Психотерапевт для демона

Эпилог

Новая жизнь зарождается внутри женщины незаметно, незримо для нашего глаза. Мы не чувствуем, как происходит внутри нас волшебство, которое невозможно без участия двух людей: мужчины и женщины. О том, что беременна, я узнала через две недели после того, как ушла от мужа, оставив его на попечение сумасшедшей любовницы. После прочтения сообщений в его телефоне, я была абсолютно спокойна, собирая на следующий день свои вещи, чтобы раз и навсегда расстаться с человеком, которого я разлюбила одномоментно и навсегда.

Максим из кожи вон лез, чтобы восстановить наши отношения, особенно когда понял, что я беременна. А мне пока пришлось оставить идею о покупке своей квартиры, узнав о беременности, и переехать на временный постой к родителям.

На 35 неделе внутри меня что-то дёрнулось, и я решила сходить на внеплановое УЗИ. Доктор долго водила датчик по моему животу, покусывая губы и над чем-то серьёзно размышляя. Экран, предназначенный для пациента, рябил и не показывал картинку. Я недоумённо наблюдала за доктором, успокаивая своих истеричных девочек в голове. Язвочка, Русалочка и Демоница по мере приближения родов становились всё более плаксивыми и нервными. Я же сама чувствовала себя как в танке – беременный танкист!!! Ничего не страшно, ничего не боюсь, спокойна и уравновешенна, мармелад с копчёной колбасой вперемешку – наше всё!!!

Интересно, где я подхватила этих трёх странных жительниц в моих мозгах?! Неужели из-за беременности?!

– Я сейчас, – бормочет доктор и стремительно выбегает из кабинета, уронив стул.

Мы с девочками удивляемся, дочь пинает меня изнутри. Я устраиваюсь поудобнее на кушетке. Странно всё это!

Через минут пять доктор врывается обратно в кабинет вместе с мужчиной лет тридцати. Оба взбудоражены, молодой доктор мне улыбается и произносит:

– Сейчас посмотрим. Вдруг у нас аппарат сломался.

Он берёт в руки датчик и прилипает к монитору, дочь активно лупит ногой по датчику, а врач взлохмачивает себе волосы рукой и поглядывает на меня ошарашенным взглядом.

– Не томите, что там? – спокойно спрашиваю я.

– Сейчас, – отвечает мне доктор, распечатывает несколько фотографий и отдаёт мне. Лежу и рассматриваю снимки, пока два доктора активно обсуждают то, что видят на экране.

– А вот это хвост – да? – спрашивает женщина-доктор, показывая что-то пальцем на мониторе.

– Очень похоже, – задумчиво соглашается с ней мужчина-врач, двигая мышку. – Смотрите вот сюда: это же крылья, уверен, что крылья. И рожки есть. И она нам средний палец показывает, я уверен!

На чёрно-белых фотографиях, подтянув к животу ножки, вниз головой лежит моя дочка. И да, хорошо видны и рожки, и хвост, и крылья, и неприличный жест средним пальцем. Я приподняла бровь и удивлённо спросила:

– У вас аппарат сломался?!

– Очень похоже на то, – соглашаются со мной доктора.

В моей голове начинают рыдать в три голоса, тратя тоннами бумажные платочки.

Монитор над кушеткой перестаёт рябить, и картинка становится чёткой: ребёнок лежит вниз головой без рожек. Доктора тут же активно хватаются за датчик и настойчиво рассматривают мою дочь. Малышка спокойно плавает внутри меня, игнорируя докторов. Наконец-то меня отпускают домой, поздравляя с тем, что ребёнок хорошо развивается, и тактично не упоминая о произошедшем.

После встречи Нового года на мой телефон прилетает первая смс от любовницы бывшего мужа: «Максим любит только меня. Я сделала всё, чтобы ты сдохла вместе с дочерью. Вы обе подохнете очень скоро!».

И началось! Сообщения примерно одного содержания от неё поступали с завидной регулярностью. Я почему-то всё не подыхала, спокойно удаляя её сообщения, мой бронированный танк был непрошибаем.

Всё прекратились так же резко, как и началось. Потом я узнала, что мой бывший муж уже проживал с ней на тот момент, она из-за сообщений, отправляемых мне, практически не спала, ожидая от меня ответа, заработала нервный срыв и попала в психиатрическую больницу. Странная женщина, я так и не поняла смысла её действий.

Алиса родилась в конце января, точно в срок. Громко возмущающуюся девочку положили мне на живот со словами: «Хороший голос, оперной певицей будет». Малышка была чудо как хороша: черные длинненькие волосики и тёмные, как ночь, глаза. Не похожа ни на меня, ни на бывшего мужа. Муж тут же побежал делать тест ДНК, прислушавшись к совету вещающей из психиатрической больницы возлюбленной. Но я и так понимала, что он не может быть отцом дочери, что и подтвердил тест, принеся мне внутреннее облегчение. Задалась вопросом: что же я такое творила с отцом дочери, что память мне отшибло напрочь? Ответов от Вселенной не получила, зато тест ДНК подтвердил, что дочь моя.

Алиса отлично развивалась на зависть всем – росла крепкой и здоровой. Всё шло своим чередом, как и должно быть. Неделю назад дочка научилась ползать, и тут началось!

Собственно из-за этого вся наша семья сидит за круглым столом на кухне: я, мама, папа, бабушка и брат, задрав головы. А Алиса преспокойно ползает по потолку, наводя ужас на всю семью и попугая.

– А может, это потому, что она водолей? – задумчиво произносит мама.

Брат, тоже рождённый под этим знаком, возмущённо возражает:

– Можно подумать, каждый второй водолей во младенчестве ползал по потолку!

– Я просто предположила, – отвечает ему мама, внимательно следя за Алисой. – Может, просто зубы режутся.

– Надо закрывать окна, – предупреждает дальновидный папа, – вдруг на улицу уползёт.

– На дворе конец лета, не простудится, – утешающе произносит бабушка.

– А может вызвать доктора на дом? – задаётся очередным вопросом мама.

– Гу-гу-гу… – лепечет на своём детском языке Алиса, вызывая у птицы в клетке неконтролируемую попугайскую истерику.

– Плохая идея, – не соглашается папа.

– Я знаю хорошего батюшку, – намекает на обряд экзорцизма бабушка.

Алиса оборачивается в маленькую девочку-демоницу и, распустив крылья, парит плавно на стол. Она садится передо мной, снова становится Алисой и тянется ко мне. Беру свою малышку на ручки.