Прыжки с хромоножкой

3.15

3.15

Сердце мое билось как после марафонского забега. Я буквально физически чувствовал как за стенкой проклятая погремушка испускает серый неровный свет. Руки немного дрожали. Ноги тоже.

Входная дверь со скрипом захлопнулась, избушка погрузилась в полумрак, слегка прорезаемый солнечным светом, пробивающимся через щели в досках.

- Та-а-ак, - это прозвучало очень зловеще.

Я медленно развернулся. Темная фигура возле двери была задумчиво неподвижна. Он же мне ничего не сделает? Может зря я так прямо? Он же преподаватель, должен помочь своему студенту или нет? Хотя... Я влез в чужую тайну, и может ему теперь проще прикопать меня в лесу, чем переправить домой.

- Петр Сергеевич, на тот случай, если вы пожелаете от меня избавиться - я здесь не один. Меня будут искать, имейте ввиду.

Мужик двинулся в мою сторону, я, соответственно, пожелал сохранить расстояние между нами. Он за мной, я от него. Некоторое время мы так поскакали, пока я не споткнулся о пенек. Проехавшись подбородком по земляному полу, затормозил у раскрытой двери во вторую комнату. Хорошо, что Марьюшка легкая и ловкая - с низкого старта рванул туда, захлопнул дверь, которая, к счастью, закрывалась изнутри на засов.

Как только брус вошел в паз, я утер рукавом моей перепачканной рубашки пот со лба и отдышался. Весьма любопытно. Эта комната, в отличие от предыдущей, была проконопачена, щели дневной свет не пропускали. Благо чертова штуковина, из-за которой я оказался здесь, светилась.

Ну вот я тебя и нашел, загадочная штука. Правда, проблемы мне это не решило. Ну шагну я туда, где гарантия, что вернусь домой, а не на сто лет назад? Как эта хренотень настраивается? И без Хромоножки уйти невежливо.

- Петр Сергеевич, вы меня слышите?

- Слышу! - прорычали за дверью.

- Что это за штука?

- Какая штука?

- Артефакт ваш хренов.

- Ты кто?

- Я - ваш студент.

- Бестолочь ты, а не студент.

- Отчего же? - удивился я.

- От того, что не знаешь значение слова «артефакт».

- Чего тут не знать - чудо-штучка с волшебными свойствами. Разве не так?

- Не так. Ты хоть мальчик или девочка?

- А это принципиально?

- Еще как. Должен же я знать как называть тебя: дурак или дура.

Я засмеялся. А историк у нас с чувством юмора, кто бы мог подумать.

- В другой раз я бы возразил, но сейчас не поспорю. За тот неполный месяц, что я тут, меня дважды чуть не изнасиловали, один раз выпороли кнутом, два дня морили голодом, а вот буквально вчера я чуть не умер от заражения крови. И это я не говорю про кровавые мучительные подробности, которые называются менструации. Можете смело звать меня «дурак».

Гончар раскатисто заржал под дверью.

- Какой курс?

- Третий, филфак.

- В отборе кандидатов на соавторство не участвовал?

- Участвовал.

- Версеев?

Я подивился такой догадливости и выразил свое восхищение.

- Не стоит, с твоего курса только один мальчик участвовал.

- Не возражаете, если я вашу машинку времени поближе рассмотрю.

-Эй, - забеспокоился историк, - Не подходи к границе, перекинет куда не ждешь.

- Понял. Не подойду. Так скажите, что за штука?

- А если не скажу?

- Собью ее камушком.

- Там нет камушков.

- У меня с собой.

Историк опять заржал.

- Отчаянная из тебя девка получилась, Версеев. Небось соврал, что не один тут?

Ха! Не видя смысла лукавить, я вкратце изложил все события, начиная от музейного каталога, заканчивая сегодняшним заточением (пропустив, разумеется, все эротические подробности моих приключений).

- Петр Сергеевич, верните нас домой. Я понимаю, что вам скорее хочется прикопать нас в пампасах, но мы же здравомыслящие люди.

- Здравомыслящие, говоришь?

- Ну, да, здравомыслящие не подходящее слово. По крайней мере в отношении нас с Ильченко. Но, клянусь, мы никому не расскажем.

- С пампасами надежней.

- Это да, но мы же ваши студенты. И даже кандидаты в ваши соавторы.

- Ну это вряд ли.

- Ну пожалуйста, я уже почти месяц не пил кофе...

Как ни странно, последний аргумент его впечатлил. Он хмыкнул и удалился, а минут через двадцать запахло кофе.

- Я поставил у двери. Отойду, а ты забери, - в голове мелькали мысли о возможности ловушки. Но какой запах! Прислушался. Историк шумнул, что дошёл до противоположной стены. Я выдвинул брусок и приоткрыл дверь. Присел на корточки, поднимая двумя руками дымящуюся глиняную плошку. Эх, только бы не разлить... Медленно встал, уже предчувствуя неладное. Ме-е-едленно перевел взгляд с кофе на широкую мужскую грудь. Ну как так?

- Обманули? - сказал я с укором, подумывая плеснуть кипятком на педагога.

- Предлагаю обсудить ситуацию на свежем воздухе.

Разместившись на лавке под навесом мы пили горячий кофе и обсуждали наше общее положение. Я как мог гарантировал конфиденциальность, Петр Сергеевич сватал меня за своего племянника.

- Ну вот совсем не смешно, - возмущался я, а он соглашался и ржал как конь.

- Хотите честно? Я вас недооценивал. Да что там я, весь универ вас недооценивал. Если бы хоть один студент знал, как горшки попадают в музей, ваш краеведческий кружок был бы самым популярным.

- Это лишнее, - притормозил он меня.

- Пусть так, - я отпил из плошки, - Пусть лучше никто не знает, согласен. Но дико интересно, почему нас покидало в противоположные организмы?

- Да не почему. Кто меньше сопротивлялся, в того и кинуло.

- А вы?

- А я потомок по прямой линии, у него нет ко мне сопротивления.

- И наши тела там так и валяются?

- Ну нет, они в подгжужке. Пока они подгжужкой накрыты - они в безопасности.



Елена Аренко

Отредактировано: 18.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться