Прости, мам!

Глава 3

 

— Если только она со счастливым концом, — делаю я ещё глоток вина, в этот раз побольше, стараясь всё же расслабиться, а где-то в глубине души даже убедить себя, что может, всем этим странностям есть какое-нибудь простое и безобидное объяснение.

— Хотелось бы надеяться со счастливым, но посмотрим. Итак, — набирает он полной грудью воздух и шумно выдыхает. — Жил-был один бессмертный Ангел-Хранитель. Не знаю, известно ли тебе, но их работа заключается не столько в том, чтобы защищать своего подопечного от несчастий, а больше в том, чтобы он был счастливым. И если Ангел-Хранитель не справляется со своей задачей, то очень страдает. Особенно, если человек умирает несчастным.

— Какой адский труд, — качаю я головой.

— Особенно делать счастливыми тех, кто этому всячески сопротивляется, — улыбается он. — А этому Ангелу достался именно такой экземпляр. Трудный. Единственный ребёнок в семье. Девочка, от которой так много ждали, что она вечно чувствовала себя загнанной в угол и обязанной. Девушка, что вечно выбирала не тех парней, потому что не научилась понимать, чего она хочет сама. Женщина, что разучилась радоваться, закрылась в своём одиночестве, как жемчужина в раковине, и в неполные сорок решила не жить, а доживать. И всё только потому, что, по её мнению, она не справилась. Дочь, что не оправдала надежд родителей. Не жена. Не мать.

Я закрываюсь от него фужером, жадно глотая Божоле.

«Нет, нет, это не обо мне. Это просто совпало. Просто совпало. Просто я сегодня мнительная. Очень мнительная».

— И что же дальше? — выдыхаю я. — Что делают Ангелы-Хранители в таких случаях?

— Чего они только не делают, — подливает он мне ещё вина. — Останавливают светофоры. Путают номерки. Опрокидывают чашки с кофе. Задерживают рейсы. Подбрасывают котят. Даже поворачивают вспять время. Но у этого Ангела всё равно ничего не получилось.

— Наверно, он был, как и его подопечная, Ангел-Неудачник? — откидываюсь я на стуле, но не свожу с него глаз, как и он с меня.

— Возможно. И потому что она устала бороться с судьбой. Он испробовал всё, что только мог, осталось последнее средство. Он пошёл к Богу и попросил отправить его на землю. «Я сам сделаю её счастливой», — сказал он отцу. «Но ты никогда не сможешь вернуться», — нахмурился тот. «Пусть! Отпусти меня, отец», — склонился перед ним на колени Ангел. «Ты станешь простым смертным», — пытался отговорить его родитель. «Я научусь им быть». «Но почему?» — не выдержал Бог. «Потому что я люблю её», — поднял к нему лицо Ангел. И отец внял его просьбе и низверг его на землю.

— И что же было потом? — скептически хмыкаю я и прислушиваюсь. Мне кажется, или это орёт мой кот? — Он нашёл эту девушку?

— Конечно, ведь он и так всё о ней знал, — прислушивается и Константин.

— И что она? Стала счастливой?

— Ещё нет, — поднимается он, глядя мне в глаза. — Но уже стала намного улыбчивее, чем пару часов назад.

И проходит мимо меня на кухню.

«Ну, конечно! Шикарная романтичная история, — поднимаюсь я следом. — Здесь я, конечно, должна решить, что он придумал её специально для меня и растечься лужицей. Вот только я не лужица, я — лёд!»

— Вася, Васенька, — выхожу я вслед за своим гостем на балкон. И замираю, когда слышу душераздирающий крик замерзающего кота…. над своей головой

— Твой? — показывает Константин вверх, на край крыши.

— Ах ты засранец! — всплёскиваю я руками. — Ты как же туда забрался, гад?

И знаю, что вопрос риторический, не потому, что кот мне не ответит, а потому, что всё мне ясно как божий день: балконная дверь была приоткрыта, он испугался звонка, выбежал, а тут уже дело кошачьей техники (последний этаж, а с козырька балкона до крыши рукой подать).

— Ты куда? — звучит голос Константина мне в спину.

— На крышу, куда же ещё! — натягиваю я сапоги.

— Нет, нет, нет, — перегораживает он проход. — Ты никуда не пойдёшь.

— Ты вообще в своём уме? Это мой кот. Член моей семьи. Я ни за что не брошу его в беде.

— Звони спасателям, в МЧС, не знаю, куда там обычно звонят, — чуть не вырывает он у меня из рук пальто.

— Слушай, Костя, ты если боишься высоты, так это не значит, что все её боятся. Сиди здесь, жди, пока я вернусь. Или пока приедут спасатели. Я, конечно, позвоню, — возвращаюсь я за телефоном, — но сидеть и ждать точно не буду.

— Диана! — кричит он мне в открытую дверь. — А-а-а, — слышу я нечто, похожее на рык, — Бес тебя побери!

Но как бы он не возмущался, а к тому времени как я возвращаюсь с ключом от двери чердака, он уже стоит там.



Елена Лабрус

Отредактировано: 08.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться