Противостояние. История одного маяка.

Размер шрифта: - +

Противостояние. История одного маяка.

Темная тень неясным видением мелькнула в толще воды. Мэтью чертыхнулся и в отчаянии ударил кулаком ни в чем неповинную стену. Она опять здесь. Чертова рыбина! Удача явно была на её стороне — в который раз! 
Костяшки пальцев засаднило. Мэт мысленно застонал. Этого ещё не хватало! Единственная мысль кружилась в голове, совсем как та тень в тёмной, холодной, осенней воде: нужно выбираться. 
Облизывая ободранную кожу руки и чувствуя солоноватый привкус крови, Мэтью в очередной раз попытался просчитать ситуацию. 
Смотритель старого маяка не был трусом — трусы вообще редко попадали в такие места. Не был он и отчаянным сорвиголовой, как Свен, попавший на маяк в качестве наказания за какие-то махинации с корабельной документацией. Мэт хохотнул, вспомнив негодование своего вечно взъерошенного напарника, когда тот рассказывал о своём разоблачении. 
Мэтью любил этот маяк. Любил солёные ветра и отсутствие качки под ногами, любил осознание важности своей работы. Он чуть сконфузился от этой — слишком патетической для него — мысли. Но, чёрт возьми, ведь это так! 
Он был смотрителем на этом крошечном острове вот уже почти двенадцать лет. И собирался продолжить своё добровольное изгнание. 
И какая-то — пусть даже самим дьяволом направленная! — рыбина не сможет этому помешать! Гнев поднимался волной из глубины души. Спускаясь по лестнице и рассуждая о ситуации, Мэт не мог не отметить полной абсурдности происходящего. 
Итак, они в осаде. И в полной заднице. 
Маленький остров в Атлантическом океане. Приближается сезон штормов, и тогда выход в море станет чистым самоубийством. И вот уже почти как полгода их остров терроризирует большая серая акула. Мако. 
Спустившись в основание маяка, Мэт прихватил карабин, оставленный у двери, и выглянул наружу. 
Штормовой ветер неистово завывал, с огромной скоростью врезаясь в стены маяка и нескольких стареньких, но ещё крепких строений. 
Мэт невесело рассмеялся, заметив напарника с куском корабельного каната в зубах. Свен, огромный, светловолосый, светлоглазый швед, ни в коем случае не мог вызвать веселья. Ни своим грозным видом, ни своим взрывным характером. Но уж очень комичной была картина. 
Свен оглянулся на подходящего напарника и улыбнулся яркой, белозубой улыбкой, не выпуская каната изо рта. В глазах сверкала ярость, но не злая или тёмная, иссушающая душу ярость, а та бесшабашная, веселая, предвкушающая битву, которую Мэт уже успел полюбить в Свене. 
— Она бабатпээгэза … 
— Что? — Мэт с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. Попытка Свена говорить с канатом в зубах была забавной. Вообще, удерживать в зубах канат такой толщины было под силу, пожалуй, только этому медведеобразному скандинаву. 
— Тьфу, — швед выплюнул злосчастную веревку. 
— Она опять перегрызла все снасти, — задумчиво проговорил Мэт. Он не спрашивал — все было ясно без лишних слов. — Если мы не решим проблему, нам придётся убраться отсюда. 
— Никогда!!! — Свен взревел так, что на секунду его крик перекрыл шум ветра. — Я убью эту скотину! 
Мэт устало поскреб щетину на подбородке. 
— Мы уже полгода ничего не можем сделать. С начала весны. Подумай о своей Брунгильде. 
Взгляд Свена стал угрюмым. Он потер предплечье с наколотым маленьким черным тюльпаном и даже не отреагировал на привычную шутку о своей вдовушке с ничем не примечательным именем Лотта. Все не так просто, и напарники это понимали. 
