Прыжки с хромоножкой

5.6

5.6

Пока студенты и преподаватели метались по зданию, пытаясь на последних минутах перед балом всё доукрасить, доубрать и доразместить, я изловил Хромоножку и затащил в каморку за гардеробом, где хранился уличный зимний инструментарий. Подсветив экраном телефона расчистил от лопат и метёлок место для беседы.

Совершенно без интереса и с выражением лёгкой скуки на ненакрашенном лице (своему серому кэжуал она не изменила даже в честь бала) девушка терпеливо слушала, как я немного нервничая пытался донести до неё суть своих проблем.

- А конкретней? - прервала меня в момент, когда я пытался намекнуть, что скучал всё это время.

- Так ты будешь со мной встречаться? - мне стало немного обидно, но я хотел ясности.

- Нет.

Хотел - получи и успокойся. Но я не успокоился:

- Почему? Мы же разобрались, что я не бабник.

- Вариант, что ты мне просто не нравишься, устроит?

- Я тебе не верю.

- Почему? - удивилась она, - Избыток самомнения?

Тряхнул головой, отгоняя желание встряхнуть злыдню за шкирку.

- Давай на чистоту?

- Давай.

- Там, почти двести лет назад, ты проходу мне не давала, добивалась моего внимания. Целоваться лезла. Куда же всё это делось?

Она вздохнула и предположила:

- Пропало вместе с мужским нижним мозгом? Послушай, я не хочу тебя обижать, давай остановимся на первом варианте, и больше ты мне не докучаешь.

Обижать? Даже так?

- Нет. Я жду ответа.

- Ладно, - её губы досадливо скривились, а глаза сузились - Как скажешь. И так, меня раздражает твоя смазливая полудевчачья внешность. Это - первое. Потом, твоя нелепая самоуверенность мне тоже не импонирует. Ты - инфантильный переросток с необоснованными амбициями. Такой же как и твои работы - поверхностный, без тонкости и смысла. Общаться с тобой длительно совершенно не возможно. И, повторюсь, никаких тайных любовных желаний у меня к тебе нет и быть не может. Целоваться мне с тобой не понравилось, секса я с тобой не хочу. И, откровенно говоря, может быть причина того, что секс был у тебя только два раза, всё-таки в тебе? Ты не нравишься мне ни как парень, ни как друг. Достаточно исчерпывающе?

Мы напряжённо пялились друг на друга, а я... Я хотел тоже ей сказать что-нибудь едкое, обидное, но остроумное, и непременно усмехнуться, что бы показать свою неуязвимость перед такими выпадами... Но диафрагма окаменела, не давая глубоко вздохнуть и высказаться. Всё, что смог после минутного молчания - убого выдавить одно слово.

- Извини, - получилось хрипло и как-то виновато, будто я просил прощения за свое неприятное навязанное общество. Открыл дверь и осветил путь к выходу. Хромоножка замерла, будто намеревалась предоставить мне ещё железные доказательства своей неприязни, но не стала.

На бал я не остался, выйдя из каморки следом за девушкой, отправился на улицу. Как-то мне было не до бала.

Снег был мокрый и падал кусками. И это казалось очень дисгармоничным: горячая пустота внутри и размеренное холодное падение вокруг. Постепенно я уравновесился с природой, жар сменился равнодушной отупелостью. Нащупал в кармане ключи и отправился домой.

Шёл и не мог понять, что ввело меня в это состояние? Её слова? Её отвращение? Что засело во мне, мешая возвратиться, чтобы наслаждаться свободой после экзаменационного сумасшествия, веселиться и радоваться вместе со всеми? Тряхнул головой, отгоняя мысли. Без мыслей лучше.

- Ты уже вернулся? Почему без куртки? - отец вышел из своей комнаты, застегивая рукав новой рубашки цвета кокосовой мякоти.

Действительно? Да, без куртки.

- Потом заберу, - отмахнулся я.

- Андрей?

Я вопросительно посмотрел на отца.

- Что-то случилось?

Конечно, мне только и остаётся, что поведать окружающим о своей полной несостоятельности как парня и как друга. Как же она выразилась? Что-то про инфантильного переростка и его нелепые амбиции... Угу, спешу и падаю.

Но неожиданно для себя ответил:

- Меня девушка бросила, - виновато улыбнулся, как бы извиняясь, что его сын такой лузер, и сразу же отвернулся. Стыдно быть аутсайдером в глазах человека, который хотел видеть тебя профессионалом и лидером.

- Почему?

Хороший вопрос.

- Мягко выражаясь, она считает меня недостаточно ... - я запнулся, пытаясь подыскать аналоги эпитетов, любезно подобранных для меня серомутной замухрышкой, - Ну пусть будет: недостаточно умным и привлекательным, чтобы её заинтересовать.

Завершив процесс снятия обуви, направился в свою комнату, не дожидаясь комментариев отца. Впрочем, их и не последовало.

- Андрей, я собираюсь к Исамбаеву, и хотел, чтобы ты пошёл со мной. Переоденься, я жду.

Who is Isambaev? А, впрочем, какая разница. Я покорно кивнул, на ходу стягивая промокший от снега джемпер.

Меньше всего я ожидал, что папа поведёт меня в свой закрытый клуб «Аметист», заседания которого проходили в частном доме одного из участников клуба и его председателя по совместительству. Что было идеей создания клуба я не знал, но подозревал всё от нумизматики, до масонской ложи. Всегда поражался, что в нашем городишке клубов, как в Лондоне.

Мы прошли в большую комнату с камином. Окна с низкими широкими подоконниками, на которых лежали фиолетовые и алые бархатные подушки, лиловые портьеры, темные стены, черная мебель, приглушённый свет. Очень атмосферненько.

Следом за отцом я опустился в одно из четырёх чёрных кожаных кресел, стоявших вокруг низкого квадратного столика и стал наблюдать. Тёплый жёлтый свет от светильника посреди столешницы добавлял таинственности в общую кучу впечатлений.

Не мог не обратить внимание, что все члены этого чисто мужского клуба были одеты в костюмы и с непременным аксесуаром с (кто бы мог подумать!) аметистом. У отца это был зажим на галстуке с аметистовым кабошоном, у некоторых я успел разглядеть серьгу в ухе, пирсинг в носу, запонки, занятный значок в виде попугая, пузиком которого являлся солидный гранёный камень.