Психотерапевт для демона

-27-

Герцогиня опять взялась за меня со всей возложенной на неё ответственностью. По правилам второго тура нужно было спеть песню о любви. Таких песен я не знала и честно призналась, что могу спеть про ёлочку – там тоже вроде как про любовь, но зелёно-колючую. Мой хитрый ход не удался, и меня взяли в оборот, заставив изучать местную демонскую популярную хитовую песню про сильную любовь между демоном и демоницей со всеми вытекающими. Стас Михайлов бы плакал, читая текст этого музыкального шедевра.

Поэтому я одновременно и завтракала, и зубрила дурацкий текст. Княжна и её помощница присоединились к нам и даже помогали мне заучивать текст. У княжны выступление уже давно было готово, поэтому мне активно подсказывали, как лучше запомнить. Но когда я напела вслух строку из песни: «Ты любовь моя» – перекосило за столом всех, включая герцогиню, и у неё явно пропал аппетит.

Потом началась репетиция с живым аккомпанементом – не знаю, почему у музыкантов так и не потекла из ушей кровь, но головной болью страдали все без исключения. На мою репетицию в небольшой зал для выступлений забегали посмотреть другие участницы отбора, но надолго никого не хватало. Верховный появился как раз в тот момент, когда я воодушевлённо драла горло, проникнувшись до глубины души страданиями поэта.

Он вальяжно развалился в кресле, приготовившись созерцать и слушать увлечённо мои песнопения. Ха!

Где-то на второй минуте моего дикого любовного ора он откровенно заухмылялся, а потом, корчась в муках от удушающего хохота, принялся беззвучно ржать, убеждая меня в очередной раз в том, что этап с песнопениями мне точно не пройти.

– Всё!!! Хватит!!! Я не могу больше!!! – истерично выкрикнул Повелитель, махая одной рукой, чтобы остановить музыкантов, а другой держась за живот. – Остановите это, пока я не сбежал в другой мир, отказавшись от престола!!!

Музыканты остановились и дружно облегчённо выдохнули. Повелитель продолжал корчиться в кресле от хохота, пока герцогиня потирала себе виски. Мне стало жаль её и музыкантов – они даже уволиться не могут.

– Я говорила, что петь не умею, мой Повелитель, – надулась обиженно я, глядя на очередной приступ истерического смеха Верховного.

Он достал розовый платочек из кармана и вытер себе слёзы.

– У тебя прекрасный голос, чистая речь, – всё ещё хихикая, произнёс Дэмьян. – Но поёшь ты отвратительно, собственно, и танцуешь так же. В танце хотя бы страдает всего лишь один партнёр. А твой ор просто убивает наповал. Невольные слушатели будут пачками умирать в зале, – и он снова не сдержался и расхохотался.

Музыканты опять синхронно вздохнули, только в этот раз обречённо. Как я их понимаю, у них впереди ещё несколько часов репетиции, и у них есть слух, а у меня его нет. Так что в перспективе аккомпаниаторам маячит сумасшествие из-за перенесённого стресса.

– Ты запомнила текст? – наконец-то успокоившись, спросил демон.

– Да, мой Повелитель, могу спеть, – тут же язвительно отозвалась я.

– Нет уж, спасибо, – слишком быстро отказался Дэмьян и поднялся из кресла. – Все свободны до вечера, можете особо не готовиться, лучше точно не будет.

– Повелитель, но, может быть, всё-таки ещё порепетировать, – неуверенно возразила герцогиня, рискуя остаться глухой до конца жизни.

– Нет смысла, – отказал герцогине Дэмьян. – За несколько минут я пришёл к выводу, что больше никогда не смогу слушать эту песню без содрогания. Я не представляю, как это можно исправить.

Я даже не расстроилась – вопить под живую музыку мне порядком поднадоело. Верховный прав: пустая трата времени и сил.

– Проводите леди Екатерину в столовую на общий обед, – просит он герцогиню. – И потом можете провести остаток дня так, как сочтёте нужным. Но умоляю: больше никаких песен!

И мгновенно исчезает – я даже возмутиться для профилактики демоночеловеческих отношений не успела.

– Леди Екатерина, пойдёмте, я Вас провожу, – тихо предлагает герцогиня и морщится от головной боли. – Простите, у меня разыгралась мигрень.

– Это Вы меня простите, вам пришлось терпеть ужас в моём исполнении, – спускаюсь с мини-сцены к герцогине в зал.

Музыканты, прихватив инструменты, быстро ретируются, пока никто не передумал и снова не началась душераздирающая репетиция.

– Не всё так страшно, как кажется на первый взгляд, – утешает меня герцогиня. – Сейчас отдохнёте, соберётесь и споёте так, что все ахнут.

– Надеюсь, слушающей публике будут наливать крепкое спиртное? – иронизирую я, представив это самое аханье и массовые инфаркты.

Мы вышли из зала, ещё какое-то время обсуждая моё выступление, и к нам присоединилась княжна – одна, без своей дуэньи. Девушка посочувствовала по поводу того, что у меня мало времени для подготовки к этапу, ободряюще взяла меня за руку и пропустила свои пальцы между моими. Так мы и шли в сторону столовой все втроём, непринуждённо болтая, пока в моей голове формировалась мысль, что с княжной что-то не так.

К тому моменту, когда я поняла, что княжна совсем не княжна (особенно после того, как мою руку начали нежно поглаживать), мы преодолели половину пути. Остро захотелось устроить допрос псевдокняжне по поводу моей тату на спине. Если бы не герцогиня, незнакомец в маске уже поведал бы мне всю свою подноготную.

Мысленно зову Верховного – он не откликается. Вслух звать стесняюсь, побаиваясь, что негодяй слиняет быстрее, чем я успею начать его пытать.

– Леди Милана, не хотите ли прогуляться после обеда в саду? – начинаю я издалека, чтобы заманить незнакомца в маске в ловушку.

– С удовольствием, – соглашается слегка осипшим голосом псевдокняжна.

Она (скорее всё же это ОН!) пожимает мою руку, делает это так по-родному, так знакомо, заставляя сердце вздрогнуть и пропустить удар. Спотыкаюсь от неожиданности и едва не падаю – княжна ловко ловит меня за талию и ставит на ноги.

– Спасибо, – шепчу благодарно.

Я совсем теряюсь от близости с ним, оставаясь в объятиях незнакомца. Пытаюсь рассмотреть глаза под маской, пол плывёт под ногами. Почему он так действует на меня?