Рыбина, названная ими Китти, была дьявольски хитрой и совершенно не боялась людей. Она каким-то невероятным образом чувствовала, когда в нее собирались стрелять, и пули, выпущенные из карабина Мэтью и винтовки Свена, непостижимым образом уходили в пустоту. 
Китти рвала и перегрызала сети. Она портила любое имущество, по недосмотру или забывчивости оставленное в воде. Она распугала всю рыбу на расстоянии пары миль вокруг. Она подпускала к острову только большие суда. При попытке Мэта или Свена выйти в океан на лодке, она кружила вокруг, не давая людям бросать снасти или просто добраться до берега. 
Мэт никак не мог взять в толк, чем же заслужил маяк и его смотрители такое пристальное внимание морской хищницы. Последней каплей, переполнившей чашу терпения Мэта, стала порча старенькой моторной лодки. Китти практически протаранила ее насквозь, серьезно повредив суденышко и чуть не убив при этом Свена. 
И вот теперь им предстояло выбраться хотя бы за припасами. Предстоящий сезон штормов никогда не был слишком простым. И проводить его без должного количества необходимых запасов и невозможности пополнить их за счёт рыбной ловли казалось безумием. 
Ещё можно было обратиться за помощью к проходящим судам или старшему смотрителю маяка. Но мужская гордость и нежелание стать объектом насмешек мешали напарникам быть разумными. Разум молчал, оставляя людей на откуп первобытным чувствам. 
Чёртово самолюбие! Чертова гордость! 
Мэтью заскрипел зубами. По большому счету ему ничего не стоило уехать на материк, даже не на Багамы. Там его ждал маленький, но вполне уютный домик, оставленный родителями. За домиком просматривал престарелый сосед, которому Мэтью регулярно отправлял незначительные суммы, чтобы не обидеть старика, и некоторые забавные сувениры. 
До Свена Мэтью был единственным бессменным смотрителем старого маяка. Все остальные напарники работали вахтами, деля с Мэтью небольшой домик смотрителя на месяц или два. Иногда, в сезон штормов, напарник мог задержаться и на три или даже четыре месяца. Такое случалось не так уж редко, однако только постоянное присутствие Свена в последние два года позволило Мэтью почувствовать домашнюю стабильность, некую неизменность, присущую только дому. И он не хотел терять это чувство. Чувство надёжной мужской дружбы, молчаливой поддержки всегда и во всем. Все это может бесследно исчезнуть, если им придётся покинуть маяк. 
Шумно ввалившийся в дверь Свен, швырнул ручной гарпун в угол у входа. Весь мокрый и взъерошенный, он устало прикрыл глаза, усевшись прямо на пол. Со светлых волос, заплетенных в короткую косу, стекала вода, под глазами залегли тени. Огромный швед выглядел разочарованным. 
— Может, все-таки свяжемся со старшим смотрителем? Нам не справиться с ней, Свен. Пусть присылают профессионалов… 
На последней фразе Мэта Свен недобро оскалился: 
— А я, по-твоему, хвост собачий?! — Свен раздраженно зарычал, стряхивая челку с глаз. — Поверь мне, Мэт, за шестнадцать лет на «Стремительном» я и не таких ловил! Я не верю, что это простая рыба… Как будто сам дьявол ей помогает! Не может быть простая акула такой хитрой! Ты знаешь, что́ она сделала?! — голос Свена сорвался на хрип. — Она вытолкнула мне гарпун! После того как я опять промазал! — Свен швырнул снятый сапог в стену и подвинулся поближе к очагу. 
— Я не мазал с тех пор, когда ещё сопливым мальчишкой пришёл на траулер! Это сволочь хитра, как стая касаток! Откуда у обычной акулы такое чутье на людей? Чем мы не угодили этой серой скотине?! 
Вопросы были риторическими. И Мэтью, и Свен уже не раз обсуждали все это, так и не придя хоть к каким-нибудь выводам. Мэт невольно поморщился. Нелепость противостояния хищного, примитивного существа и двух затерянных в Атлантике представителей могучей, человеческой цивилизации давила на сознание смотрителей тяжким грузом. 
Рыбина была огромной. 
Однажды, не совладав со своей агрессией, она выметнулась на отмель с северной стороны острова вслед за Свеном. И они уже почти поверили, что победили шестиметрового монстра. Однако каким-то чудом — не иначе! — Китти с волной ушла в океан с порванным плавником и гарпуном в боку. Это испортило характер акулы ещё больше. Хотя куда уж… 
Плавник зажил не полностью, образовав причудливый нарост на спине чудовища, что стало дополнительным отличием личного монстра острова от других заурядных хищников. 
Никакие хитрости, усвоенные Свеном на рыболовецком траулере, не помогали. Китти была осторожна и потрясающе умна. Ловушки, если не были испорчены ею, оставались пустыми. Гарпунное, многозарядное ружьё, заказанное Свеном на материке у знаменитого мастера, было утоплено вместе с изуродованной моторной лодкой. Позже, на отмели, Мэт нашёл его искореженные останки. Скрипя зубами, Свен неделю после этого тратил впустую заряды своей винтовки, так и не добившись результата. 
Ручной гарпун Китти чуяла за милю, карабин Мэта и винтовка Свена так же оказались бессильны. 
Отравленные приманки Китти никогда не трогала, что приводило Свена в неописуемую ярость. Она давно распугала всю рыбу и сородичей вокруг, но по непонятным причинам не покидала эти воды. Когда и где она кормилась, оставалось для людей полнейшей загадкой. 
Большие суда редко подходили к острову вплотную. Для того чтобы воспользоваться их помощью и добраться до конторы на большом острове, требовалось пройти по открытому океану почти милю. Милю на утлой деревянной лодке, зная, что в толще воды под тобой медленно плывет смерть. 
Но это был шанс. 
Шанс, не привлекая помощи, не теряя чувства собственного достоинства, добраться до людей, купить моторную лодку и дополнительное оружие и прикончить все-таки эту чертову акулу. 
Напарники договорились, что поплывет Мэтью. Сухощавый, жилистый, просоленный ветрами Атлантики, он обладал отменной реакцией и завидной рассудительностью, что позволяло надеяться на благополучный исход кампании. 
Завтра. Завтра, ближе к полудню, рядом с островом должно было пройти торговое судно, с которым уже была договоренность о дрейфе. Оно подберет Мэта, и, при должной удаче, он уже к вечеру будет готов отправиться обратно. Но, обсудив ситуацию, напарники решили не рисковать и дождаться утра. И только тогда Мэтью отправится в обратный путь, захватив максимально возможный запас продуктов и необходимых вещей. 
Глотнув пива из последней оставшейся от посещения инспектора бутылки, Мэтью искоса глянул на Свена: 
— Я возьму динамита. И горючки. 
Свен, чуть усмехнувшись, протянул руку к бутылке: 
— Это незаконно, ты знаешь. Если тебя засекут… 
Покорно отдав другу бутылку, Мэт вздохнул. 
— Я не верю, что мы справимся. Сам знаешь, уверенность — основа победы. Я готов драться грязно. Не хочу терять свою жизнь из-за тупого шершавого чудовища, с пастью полной кривых зубов. У меня, знаешь ли, иные представления о прекрасных дамах… 
Смотритель задумчиво крутил обручальное колечко на пальце. На самом деле, никакого серьёзного представления о прекрасных дамах у него не было. Единственная прекрасная дама, которая так и не стала его женой, погибла от обычного тифа и была одной из причин его затворничества. 
Свен только крякнул. 
— Если Джейк узнает, тебе несдобровать. Но это лучше, чем просить его прислать команду спасателей, как к сопливым щенкам, неспособным справиться с обычной акулой. 
