Прыжки с хромоножкой

ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой поначалу всё развивается совсем не так, как мне бы хотелось

3.1

За утро я доделал ненавистного павлина. Ганна растелешилась и надела платье, не стесняясь меня и двух девок, завертелась перед принесенным огромным зеркалом. Не будь я в плохом настроении, я больше бы уделил внимания тому, что она чудо как хороша в темно-зеленом платье по лифу и подолу расшитому глазастыми павлиньими перьями. Но мне было не до этого. Где бы ни была Хромоножка - в теле покусанной тетки Агафьи, пьяницы Демьяна, девчонке Малашке или треклятом барском сыне, я должен вернуться домой раньше, чем какой-нибудь урод затащит меня на сеновал. Воспоминания о вчерашней вспышке сегодня вызывали у меня только головную боль и депрессию.

Пан Доктор велел запрячь для нас коляску, тайком на прощание пожал мне ладошку, мол, держись, а я шепнул ему: «Навещайте нас». И через полчаса мы с мамой Фросей раскладывали свои пожитки в домишке, значительно худшем, чем прежнее жилище. Стараясь не поддаваться унынию, быстро обследовал территорию, чтобы не выглядеть идиоткой в глазах всех местных.

Среди вещей Марьюшки нашел грубоватую бумагу и толстый карандашик, и, чувствуя себя шпионом-двойником, стал внедряться в здешнее общество. Имена записывал, лица и рожи запоминал. И караулил барского сынка, как главного подозреваемого.

И подкараулил.

Еще не начало темнеть, как я обнаружил его читающим книгу в беседке в глухих зарослях давно отцветшей сирени. Заволновался аж руки затряслись. Хоть ранее я придумывал каверзные вопросы для распознавания инородного сознания в аборигенах, но сейчас вся стратегия вылетела из головы. И время уходило - темнеть начнет и он пойдет в дом. Выдохнул, мысленно перекрестился, и пролез через редкую поросль в беседку.

- Павел Афанасьевич! - клянусь, он посмотрел на меня с такой неприязнью, что я едва не попятился к обратно к кустам. Но спустя минуты две изрек:

- Ну? - п...ц, какой обнадеживающий ответ.

- Могу я спросить... - мысль никак не формулировалась.

- Ну? - его пальцы раздражённо постукивали по книжке.

- Я...

На красивом лице читалась такая брезгливость, что я вполне почувствовал себя таракашкой.

- Придумаешь - спросишь, - Он встал, медленно захлопнул книгу и не глядя на меня двинулся на выход. Я растерялся, застыл столбом, а когда молодой барин почти скрылся в сирени, боясь упустить время от отчаянья позвал: «Влада!».

Мужчина замер. Мое сердце успело бухнуться о ребра три раза, грозя оторваться от сосудов. Гибким барсом Павел развернулся ко мне, перетек ближе, всматриваясь светящимися любопытством глазищами в мое лицо.

- Как ты меня назвала? - губы его сложились в полуусмешку, которая в сочетании с четким черными бровями смотрелась вполне по-дьявольски.

- Ты - Влада, - я понял, что не ошибся. Попал с первого раза - не пьяница, не малыш и не покусанная тетка. Мужские глаза сияли, демонстрируя фейерверк эмоций от интереса, до восторга человека, причастного к тайне. Я боялся, что Хромоножка из вредности скажет - нет, а я в своем унизительном положении могу и не заставить ее признаться.

- Допустим. А ты кто?

- Я - Андрей. Версеев Андрей, твой одногруппник.

Она засмеялась (как глупо смотреть на мужчину и думать о нем как о ней). Красиво, чуть хрипловато. Но мне было совсем не до смеха. Интуитивно я чувствовал, что во фразе «попал с первого раза» ключевое слово именно «попал».

- Ты опять следил за мной? - отсмеявшись, он-она посмотрел на меня с таким превосходством, что мне стало совсем не по себе, - Я замечала тебя несколько раз у своего дома. Старался своровать мой материал? Боялся, что историка не устроит твоя жидкая писанина? - ни слова в ответ не мог выжать, даже сглотнуть не мог. - Почему молчишь? Сам рвался поговорить. Говори.

Я опять растерялся. Почему она так себя ведет? Мы неизвестно где, мы должны держаться вместе. И откуда у меня появилась уверенность, что она не будет мне помогать вернуться домой? Интуиция?

- Говори, я не буду ждать.

- Нам надо вернуться.

- Нам? Вернуться? - лицо моего оппонента выразило преувеличенное удивление, - Я там, где надо. Мне не нужно возвращаться.

Я обозлился:

- Оставайся, б...ть, где хочешь. Я хочу вернуться. Я! Хочу! Вернуться!

- Заткнись, истеричка, - боюсь это правда, и я действительно был на грани истерики. - Я знала что делаю и довольна результатом. Ты - жалкий неудачник, неспособный самостоятельно сделать что-то стоящее. Хотел выведать мои секреты - получи полной мерой. Не вздумай кому-нибудь проговориться - упеку в лечебницу как душевнобольную. На глаза мне не попадайся. И, да - отличная коса, - Хромоножка подмигнула мне и ушла.

Она издевается. Я готов разрыдаться, а она издевается. Что мне делать?



Елена Аренко

Отредактировано: 18.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться