Противостояние. Инквизитор

Глава VII: Прощальное рандеву

Стемнело. Солнце утонуло далеко в Море Гроз, а над Робертом нависли Сизые Горы. Балоур звонко цокал по мощёной дороге, изредка всхрапывая от вида вылетающих из кустов птиц. Конь чувствовал себя неспокойно, как и его наездник. Впереди Роберт видел лишь мрак, окутавший лес, он не был похож на темноту ночи. Даже потоки силы содрогались и извивались, обходя стороной Изумрудный лес. И что это могло значить, ведомо лишь Вселенной.

Роберт съехал в сторону. Спешился, оставляя меч у седла. По эту сторону реки ему ничто не угрожало, даже дикие звери здесь были иными. Монах прошёлся вдоль деревьев, собирая ветки и алые ягоды шиповника. Разведя костёр и окунувшись в его теплоту, он наконец почувствовал голод и невыносимую жажду.

Покопавшись в походной сумке, он извлёк вяленое мясо, чёрствые хлебцы, воду и скудный запас подгнивших овощей, которыми поделились селяне на пути в Антрос. Роберт усмехнулся, раскладывая еду. Он впервые мог вздохнуть спокойно, осознавая, что вскоре, возможно, может встретить свою дочь, живую и здоровую. Роберт надеялся, что поиски будут успешны.

Однако чем больше он уверял себя в том, что всё будет хорошо, тем больше сомнений зарождалось в душе, где ширилась нетерпеливость, так несвойственная его вечному спокойствию. Сдерживая душевные порывы, Роберт старался перевести свои мысли на просьбу Ваены.

— Как давно это было, — улыбнулся Роберт, перемешивая веточкой бурлящую в котле воду. — Как много мы обрели, — вдруг омрачилось его лицо, — и как много потеряли…

Он вдохнул полной грудью свежий воздух, доносившийся ветерком из Изумрудного леса. Мужчина всегда замечал, что только здесь возможно надышаться. Этим воздухом хотелось наслаждаться. Перемешанный со сладковатым запахом цветов и сырости, он казался волшебным.

— И всё же, — продолжал говорить он, глядя в костёр, — мы не потеряли воспоминания друг о друге. Я помню, как мы плясали у Вечного Древа, и торнадо, от которого ты меня спасла… Боги! Я говорю сам с собой! — опомнился Роберт.

— Нет, — певуче произнёс до боли знакомый голос.

— Ваена?!

Из мрака, окружавшего костёр вышла невысокая стройная женщина в прозрачном белом платье. Она скользнула над травой и стремительно прильнула к Роберту. Её объятия согрели продрогшее тело, а нежность — душу. Запах её волос и желтоватого тела ударил в нос тысячей сладких ноток растений.

— Но ты ведь мертва… — прошептал он, не замечая в голосе удивления.

— Да, — печально произнесла она, но Роберт почему-то продолжал прижимать её к себе, такую родную и… тёплую.

— Я очень скучал, — произнёс мужчина, едва сдерживая слёзы, — ты ведь знаешь. Как жаль… очень жаль, что я тебя потерял! Но почему?

Ваена пожала плечами, вглядываясь золотыми глазами в его голубые. Роберт улыбнулся, так печально, но в то же время облегчённо.

— Помнишь, мы бродили по песку у реки? Мы так смеялись, так радовались! Почему именно я, Ваена? Из десяти человек, ты спасла лишь меня…

— Ты достоин.

— Ты говорила это, родная, много раз... — грустно произнёс он, поглаживая её изумрудные волосы, в глазах блеснули грусть с пониманием. — Ты так немногословна… Похоже, я сплю.

Ваена кивнула головой, не отрывая печальных глаз. Роберт вздохнул, прижал её к груди:

— Вместо кошмаров мне снишься ты… Прошу, не уходи до рассвета, пусть этот сон будет самым приятным за все двадцать лет.

Они долго сидели у костра. Роберт не умолкая рассказывал ей о своих переживаниях, вспоминал их свидания и незабываемые звёзды, что светили им по ночам. Он всё боялся проснуться и так спешил, что порой перескакивал с одной темы на другую. А Ваена всё поглядывала на него и, словно понимая порывы человеческой души, держала его, отгораживая сладкий сон от надвигающейся жуткой реальности. Но всё же солнце неумолимо поднималось над горизонтом…

***

Первые лучи коснулись лица Роберта. Медленно открыв глаза, мужчина заметил, что лежит на земле с куском хлеба в руке. Печаль проникала всё глубже в душу. Он чувствовал разочарование и смятение, боль утраты и страх перед неизбежным.

Спешно перекусив, Роберт взобрался на Балоура и, сорвавшись с места, помчался вниз по склону, оставляя за спиной высокий кряж Сизых Гор. Душа его трепетала как сердце скакуна, боявшегося больного леса.

Деревья становились всё ближе. Наконец можно было рассмотреть прекрасные леады. Высокие, с широкой кроной и белыми стволами, они величественно возвышались вдоль северо-западного побережья Ас’Огар, подпитываемого Синью, выбросившей небольшую речушку между гор.

Взгляд Роберта коснулся огромного пятна, более похожего на почерневшую кучу мусора, разбросанную на берегу. Направив Балоура чуть севернее, он стремительно приблизился к озеру, застыв на невысоком холме.

В нос ударил резкий запах протухшей рыбы. Поведя носом, Роберт спрыгнул с коня и, быстро сбежав с холма, остановился у раскрытого помутневшего глаза Стража Озера.