Птицы над Корабельной

Глава 3

Даниэль

Старый капитанский хронометр никогда не лгал, и Даниэль привык сверять жизнь по его стрелкам. Ровно в восемь он подтянул его пружину, в восемь ноль пять выглянул в окно. Грег должен был как раз ступить на сходни. Ему понадобится четыре минуты, чтобы подняться на борт, заглянуть на камбуз и поздороваться с поварами, а потом взойти на верхнюю палубу.

Четыре минуты как раз хватит Даниэлю, чтобы одеться, проверить, есть ли в кувшине вода и все ли лекарства подготовила ночная сиделка.

Грег не опаздывал, но был почему-то без собаки.

Даниэль уже настолько привык, что адъютанта все время сопровождает его черный пес, что отсутствие Гасса заставило его поневоле встревожиться.

– Плохо дело, а Даниэль? – с постели спросил капитан. Как будто прочитал мысли. Но на самом деле он спрашивал не о Греге. Он снова был где-то далеко, в одной из своих фантазий.

– Да, капитан.

– Не надо бояться будущего, дружище. Ты иди. Я хочу подумать…

– О будущем?

– О настоящем…

Даниэль покачал головой. Старику осталось недолго, и он сам это знает. Что останется после него? Останутся ли эти длинные прихотливые истории, останется ли ощущение связи с огромным и радостным миром, который мы потеряли? О ком будут беспокоиться завсегдатаи «Маяка» и за чье здоровье пить? Что нас будет ждать, если истает эта последняя ниточка, эта мечта о прошлом?

Он попрощался с капитаном и вышел из каюты, прикрыв за собой дверь. Ну, передаст он Грегори вахту палубой или двумя ниже. Что за это время может случиться со стариком, который уже давно не встает с постели?

Палубой ниже он заглянул к поварам. Там было пусто, но на плите булькала в кастрюле каша, а значит, все идет по расписанию. Все в графике. Он окликнул Аграну, она не отозвалась. Где-то гудели насосы, привычно работала турбина, обеспечивая корабль и окрестные строения теплом и светом.

Все хорошо. Можно спокойно идти на работу.

Из-за того что утренний ритуал был нарушен, Даниэль чувствовал себя не в своей тарелке. Захотелось даже вернуться назад и подождать матроса у дверей каюты.

Но оказалось, поздно. По настилу палубы простучали быстрые шаги. Даниэль обернулся.

Слова приветствия застыли у него на губах. Перед ним в морской шинели стоял совершенно не тот человек, которого он ждал. И этот новый человек целился в него из пистолета. Такой же в точности пистолет хранился у Даниэля в музее. Он даже подумал на секунду, что это один и тот же пистолет.

– Микель? – узнал он. – Что ты здесь?..

Лицо студента перекосило – он надеялся, что его не узнают. И надеялся, что стрелять в хранителя музея не придется: ведь еще совсем недавно Микель и сам был одним из тех мальчишек, которых Даниэль учил складывать из бумаги кораблики и для которых пел старые морские песенки…

И именно чтоб избавиться от страха он нажал на спусковой крючок. Грохнуло так, что у самого стрелка заложило уши. Даниэль упал.

Дорого бы Микель дал, чтобы отмотать эти мгновения, переиграть заново. Но время неумолимо двигалось вперед…

 

Грегори

Небо светлело у горизонта. А он лежал на обжигающе холодной палубе небольшого и давно мертвого буксира и не мог заставить себя подняться. Ругал себя последними словами, говорил: «На себя наплевать, так хоть об Эри подумай. Она же пропадет одна. Она же блаженная, ее этот мир прожует и косточек не оставит». Обманывал себя: «Раз уж ты выжил. Раз уж эта ночь миновала, и ты смог выбраться, то будет глупо замерзнуть сейчас, в двух шагах от спасения». Двигаться было больно. Даже дышать было больно.

Грегори два раза срывался и падал, пока пытался открыть верхний люк. Люк не был задраен, но Грегу не хватало сил его сдвинуть.

А снаружи оказалось много чистого морозного воздуха, которым невозможно надышаться. И пусть завтра заболит горло. Плевать. Может статься, у него завтра и вовсе не будет горла. И головы.

Вставай, тряпка, сказал он себе. Скоро твоя вахта. Нужно успеть добраться до дому и привести себя в порядок. Хотя бы умыться. И отмыть волосы от крови. Может, все не так страшно, и там, под кровавой коркой, рана не настолько опасная, ведь ты же все-таки выжил. Может, зашивать ее не придется.

Грегори все-таки приподнялся на руках и огляделся. Город в утренней дымке казался величественным и зыбким, словно он – одна из фантазий капитана. Сколько кораблей здесь! Больших и малых, украшенных трубами и пароотводами, С высоченными мачтами и каркасами бывших аэростатов. «Неужели же никому кроме нас с Даниэлем никогда не приходило в голову отремонтировать хотя бы один? Подняться к самым хрустальным небесам, а если надо – разрушить их, добраться до равнодушных богов и вытрясти из них душу, но узнать дорогу назад. В то прекрасное далеко, которое было частью жизни моего капитана. Снова превратить прошлое в будущее. Правильно настроить стрелки компасов. Чтобы север к северу, а юг – к югу…»



Наталья Караванова

Отредактировано: 10.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться