все слышим! Мы все знаем» - раздались в голове детские голосочки. Что ж, это успокаивает! Хоть кто-то из нас все знает, потому что лично я не знаю вообще ничего. В темноте идти было не так весело, к тому же я начала сомневаться, в том ли направлении я продвигаюсь. В ответ на мои мысли тригли успокаивающе замурлыкали. За прошедшие несколько часов я успела привыкнуть к их присутствию настолько, что с трудом представляла себя без них и голоса в голове уже не казались чем-то необычным. Интересно, а если я вернусь в свой мир, они перейдут вместе со мной? Ответа я не дождалась, хотя точно уверена, что они меня слышали.
Лес оказался небольшим. Это был даже не лес, а так, не особенно большая роща, сразу за которой я увидела несколько аккуратненьких, таких же неестественно прилизанных домиков. Почему-то они произвели на меня отталкивающее впечатление, но тропинка вела прямо к ним и я решилась подойти к ним. Внезапно мои котята зашипели, а в голове раздался целый хор незнакомых голосов: «Чужой! Нельзя допустить! Чужой! Чужой!».
Резкая боль согнула меня пополам, я упала на колени и зажала виски руками, но, естественно, это ничуть не спасало. Буль пульсировала в мозгу, накатывая волной с каждым словом, спрятаться от нее было некуда. И я начала злиться. Есть у меня такая неприятная для окружающих особенность – от боли я зверею на глазах, поэтому родители с самого детства не решались меня жалеть из-за разбитых коленок и локтей, чтобы не попасть под горячую руку. Чем больше я злилась, тем тише были голоса и слабее боль. В конце концов, они исчезли совсем и я злорадно (конечно, это было очень грубо с моей стороны, но ведь никто меня не видел) показала неизвестно кому стандартную комбинацию из трех пальцев, совершенно забыв при этом, к каким последствиям это привело в последний раз. Получилось весьма впечатляюще: ближайшие ко мне домики просто исчезли с тихим хлопком, оставив после себя кучку песка и совершенно не поврежденное содержимое в виде странного вида мебели и местных жителей, явно пребывающих в шоковом состоянии. Люди, а это были пусть немного странные, как и все вокруг, но все-таки люди, испуганно жались друг к другу. Я, вообще-то, человек отходчивый, как говорят на Земле – я не злопамятная, просто злая и у меня память хорошая. Правда, ко мне больше подходит выражение «отомщу – и прощу!», но этим, не знаю какое слово подобрать для описания (лучше всего подходит- гномам, но они при этом очень пропорционально сложены, да и мордашки у них вполне симпатичные), людям мстить не хотелось, да и тригли уже вполне спокойно прохаживались между оставшимися домами, не чувствуя никакой угрозы. В общем, я остыла и успокоилась. Тут же в голове возникла целая куча вопросов к аборигенам. Я поманила одного, на вид самого смышленого, пальцем. Он со страхом приблизился, теперь я увидела, что это ребенок. Я пригляделась к остальным – взрослых среди них не было.
- Ты меня понимаешь? – спросила я подошедшего почти вплотную мальчика. Он кивнул.- Отвечать можешь?
Снова утвердительный ответ.
- Зачем вы на меня напали? Где взрослые?
- Мы испугались! Мы не хотели, но, когда нам страшно, так получается! А взрослых нет, мы их видим очень редко и они все злые,- тихим шепотом сказал подросток, со страхом глядя на меня.
- Как же вы тут живете одни? – удивилась я,- должен же кто-то о вас заботиться, учить, кормить и одевать, в конце концов?!
Дети, слышавшие мои слова, посмотрели на меня, словно я сказала величайшую глупость:
- Взрослые должны заботиться!?! Да они только и могут все портить! От них не дождешься ничего хорошего. Каждый раз, когда они появляются, нам приходится прятаться или защищаться. В наших местах нет взрослых, они все живут на сумрачной стороне.
- А откуда же тогда здесь маленькие дети? – в ступоре поинтересовалась я,- без взрослых детей не бывает!
- С сумрачной стороны,- хмуро ответил мне мой собеседник,- каждую луну приходит транспорт с новорожденными. Малышей распределяют по деревням, где мы и растем. У нас есть специальные машины – Наставники, которые нас и воспитывают, одежду и пищу мы получаем у них же, так же, как и предписания на работы. Все, кто достигают первой возрастной ступени, имеют свои обязанности, на второй степени их количество увеличивается, третья ступень – умеют все, что необходимо для выживания. Нам не нужны взрослые!
- Отведи-ка меня к вашим Наставникам! – предложила я, немного переварив полученную информацию, - чувствую, мне есть, что у них спросить. Да, чуть не забыла!
Я соединила пальцы в замысловатую фигуру, восстанавливая уничтоженные мной строения. Мальчишка открыл рот от удивления, когда они вновь возникли на своих местах из ничего. Потом, опомнившись, повел меня к домику, в котором и находились пресловутые наставники. Он хотел было войти вместе со мной, но я удержала его – кто знает, что за программа у машин на случай появления взрослых. Я вошла одна, хотя верные тригли так и норовили прошмыгнуть следом.
Тут же загорелся свет, потом приятный голос произнес: «обнаружена особь женского пола, возрастная группа номер семь, признаков фатальных изменений головного мозга не выявлено, структура ДНК соответствует образцу за номером 0000003, полный доступ разрешен». То, что полный доступ разрешен, это, конечно, хорошо, а вот со всем остальным у меня что-то не увязывается. Откуда это у них образец моей ДНК и при чем здесь мой мозг? По полу побежала зеленая стрелка, словно предлагая мне следовать за ней. Терять мне нечего, тем более что мне дали полный доступ, не знаю, правда, к чему. Коридор, по которому я шла, оказался длиннее, чем я могла подумать, входя в здания, но через пару минут он закончился довольно безликой дверью, за которой располагалась небольшая комната, похожая на маленький кинозал, с той только разницей, что кресло было всего одно, а вместо проектора была непривычная клавиатура. Справедливо рассудив, что кресло явно предназначено для моей особы, я с комфортом расположилась в нем. Тут же по экрану побежали строки информации и тот же голос, что разрешил мне доступ, озвучивал то, что я пыталась прочитать. Потом на экран пошла картинка, показывающая сумеречную сторону, а голос продолжал говорить и говорить. Через несколько часов я уже знала почти все, что произошло с этим отражением за последние пятнадцать лет. И я была в шоке от увиденного, в шоке и в ужасе. Компьютер бесстрастно поведал мне о глобальной эпидемии, постигшей местный мир. В результате практически все население, за исключением нескольких десятков человек, по неизвестным им самим причинам обладавшим иммунитетом к вирусу, в прямом смысле сошло с ума. Люди буквально озверели, они подчинялись только животным инстинктам – питались, размножались и убивали друг друга. У них произошли необратимые изменения мозга и сколько не затронутые заразой не бились, не смогли вылечить ни одного человека. Зато совершенно случайно обнаружили, что на рождающихся детей не распространяется болезнь родителей. И горстка людей решили спасти новые поколения: все жители были согнаны в резервацию, ежедневно специально построенные механизмы делали рейды в поисках выживших младенцев и отвозили их в десятки отстроенных поселений, где другие машины их воспитывали. Время от времени взрослым удавалось сбегать из резервации и тогда они совершали набеги на собственных детей, грабя и даже убивая их. За прошедшие годы число безумцев естественным (при этом слове, произнесенном безо всякой интонации, несмотря на весь его ужасающий смысл, меня передернуло) образом уменьшилось, а через два года они исчезнут совсем. Из нескольких десятков создателей системы в живых не осталось никого, машины работают автоматически. Я задумалась. Мир детей, не знающих, что такое семья, живущих коммуной. Это как-то неправильно, но разве в такой ситуации могло быть что лучше, чем стало. Просто счастье, что у тех людей все получилось, но сейчас нужно что-то срочно менять. Еще несколько лет и у этих детишек будут свои малыши, а у них даже роды принять будет некому, какой ужас! Так, Дэн вполне может подождать еще несколько часов, тем более что в этом мире его наверняка нет – некому его тут было залЕтить!
Я вышла на улицу – было утро. Сытые котята сидели у порога, довольно щурясь на солнце. Я завистливо посмотрела на них – у меня то почти сутки во рту ни крошки не было! Тут же в голове зазвучали милые голосочки: «хочешь мышку?».
- Нет, спасибо! Я немного потерплю! – при мысли о мышах аппетит тут же пропал. Вокруг нас уже собирались дети. Среди них я увидела своего вчерашнего знакомого и ободряюще улыбнулась ему.
- Дети! – обратилась я к ним, - скоро к вам придут взрослые.
Испуганный шепот прокатился по толпе, я поспешила продолжить:
- Они не такие, как взрослые вашего мира, они такие, как я. Эти взрослые будут вам помогать, только вы, пожалуйста, не встречайте их так, как встретили меня. Они не такие сильные и могут не выдержать, но они обязательно будут хорошими. Я к вам тоже вернусь когда-нибудь, если останусь в живых после таких приемов, - я потрепала своего знакомца по голове, взъерошив ему при этом волосы, - вы все молодцы!
 



Елена Кристель

Отредактировано: 20.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться