Противостояние. Совёнок против Дьявольского очарования

9.

Я бежала за темной макушкой Давидского, которая то и дело скрывалась в толпе.

— А ну стой, дьявол! — гневно воскликнула я, продолжая бежать за ним.

Он свернул и тут же прытко вскочил на лестницу, начиная бежать наверх.

«Хах! Ты ведь сам себя и загонишь в ловушку!» радостно подумала я, прихватив со стола нож, когда со стороны послышались фразочки, по типу: «Она, что сошла с ума?!», «Эта чокнутая убьёт его!», «Господи!», «Улёт!», «Так держать, детка, покажи этому козлу!», «Мирка, остановись, черт побери!». И вот последняя фразочка уже принадлежала Завьяловой, но я ничего не могла с собой поделать.

Пора показать этому парню чему я научилась за время его отсутствия!..

Несколько ступенек, пролёт, и я останавливаюсь в коридоре второго этажа, где в нескольких метрах от меня стоит Давидский.

Он не переставая лыбиться, смотрит на меня, после чего замечает в моей руке кухонный нож и его брови со скоростью света ползут вверх, после чего хмурятся, и он говорит:

— Тебе не кажется, что это слишком радикальные методы, против такой невинной шалости, дорогая?

— Невинной шалости?! — злобности воскликнула я. — Кажется кто-то окончательно спятил!

— Хм, и это мне говорит девушка, у которой сейчас в руках нож!? — Он усмехается, изогнув бровь.

— Хм, и это мне говорит парень, что убегает от девчонки, и пытается спрятаться от неё вместо того, чтобы хоть раз извиниться?! — порывисто отвечаю я, глядя в эти бесстыжие, озорные, но такие красивые глаза.

«Ах, дьявол! Даже жалко портить такую внешность... Ну может..., если только чуть-чуть?» — подумала я.

— И это сработает? — после некоторого молчания, произносит он.

— Что именно? — несколько потеряв нить разговора и задумавшись, спрашиваю я.

— Извинения...

На несколько секунд я задумалась.

А ведь действительно, если бы он хоть раз искренне попросил у меня за все прощение, смогла бы я его простить? Смогла бы отпустить все те детские обиды и ненависть к этому парню?

Возможно. Только вот... иногда бывает слишком поздно.

— Да, — отвечаю я, не переставая смотреть в его глаза. — Только вот, сейчас - это уже совершенно не имеет значения.

Он замирает на доли секунд, глядя куда-то в окно, после чего произносит:

— Не я начал эту войну...

— Ну да...— отрешенно произношу я, словно бы это я начала с раннего детства цепляться к нему. А не наоборот.

Мои мысли просто все больше и больше запутывались в клубок, который состоял из сплошных узлов и плетений, которые вряд ли когда-либо можно развязать…

Я посильнее сжала нож в руках и сказала:

— Конечно, ведь это я все начала... Значит я и закончу!

Я кидаю в него нож. Быстро и чётко он попадает прямо в цель! И нет, не в его голову или же его достоинство. Я ведь не настолько сумасшедшая! Увольте!

Нож вошёл в стену прямо в сантиметре от его уха, тем самым лишив его нескольких волосинок.

«Хм. Надо было наверное подравнять побольше!» — зло подумала я, глядя на ошалелый и разгневанный взгляд парня.

И честно признаться, то это взгляд доставлялся мне наслаждение. Я чувствовала, как закипает в его жилах кровь, и как бешено стучит в груди сердце.

— Ну как? Понравилось? Может ещё, так сказать для закрепления эффекта?

— Кажется, я знаю, что тебе нужно, совёнок! — усмехнувшись, и сверкнув своим дьявольским взглядом, произносит он. После чего быстро подходит и закидывает меня к себе на плечо.

— Что?! Что ты делаешь?! Быстро отпусти меня! — кричу я, задыхаясь от возмущения, не переставая чувствовать, как при каждом шаге, его мышцы напрягаются.

Как бы не надорвался, бедненький! Хотя... Поделом ему!

— Отпущу. Конечно отпущу. Потерпи, — усмехнувшись проговаривает он, спускаясь с лестницы, когда я вижу шокированные, недоуменные, веселые и шальные взгляды присутствующих.

— Эм, кажется, конкурсы переносятся, — усмехнувшись, проговаривает Лебедев.

— Какие конкурсы?! Тут зрелище будет куда лучше! — слышится голос какого-то парня.

— Эй! А помочь бедной девушке никто не хочет?! — возмущено засопела я, пытаясь разглядеть в толпе своих друзей, которых почему-то нигде не было!

Вот ведь!

«Куда они опять запропастились?! Надеюсь, я потом не найду труп Ильи!» — возникли мысли в моей голове, после чего я тряхнулась головой, и сфокусировав взгляд, заметила, что мы вышли во двор, как и вся толпа.

— Эй! Ты чего удумал?!

В ответ мне последовало молчание. Но я пятой точкой чувствовала, что этот гад что-то задумал. Хотя тут даже чувствовать ничего не надо! Ведь я вижу чертов бассейн, и в голове тут же складывается картина его плана.

— Давидский… Даже не думай! Только попробуй, и тогда я точно убью тебя! И даже тот факт, что я знаю тебя пятнадцать лет - не спасёт!

— А совесть, например?

— Нет! Рядом с тобой у меня её нет! — грубоват отвечаю я, продолжая висеть вниз головой.

Просто немыслимо!

— А человечность там? Чувства? — смеясь, спрашивает он, когда на нас не перестают пялиться мои одногруппники и не только.

И от осознания того, что теперь я буду звездой номер один, на миг мне и впрямь за хотелось утопиться!

— Нет! — строго выпалила я. — На тебя все это не распространяется! Потому что ты гад, сволочь и вообще дьявол во плоти! — психанув, произнесла я и стукнула его кулаком по спине.