P.S. моему учителю

Font size: - +

Глава 9: с днем рождения, девочки.

Квартиру учителя я покинула ближе к девяти вечера, как только он уснул на диване под какую-то телевизионную программу. Его расслабленность и погружение в царство Морфия я заметила только после того, как услышала тихое сопение. Мило, правда?  Даже во сне он был красив. Еще несколько минут я умилялась его беззащитным состоянием, перед тем, как уехать домой. Мне даже понравилось это занятие – любование учителем. Во сне он казался беззащитным, милым, но все таким же притягательным, как и всегда. Откровенно говоря, я долго силилась, чтобы не встать с места и не прикоснуться к его расслабленным наливным губам. Некоторое время даже ходила вокруг дивана, рассматривала его из разных ракурсов. Я больная? Возможно. Но эта болезнь мне однозначно не приносила дискомфорта, даже наоборот радовала. Я чувствовала себя одной из тех сумасшедших людей, которые не хотели признаваться в своих болячках, мешающих им жить. Но мне ничего не мешает сосуществовать со своими сверстниками, с семьей, с братом. Возможно, я ненормальная, однако об этом будет знать только один человек.

Дома меня ждала мама с сюрпризом. Даже больше скажу, этот сюрприз меня сильно удивил. Открыв дверь в квартиру, я увидела свою ненаглядную родительницу в слегка скверном состоянии. Ну, как скверном, в разъяренном. Она стояла в своем любимом фартуке в коридоре, и испепеляла меня сердитым взглядом, чуть ли не прожигая в моей голове дырку. Ее большие зеленые глаза слегка потемнели, и без того тонкие губы стали еще тоньше, сомкнувшись в тонкую линию, а руки сжаты в кулаки чуть ли не до побеления костяшек. На самом деле странно видеть ее в таком расположении духа, ведь она последний раз устраивала мне скандал и читала нотации еще в средней школе.

- Могла бы позвонить и предупредить, что будешь так поздно, - отчеканила женщина, все так же испепеляя меня грозным взглядом. Еще бы чуть-чуть и она могла метать молнии одними лишь глазами, которые, похоже, разгорались со скоростью света.

- Извини, мам, я совсем забыла о времени, - я ответила непринужденно и спокойно, совсем не обращая внимания на ее плохое расположение духа и тон, которым она со мной разговаривала.

- Где ты была? – прошипела мама, ожидая от меня хоть какого-то ответа. Ее тон не изменился, в голос добавилось железо, сталь, которую использовала лет десять назад, когда я совершала какой-то проступок, а в глазах появился огонь, готовый сжечь меня дотла. Моя уверенность в том, что все закончится тихо и мирно куда-то исчезла, оставляя за собой небольшой страх за свою пятую точку, ищущую приключения.

«Вот это я попала» - пронеслось в моей голове. Что же я ей объясню? Что была дома у своего учителя информатики? А вдруг она не правильно поймет? Хотя почему вдруг? Она действительно неправильно поймет, а что еще хуже, может спокойно прийти в школу и поговорить с директором по этому поводу. Конечно, учитель выйдет сухим из воды, но подставлять близкого мне человека я не хочу.

С каких это пор я стала считать шатена близким себе? Может, с того дня, когда мы гуляли в парке Горького или играли в его квартире в приставку? Почему-то я чувствовала, что он мне далеко не чужой. Не случайный прохожий. Не мой одноклассник, который прослушает твои душевные изречения и ответит «на отвали». Станислав Родионович другой. Он не такой как все. Он не парень. Мужчина. Взрослый адекватный мужчина, хотя насчет адекватности можно поспорить. Но суть не в этом. Он мне дорог как человек, как собеседник, как учитель. Как отлично целующийся мужчина. Да, кажется, тот поцелуй я не смогу никогда забыть. А мне и не нужно. Я хочу его помнить и знать того человека, который подарил мне массу положительных эмоций своими пухлыми губами. Смаковать каждый момент, каждое движение его прелестных губ, языка. Придаваться этим воспоминаниям снова и снова, пока не надоест. А надоест ли мне?

- Вика, я с тобой разговариваю! – повысила на меня голос мама, но не сильно, дав понять, что наш разговор неизбежен. Я совсем не заметила, как улетела далеко в свои воспоминания об учителе, которые периодически мешали мне думать и размышлять о том, как лучше ответить маме, дабы убавить ее пыл. Но в голову ничего не приходило. Совсем ничего. Я не знала, что можно ей сказать, чтобы она не подумала обо мне ничего лишнего, не догадалась о том, где я провела последние несколько часов, и не узнала о моей влюбленности к человеку, на которого вообще не стоило смотреть как на мужчину. Но я посмотрела. Посмотрела и поняла, что не смогу больше относиться к нему как к учителю. Это как наркотик, принял одну дозу, распробовал, а потом появилась ломка. Так же и я. Я больше никогда не смогу с уверенностью сказать кому-то, что ненавижу его, потому что это не так.

Я не могу ненавидеть человека, в которого влюблена…

- Я была у Сони, - соврала я, не моргнув и глазом. Эта первая мысль, которая пришла мне в голову. Прости, мам, но я не могу рассказать тебе правду. Ты бы возмутилась, разозлилась и подумала бы в своей голове невесть что, учитывая, в каком состоянии пребываешь за последние несколько дней. Я тоже переживаю за тебя, но о моих мыслительных процессах, касающихся учителя информатики, знать тебе не обязательно. Ты еще не готова услышать эту правду из моих уст.

- Она звонила полчаса назад, искала тебя. С каких пор ты начала меня обманывать? – лицо мамы слегка скривилось от такого негодования, а в голосе появилось какое-то разочарование. И я понимала, почему она отреагировала именно так, ведь я редко врала маме. Кажется, я только что усугубила ситуацию, которую так хотела загладить.

- Прости, мам, - ответила я, опустив свой взгляд к полу, ибо выдерживать на себе мамины темно-зеленые глаза не в состоянии. Она давила им меня, пыталась как-то растормошить, выудить правду из меня. Но я не собиралась ей рассказывать о своем досуге за последние пару часов. Как бы мама не пыталась меня раскусить или заставить говорить, у нее это не получится.



Каролина Дэй

Edited: 14.11.2017

Add to Library


Complain