— Это не просто акула… 
— Нам никто не поверит, ты же знаешь, — Свен с громким стуком поставил пустую бутылку на каменный пол и мечтательно зажмурился. — Вот прикончу эту тварь и поеду к своей Лотте. Через две недели истекает срок контракта. Ну, или останусь с тобой до конца сезона штормов… — скандинав коротко взглянул на Мэта, ожидая реакции. 
— Буду рад, дружище, — Мэт сильно сжал плечо Свена и, выбравшись из старого уютного кресла, направился в свою комнату. 
Утром опять было ветрено, что и неудивительно — приближался сезон ураганов. Мэт мучительно просыпался, желая оттянуть неизбежное, насколько это вообще возможно. 
Вдалеке грохнул глухой выстрел, что заставило Мэта подскочить с кровати и, путаясь в ногах и впопыхах схваченной одежде, вывалиться в общую комнату. Свена там, ожидаемо, не оказалось. Было слишком рано, посторонних на острове ещё быть не должно было, а значит, стрелял напарник. 
Мэт зло выругался. Что ещё сотворила эта чертова рыбина, что заставило Свена портить такое чудесное утро и тратить и без того небольшие запасы патронов?
Решив не пороть горячку, Мэт, уже не торопясь, оделся и, подхватив неизменный карабин, вышел на солнце. 
Свена в пределах видимости не наблюдалось. Опять чертыхнувшись, Мэт пошёл обходить остров. Владения смотрителей были крошечными, но это все равно могло занять около получаса. Мучительно хотелось свежего кофе и хотя бы воды. Но Мэт благополучно подавил несвоевременные желания. Каким бы несдержанным и горячим ни был Свен, необходимо было узнать, что же заставило его стрелять. 
Горько усмехнувшись, смотритель подумал о том, что их общая знакомая добилась небывалых успехов, заставив людей чувствовать себя в опасности даже на суше. 
Свен сидел возле отмели, швыряя в воду попадавшиеся под руку камни. Невдалеке виднелся медленно дрейфующий, изуродованный акулий плавник. 
Китти. 
Почти у ног Свена лежала изрядно потрепанная тушка небольшой свиньи. 
Свен медленно оглянулся на подходящего Мэта; от ярости, полыхавшей в светлых глазах, вполне могло воспламениться и что-то совсем негорючее. 
— Она… — скрип зубов Свена заставил Мэта всерьёз опасаться за их сохранность. Свен почти задыхался, его боль и гнев были вполне ощутимы. — Она притащила… это… — Свен с отвращением ткнул пальцем в сторону туши. 
Компаньоны рассчитывали в момент отплытия Мэта отвлечь Китти с противоположной стороны острова, кинув в воду пару замороженных куриных тушек и несколько кусков мяса. 
И то, что Китти притащила на отмель пожеванную свинью, казалось изощрённым издевательством. Было очевидно, что Китти не заинтересуют их жалкие приманки. А это значит, что все внимание Китти, будет привлечено к отплывающему Мэту. 
Ярость во взгляде Свена сменили усталость и отчаяние. Оглядев линию прибоя, Мэт поднял карабин к плечу. 
Плавник моментально ушёл под воду. Выдав цветастое ругательство, Свен вскочил на ноги и выпустил в воду несколько пуль. 
Мэт успокаивающее положил руку на его плечо. Обреченность ещё не накрыла его беспросветным пологом, но беспокойство ощутимо царапало нутро. 
— Я к рации, — Мэт понимал, что Свен будет против, но иного выхода не видел. — Попрошу Дэйва поддержать тебя с борта. 
Свен поморщился. Дэйв, капитан «Морского охотника», был давним другом Мэта и мог выполнить просьбу того, не задавая лишних вопросов. Пока не задавая. Но в данном случае это, возможно, было единственным выходом. 
Развернувшись, с трудом заставляя себя не огладываться на океан, Мэт направился в дом. 
Радист «Морского охотника» ответил почти сразу, тон его был жизнерадостным и совершенно не соответствовал правилам: 
— Оу, там, на Кейне, мы почти на подходе! 
— Морской охотник, смотритель маяка Мэтью Доусон приветствует. Мне нужен кэп. 
В рации ощутимо зашуршало, потом раздался заинтригованный голос радиста: 
— Мэтью, пару минут… 
Мэт затаил дыхание, пытаясь собраться перед непростой просьбой. 
— Капитан «Морского охотника» Дэйв Стоунсен слушает… 
— Дэйв, это Мэт, — Мэт помолчал пару секунд. — Рей сказал, что вы на подходе, но мне нужна помощь иного рода. 
— В любое время, Мэт, ты же знаешь. Я тебя слушаю, — голос Дэйва был полон дружелюбия. 
Мэт тяжело вздохнул, не зная, как начать. 
— Мне необходимо, чтобы ты подошёл как можно ближе, настолько, насколько вообще возможно. И поддержал меня огнём… Карабинами или чем сможешь. 
— Мэт? 
Мэт попытался проигнорировать удивление в голосе Дэйва, что давалось ему нелегко, он ещё раз перевёл дыхание и продолжил: 
— Акулы. 
— Много? 
Врать не хотелось категорически, но иного выхода сейчас Мэт не видел: 
— Не знаю. Но они не реагируют на приманки. И покорежили моторку. Просто не подпусти их к лодке, Свен поддержит меня с берега. Надеюсь, что не понадобится, но будь готов. 
Дэйв помолчал. Потом, не задавая лишних вопросов, коротко подытожил: 
— Будем часа через три с четвертью, может, чуть дольше, как ветер. Встану в фарватере, как смогу близко, огнём поддержу. 
Мэтью облегчённо выдохнул и дал отбой. 
Обернувшись, он встретился взглядом с глазами Свена. Свен, решительно сжав губы, сделал пару огромных — по меркам обычных людей — шагов и хлопнул Мэтью по плечу. Все детали предстоящей поездки были оговорены много раз и не требовали уточнения. 
Мэт попытается получить казенную моторку, но если это будет затягиваться, то купит лодку на свои сбережения. Благо, денег у Мэта было достаточно. Он почти ничего не тратил, все время проводя на острове, а продуктами и боеприпасами их обеспечивала контора. За долгие двенадцать лет на счету скопилась сумма, достаточная не только для безбедного проживания, но и позволяющая спокойно организовать небольшое дело. Или купить хорошую лодку и оружие, что и требовалось сейчас. Свен настаивал на своем финансовом участии — прикончить эту акулу стало для него делом чести. Мэт пока отказывался — в конце концов, он один на белом свете, а Свена ждала его Лотта. 
Три часа тянулись неожиданно долго. Когда Свен заметил на горизонте «Морского охотника», Мэтью, кажется, уже не раз вымерил остров ногами. 
Он не боялся Китти. Верил, что все пройдёт хорошо. Но червячок беспокойства, поселившийся где-то в районе сердца, успокаиваться не желал. 
Замедлив ход, судно осторожно подходило к берегу. Китти нигде не было видно. Свен настоял на полном выполнении оговоренного плана, и подготовленные тушки птиц и куски мяса ждали своего часа. 
Коротко обняв Свена, Мэтью забрался в спущенную на воду лодку. Свен бегом направился к противоположному берегу острова — сбрасывать в воду приманку. 
Через десять минут все было готово, и, мысленно помолившись, Мэтью оттолкнул лодку от берега. 
С «Морского охотника» прозвучал сигнал. Мэтью оглянулся на судно и сильными уверенными движениями направил лодку к кораблю. 
Китти так и не появилась. 
Добравшись до судна, Мэт угрюмо поднялся на борт, понимая, что объясняться все равно придётся. Облегчения от благополучно проделанного пути не наступало. Предчувствие беды по-прежнему чёрной тучей висело в сознании Мэтью. Оглянувшись, он махнул Свену и направился приветствовать Дэйва и команду «Морского охотника». 
Свен был в бешенстве. Эта рыбина опять поступила не так, как от неё ожидали. Она даже не показалась на глаза, пока Мэт добирался до корабля! Тушки и мясо оказались нетронуты. Остатки свиной туши по-прежнему радовали прибрежных крабов. Нет, он, конечно, радовался, что Мэт так легко проделал этот путь, только уж слишком легко. Не иначе, гадина что-то задумала! 
Свен привычно вытер соленые брызги с лица и направился к дому. Дел было невпроворот: починить растерзанные снасти, отдохнуть перед ночной вахтой, продолжить восстановление покореженной лодки. Ещё и крыша на одном из хранилищ требовала внимания. Перед сезоном ураганов все было необходимо привести в порядок. 
Закончив возиться со снастями, пообедав и уже засыпая, Свен мысленно пожелал Мэту удачи. Он увидит его только к полудню завтрашнего дня. Если повезет. Молиться Свен никогда не пробовал — может, самое время начать? 
Его разбудил крик. 
Дикий крик погибающего живого существа. Ничего и никого не боящийся, огромный швед моментально покрылся холодным потом и, подхватив любимый ремингтон, выскочил за дверь. 
Ещё не стемнело, и Свен лихорадочно оглядывался в поисках источника разбудившего его звука. Осторожно обходя дом смотрителей, он двинулся к маяку. Ничего подозрительного. Никаких посторонних людей или животных. Для возвращения Мэта, в любом случае, слишком рано. Попасть на остров иначе чем с моря или воздуха было невозможно. Шторма в последние дни не было, суда подходили по расписанию. Посадка с воздуха при таком ветре была полным безумием. 
Остров давно и надёжно был оккупирован людьми. Ни животных, ни постоянных гнездовий птиц на острове не было. Тем неприятнее было осознавать, что услышать крик — почти или на самом деле предсмертный крик — живого существа было невозможно. 
Свен растеряно огляделся. Придётся обходить остров. Ежевечерний обход, так или иначе, входил в его обязанности, но, в сложившихся обстоятельствах, идти не хотелось совершенно. 
Вернувшись в дом, Свен попытался натянуть штаны. С третьей попытки попав в штанину, он нецензурно выругался и пожалел, что не отправился вместо Мэта. Уж он бы там оттянулся по полной. А тут иди выясняй, кто так орал! Может, ему все приснилось? Да нет, крик точно был наяву. Может, он сходит с ума?
Нехорошее предчувствие опять заворочалось в груди. Пытаясь заглушить это чувство, Свен включил передатчик, вызывая контору. Почти семь, может, там уже и нет никого, кроме дежурного. 
Ответил Джейкоб, старший смотритель: 
— Свен? Все в норме, парень? 
Свен неохотно проскрипел: 
— Да. Я хотел переговорить с Мэтом. 
— Он был здесь пару часов назад, спешил. Но вроде как отправляться собирался утром. Ему ещё объяснительную дописать — насчёт лодки. 
Свен успокоено выдохнул. С Мэтом все в порядке, и он на большом острове. Одной надеждой больше. 
— Свен? — осторожно позвал Джейкоб. — Что у вас происходит? Мэт был каким-то странным. Я буду на маяке в пятницу, с инспекцией перед сезоном. Вы точно в норме? 
Свен раздраженно потер переносицу. В пятницу. Через пять дней. 
Значит, они обязаны разобраться с Китти раньше. Конечно, Джейкоб приплывает на катере, катер Китти не по зубам. Только кто знает, какое представление может устроить эта скотина! 
Свен ощутимо напрягся для тона, не вызывающего подозрений. 
— Все в норме, шеф. Ты же знаешь, у Мэта это сезонное, — он намеренно хохотнул, вслушиваясь в сопение старшего смотрителя. — Я готовлюсь к вахте, все спокойно. 
Потом, попрощавшись и пожелав благополучной ночи, Свен дал отбой. 
Скривившись от одной мысли о необходимом обходе, смотритель вывалился за дверь. Ветер дул с неимоверной силой — если так пойдёт дальше, Мэту будет тяжело возвращаться, даже при отсутствии этой рыбины. 
Захватив ещё и старый непродуваемый дождевик, Свен направился в берегу. Быстро темнело. Ему стоило поторопиться, если он хочет успеть до полной темноты. Искать источник такого крика в темноте… Свен невольно поежился. 
Южный — почти обрывистый — берег был чист. Никаких признаков чего- или кого-либо. Свернув к отмели, Свен напрягся. Именно это место почему-то стало в последнее время излюбленным местонахождением Китти. При всей нелюбви обычных акул к мелководью, серая сволочь часто выбирала именно отмели. Впрочем, она всегда предпочитала отличаться от сородичей. 
Надвигался туман. В сочетании с сумерками это давало непередаваемо мутную картинку. Воздух пах ожиданием. И кровью… 
Свен сглотнул. Что за… Бредовые мысли. Кровь?! 
Но подсознание упорно цеплялось за мимолетное чувство. Все первобытные инстинкты Свена обострились до предела. Сейчас он был зверем, зверем, чувствовавшим опасность. 
И запах крови. 
Тёмная лужа маслянистой пленкой растеклась на отмели. Свен даже не заметил бы её — кровь бесследно растворилась бы в соленой воде, если бы не отлив. Чудом оставшись в углублении на берегу, лужа явственно отливала багровым. 
Взвыв, как раненное животное, Свен опустился на четвереньки. Сомнений не было. Кровь. 
Мучительно перебирая в уме варианты, Свен никак не мог прийти к какому-либо хоть немного удовлетворяющему объяснению. 
Если зрение не обманывало своего владельца, то крови было много. Кровь не пахла рыбой. 
Кого теперь притащило это чудовище на отмель? Свен попятился. Плавника видно не было, но скорость, с которой передвигалась акула, впечатляла. Не стоит испытывать судьбу, стоя слишком близко к воде ночью. 
Он вспомнил крик. Кто-бы то ни был, похоже, он ещё недавно был жив. Как такое возможно?! Китти поймала кого-то у острова? Или притащила живьем? До ближайшего обитаемого места не меньше двадцати миль! 
Свен усиленно помотал головой и двинулся вдоль кромки воды. Времени до полной темноты все меньше, да ещё и этот туман. Время зажигать маяк. В случае тумана ему давно следовало это сделать, правила есть правила. 
Но, если здесь сейчас есть какие-то ещё вещи, которые помогут разгадать загадку, то он должен это увидеть. 
Ничего так и не найдя, огромный швед направился к маяку. Эта ночь была мучительной. Свен никогда не был мнительным или суеверным. Здоровая жизнерадостность и эмоциональность позволяли ему благожелательно воспринимать окружающий мир и свою жизнь, не углубляясь в вопросы бытия и смерти, смысла существования и прочей, на взгляд скандинава, чепухи. 
Однако Китти, преследуя свои собственные, никому не ведомые цели, неожиданно затронула какие-то древние струны души Свена, и, к приближающемуся утру, он был уверен, что эта рыбина — его личный дьявол. Его наказание. Его личный долг крови, приготовленный ему норнами, может быть, самой Скульд. 
На рассвете, погасив маяк, Свен вошел в одно из хранилищ. И достал аквалангистское оборудование, заброшенное из-за Китти. Взяв с собой ручной гарпун, огромный тесак и небольшой топорик, которым владел мастерски, Свен направился к отмели. 



Arta

#10640 в Проза
#13588 в Разное
#2536 в Неформат

В тексте есть: акулы, мистика, триллер

Отредактировано: 30.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться