Путь домой

Размер шрифта: - +

Главы 22, 23, 24.


                                                       ГЛАВА 22
- Навчи мене пісень… я буду співати по-вашому,  - Оля с Аней собирали ягоды недалеко от места их временной стоянки.
- Там у вишневому садку, де соловейко щебетав, до дому я просилася, просилася, а ти мене все не пускав… я жи-и-ти хочу, я люблю, його люблю, мати не лай доню свою… 
Оля вплела свой серебряный голосок:
- Весна іде, красу несе, а тій красі радіє все… 
- Девчата поют… красиво как получается…
- Антон, ти шо заснув?  - Руслан дотянулся до парня и толкнул в бок. - Піди подивись, все у них гаразд? 
- Заслушался, - Антон тряхнул головой и встал.
- Да нормально всё, - Люба варила похлёбку в маленькой кастрюльке, - Олюня песни разучивает, я слышала она просила Аню: «навчи, навчи»… Сколько же кастрюлек надо сварить, чтобы всех накормить…
- Тетя Люба, тетя Люба, а смотрите, какую мне Олег посудку сделал!
- Я видела, детка, деревянные тарелочки и ложечки… у меня, видишь, тоже ложка есть, - глаза её наполнились слезами, - Гриша делал…
- Тётя Люба, не плачьте, - Вероника обняла женщину, - а Оля сказала, никто не умирает… значит и мама и папа там на небе… и мы еще встретимся… да?
Люба проглотила комок, погладила девочку.
- Конечно, солнышко, непременно, потом… вы обязательно встретитесь… они подождут… они смотрят на тебя и радуются, какая хорошая дочка, вырастешь, ещё столько всего в жизни будет интересного… давай посмотрим наш супчик… скоро обед… будете с Анечкой и Русланом первые сёрбать…
- Я знаю, тётя Аня ждет малышка, Руслан раненый, а я ребёнок, да?
- Да, моя умница, - Люба помешала варево большой деревянной ложкой.
- А ещё Олег слепил мне для куклы из глины кастрюльку и крышечку и кувшинчик, буду своей ляльке готовить борщик и кашку и компот…
- Золотые руки у парня… ох, если бы и нам кувшинчиков… пора уже наверное гончарное дело осваивать…
- Ох, і нудно ж лежати, я б сам строгав щось, але ж однією рукою не знаю як, хлопці пішли щось робити, а я лежи… 
- Лежи уже, непосидючий, - прикрикнула Люба, - упеешь ещё, стихи сочиняй… медитируй… будешь нашим Конфуцием…
- Це философ? Розкажи, що ти знаєшь, цікаво. 
- Надо у Миши спросить, а то перевру чего - нибудь.
- Давайте, давайте спросим у меня, - улыбающийся одессит приволок какой-то тяжелый ящик, и с размаху поставил его недалеко от женщины.
- Вот поясни нам, бестолочам, кто такой Конфуций, а то кроме того, что это китайский мудрец, ничего толком сказать не могу. Вероника, мой ручки, пора обедать.
- Как в анекдоте: «Любите ли вы Кафку? Да, особенно грефневую». Можно смеяться.
- Ха-ха-ха, - сказала Люба, - Кафку я не осилила… афоризмы только… один  помню: « Узость сознания есть социальное требование». Что ты там принёс? Надеюсь, не динамит?
- Дядя Миша, дядя Миша, а что там?
- Мы с ребятами пошли туда… ну, где бой прошёл… там никого, искореженное железо кругом, а в стороне… смотрите… видно библиотеку разбомбило… книги разбросаны… есть обгорелые совсем, а есть уцелевшие… вот, Ника, смотри: «Дядя Федор, пёс и кот»…
- Это про Матроскина и Шарика… Люблю!!!
Люба подошла, стала перебирать книги.
- Знаешь, в суете как-то кажется и не читаешь, а теперь… Соскучилась… о… как же я соскучилась за напечатанными словами…
- Ага і за компом і за телевізором… і взагалі за цивілізацією… диван, крісло… Ну, дайте мені що небудь… перевірю, я букви не забув… 
- Я не забула! Всеволод Нестайко, «Тореадори з Васюківки». О, це я знаю, ми з мамою читали, тут таке смішне!  Тётя Люба, почитаем вслух? Все будут смеяться!
- Конечно почитаем! Эрих Мария Ремарк, «Три товарища», Александр Грин, « Избранное»…
- Люб, ну принеси мені, я ж прошу…я теж колись у школі вчився… 
Женщина засмеялась. 
- Ну, что тебе дать… Ярослав Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка»… Рей Бредбери, «О скитаниях вечных и о Земле»… о, эта подойдёт, держи… или тебе о любви поискать?
- Ні, давай цю… що там… фантастика… тут і життя, сама фантастика. 
- О, «Три мушкетера»! - Люба погладила книгу, - Александр Дюма…
Миша с удовольствием смотрел на раскрасневшуюся от радостных эмоций женщину, взял в руки толстый томик «Анны Карениной ».
- Ну, вот, читал в том еще возрасте, давно собирался перечитать… за что это Толстой так жестко с ней обошёлся.
Люба подняла голову.
- Она из-за любви… и ни при чем здесь ни общество, ни его нравы… одна любовь… вернее даже не любовь, а отношения между мужчиной и женщиной, чистая психология, когда я читала, удивлялась как можно так точно описать…
Они смотрели друг на друга долгое - долгое мгновение.
- Ладно, потом почитаем, деточка моя, пора за стол.
-Тётя Люба! «Приключения Незнайки в Солнечном городе» !
На поляну ввалились ребята, смеясь и шумя.
- Мамочка моя, - всплеснула руками женщина, - грязные, чумазые…
- Люб, мы как черти, повыбирали все, что там было… даже сильно обгорелые… может что-нибудь разберем, - Антон стоял, счастливо улыбаясь, прижимая к себе стопки книг.
- Мы погрузили на рубашку, подняли, а она - тресь, - Майкл осторожно складывал свою ношу, став коленками на траву, достал книги заткнутые за пояс, и развязав рубашку, улыбаясь своей детской улыбкой, показал её подошедшей Любе.
- Давай, попробую зашить… иди купайся… грязнющий какой…
Как будто тень промелькнула по Мишиному лицу.
- Ага, я ще так не радів книгам ніколи в житті,  - Олег освободил руки и провел ладонью по лицу, оставляя черные полосы.
Вероника захохотала и стала прыгать вокруг парня.
- Чого це ти? Чого… 
Под общий смех девочка напевала:
- Ах ты грязный, неумытый поросенок, ты чернее трубочиста, полюбуйся на себя, у тебя под носом сажа, у тебя такие руки, что сбегут от тебя брюки! 
- А мы что принесли… вкуснятина, - Аня и Оля с корзинками, полными янтарных ягод, вернулись со своей продовольственной экспедиции и с любопытством крутили головами, - что у вас тут?
- Ребята в библиотеку записались…
                                                           
                                                     ГЛАВА 23
 Прошло еще несколько дней, Руслан потихоньку поправлялся, увидев что  Оля свободно болтает с Майклом на английском, он попытался встать без посторонней помощи, и это ему удалось. Опершись о дерево, Руслан смотрел на свою красавицу и собирался с силами.
- Отелло, - сказала Люба, - успокойся, Майкл, иди ко мне, поможешь с костром и пообщаемся… Олежка, дровишек принеси.
- Слухаюсь, товаришу командир, а що у нас сьогодні на вечерю? 
- Пока пекутся лаваши…
- А оті чудні плоди, як блини… а ще що?  - Олег заглядывал как Люба резала какие-то листики на чисто вымытом гладком камне, который они притащили с речки.
- Если Антон с Мишкой наловят рыбки, будет рыбный день.
- О, я зараз дров швиденько принесу і піду до них, гляну, може щось підкажу, ми з дядьком Гришею гарно ловили. Майкл, зостанешся черговим по вогню. 
- О`кей…
- Вот, голубчик ты мой, расскажи мне об Америке, как вы там живете… Вот ведь Америка - не ваша родина… жили-жили там индейцы… пришли твои предки, выжили их… и теперь у вас благополучная страна, процветаете, а ведь это НЕ ВАША ЗЕМЛЯ… Прости, конечно, это всё история с географией, но все-таки интересно… У нас сейчас в Украине споры - раздоры: где чья земля, какая территория чьей была и когда, кто жил там, кто жил тут, кто где на каком языке когда разговаривал, одни кричат, что московиты притесняли, а ведь если бы русские не помогли от турок отбиваться, то может мечети стояли бы  и наша история совсем другая была бы, славянами трудно было бы нам остаться, вера, культура всё изменилось бы, они ж вырезали наших предков, обращали в свою веру, угоняли в рабство, палили села и города… трудно было бы за триста лет остаться нам самими собой… и были бы мы какими нибудь туророссами, если вообще были бы… даже трудно представить себе, а ведь сколько раз турки делали такие попытки, договаривались с гетьманами, а те даже за маленькую власть продавались… и что больше всего меня поражает, что своих же земляков отдавали туркам в рабство - расплачивались за сотрудничество, одни значит, вызволяли, а другие…  история полна героев и подлецов… Так вот вы, пришли и стали убивать местных жителей… бедные индейцы жили на своей ЗЕМЛЕ И ЭТО БЫЛО НЕ В ЭПОХУ НЕАНДЕРТАЛЬЦЕВ, А ТОЖЕ ТРИСТА ЛЕТ НАЗАД… вы считали, что имеете право, вы цивилизованные, а они так, дикари… турки тоже наверное думали, что имеют право выжигать наши сёла, убивать наших прапрабабушек и прапрадедушек, рассказывать им в какого бога верить, какую одежду носить, какие песни петь, на каком языке разговаривать…
- Майкл, братишка, ховайся, сейчас за индейцев тебе от Любаши достанется… а ты знаешь, хохлушки какие боевые… у неё же в роду казаки были… да, Любань… она у нас казачка…
- Смотрите какой красавец попался нам… знатный ужин будет…
Антон с Мишей держали ветку, на которой висела большая рыбина.
- Если бы Майкл приехал материк осваивать, он бы им песни пел, женили бы его на индеечке, нарожала она ему кучу маленьких ребятенков… Приплывают завоеватели, находят племя, а там народ местный поёт « Естудэ-эй» и « Я… коней напою… я… куплет допою…»
- Ну, хватит вам, давайте с рыбой разбираться… она уже того… всё… не шевелится?
- Да уже нет, пришлось её немного успокоить, сильно брыкалась… мы конечно, пацифисты, но мы прощение попросили и поблагодарили природу за нашу насущную пищу.
- А где Аня? - спросил Антон, вытягивая ветку.
- Стирать пошла.
- Сколько ей говорить, чтобы не ходила сама, Люб, хоть ты ей скажи, может тебя послушает.
- Да, спокойно, спокойно, а потом, что угодно может случиться, а я еще и Веронику с ней отпустила, куклам платьица полоскать… Мальчишки, а давайте вы сами с этой рыбой разберетесь… её или кусками запекать или костер надо большой…
- Ладно, ладно, иди отдыхай, почитай, полежи, - заговорили мужчины в один голос.
- Я Аню поищу. Мужики, справитесь тут сами? - Антон вытер руки.
- А то, - Миша взял нож, - шашлыки из рыбы пробовали?
- Да-а, - Майкл закивал головой, - мы с отцом делали, когда на озёра ездили отдыхать.
- А разве у вас не выпускают рыбу, когда поймают?
- Выпускают, конечно. Ловишь по лицензии, и соблюдаешь все условия, иначе неприятности, суд, штраф, могут и на всю жизнь запретить рыбу ловить. Всё четко оговорено, какая рыба, какой размер, какой вес и сколько можно взять. У меня отец любит это дело, я ему иногда компанию составляю. Мы с ним и сомов ловили, и черных форелей, и белых окуней, и щук… Интереснее всего, конечно, рыбалка на океане, а еще мы с ним как-то взяли плавучий домик и целую неделю путешествовали по реке, заплывём в какой-нибудь дальний рукав… природа такая… красота…
Мужчины беседовали и колдовали над уловом. Люба и правда прилегла, и взяла в руки несколько томиков… какой же выбрать… от предвкушения в груди радостно затрепетало… Иван Бунин «Поэзия. Проза.» Она помнила как в юности её поразил рассказ «Солнечный удар»… и еще «Руся»… Саша Черный «Избранная проза»… что же выбрать, что же выбрать?!
Скоро все стали подтягиваться. Аня и Вероника развесили в сторонке мокрую одежку. 
- Ага, Майкл, видишь, на аромат сбегаются, проголодались… собратья…
- И сосёстры, - Аня подошла к костру и втянула носом вкусно пахнущий воздух, - ой, есть хочу.
- Первый шашлык - тебе, Анечка.
- Ну, да, самому неутомимому грызуну, - засмеялась будущая мама, и пошла пожаловаться на мужа, - Любчик, а он меня ругал, сказал ещё и ты будешь…
Она присела рядом.
- Да не буду, просто если хочешь отойти от места стоянки дальше, то бери кого-то из мужчин, хорошо? И ты, Вероника, помнишь, что без взрослых не отбегать от лагеря? Да, ты у нас умничка, с тобой легко… Пойдемте, поможем мужчинам организовать ужин побыстрее, и правда есть уже сильно хочется.



Елена Самарская

Отредактировано: 11.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться