Птицы рождены летать

Глава 17

Однажды вечером, в растрепанных чувствах, я выбежала с работы и окунулась в прохладу сентября. Мимо меня медленно проплывал теплоход, и даже это вызвало новый всплеск раздражения. На фоне очередного сумасшедшего дня его темп выглядел совершенно возмутительно ленивым... От этой мысли я нервно рассмеялась и поняла, насколько я погрязла в делах. Нужно было как-то привести мысли в порядок и расслабиться. Взгляд упал на свежую афишу, с фотографией нашей красавицы-пианистки Елизаветы Немцовой, которая уже много лет являлась композитором и исполнителем фортепианной музыки, в высшей степени талантливо сочетая элегантность классики с чувственностью и магическим звучанием жанра нью-эйдж. То, что нужно, чтобы дать себе передышку и отвлечься. Выступление должно было состояться сегодня, и я едва ли успевала на начало, но это не остановило меня, и, спустя полтора часа, я уже сидела в концертном зале на последних рядах и… плакала. Чарующие звуки музыки, казалось, проникли под кожу прямиком в душу и раскопали в ней все то, что я так тщательно прятала от самой себя. Сквозь плотный слой повседневных забот нехотя вышли на поверхность мои страхи одиночества и горечь от собственной ненужности. В какой-то момент мне хотелось выбежать из зала и вернуть все по местам, но я осталась. И вскоре с удивлением обнаружила, как эти нежелательные жители моего существа испаряются, оставляя едва уловимый, едкий запах. Как ей это удается? Я уже где-то слышала о том, что творчество Елизаветы обладает какими-то целительскими свойствами, но мне тогда показалось это бредом, и я не стала читать дальше. Теперь уже мне так не казалось… За два часа, физически находясь на концерте, а мыслями поднимаясь все выше, касаясь каких-то незнакомых миров, я снова начала чувствовать свое тело, и внутри воцарились покой и гармония.

Столь малозначительный фрагмент из жизни, как посещение концерта, стал очередной ступенькой моего духовного развития. То, что было после него, лишь укрепило это. Я выпорхнула из филармонии и отправилась на прогулку по сонным переулкам северной части города. Мне совершенно не хотелось возвращаться домой, и, хотя на утро были запланированы дела, я захотела остаться в объятиях этой магической ночи. В моей памяти всплывали кадры из моей жизни. Мои ранние годы, спустя столько времени, сгладили свои острые углы в глубинах памяти и больше не могли уколоть меня. Я с легкой грустью вспоминала наши редкие, но такие волнительные встречи с Ником. Наша история была прекрасной, но во многом, я поняла только теперь, благодаря сопутствующим декорациям. Я с трудом могла вспомнить его самого, к своему величайшему стыду и изумлению. Нет, нет, я помнила его красивое лицо, широкие ладони… И сейчас, замедлив темп возле скамьи в каком-то дворе, я тяжело опустилась на нее, закрыла лицо руками и вдруг поняла, что никогда не любила его. Все это время я была страстно влюблена в собственную влюбленность, которой на самом деле не существовало. Сладость ожиданий встреч, нотка драматизма по причине пропасти между нами, через которую перешагнуть ни он, ни я не смогли, или не захотели, красивые пейзажи, поверхностные касания душ, прекрасные в своей безопасности, - и вот дурманящий голову коктейль любви готов. Это была красивая сказка, не имеющая ничего общего с реальностью, созданная в моей голове и поселившаяся в ней с чемоданами, полными неведомого барахла, навечно. Кстати, о коктейлях… Мои мысли становились чересчур откровенными и начинали пугать меня своими открытиями, и мне чертовски захотелось приглушить их хоть немного. Я вспомнила, что в нескольких кварталах отсюда есть один из моих любимых баров, в которых по пятницам проводятся вечеринки в стиле латино. Бегло оценив свой наряд, состоящий из офисного платья с длинным рукавом, я махнула рукой на зарождающиеся сомнения и, насвистывая мелодию, отправилась туда. Подходя к крыльцу бара, у которого стояла небольшая компания из латиноамериканцев, я уже чувствовала его жар и слышала волнующие ритмы. В помещении было так много танцующих ребят, что никто не обратил на меня внимание. Пританцовывая, я подошла к бару и заказала пину коладу, не отрывая взгляда от чувственного выступления профессиональных танцоров. А ведь когда-то я давала себе обещание научиться танцевать так же, как они… И снова непрошенные мысли, и снова глухая волна стыда за впустую прожитые годы. Странно, что алкоголь не заглушает их. Чтобы отвлечься, я нырнула в толпу и, мгновенно подхваченная каким-то высоким темнокожим парнем, закружилась в какой-то сумасшедшей сальсе, утопая в ее ритмах и собственном звонком смехе.

Волшебная ночь… Выйдя из бара босиком и с закатанными рукавами, я продолжила свою необычную ночную прогулку. Некоторое время мой разум, убаюканный бачатой, дремал, и, пользуясь внутренней тишиной, я с наслаждением гуляла по улицам столицы, больше не казавшейся мне безжизненной и серой. Мимо меня изредка проносились автомобили… Должно быть, в каком-то из них сидит такая же глупышка, какой была я, в объятиях чужого человека, страстно желающая хоть ненадолго забыть о своем одиночестве, даже ценой собственного стыда. Я подошла к тому самому месту, где впервые встретила моего дорогого Шумахера, неуклюже распластавшись на проезжей части. Через дорогу, у моста я разглядела женщину, которую обнимал мужчина, касаясь губами ее волос. «Что же ты делаешь с нами, дурочка», - снова и снова его слова звучали во мне, доводя до полного отчаяния. Что, что, убила, медленно и беспощадно убила в нас все чувства, собственными руками! Подойдя ближе, я узнала в той женщине ту самую Елизавету, чья музыка переворошила сегодня во мне все, что так аккуратно было сложено. Она олицетворяла собой женственность в самом прекрасном ее проявлении. Казалось, они с ее спутником излучали любовь на множество километров, что коснулось и меня, заставив вопреки своей стеснительности подойти к ним и выразить благодарность за ее творчество.

- Я прошу прощения, - услышала я собственный голос. Они обернулись, и я встретилась с ее необычайно ласковым взглядом, которым она с интересом глядела на меня. – Я... я лишь хотела выразить восхищение и благодарность за Вашу музыку. Я была сегодня на концерте, и, должна признать, я до сих пор не понимаю, что со мной происходит, не понимаю, почему я все еще не дома, а брожу здесь, как бомж, почему я говорю все это Вам, вместо того, чтобы пройти мимо, и… я, наверное, лучше пойду, - окончательно опозорившись, добавила я, проклиная себя за излишнюю смелость.



Ульяна Матвеева

Отредактировано: 22.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться