Путь домой

Размер шрифта: - +

Глава 86

                                                                            ГЛАВА 86
Настя и Ева лежали на бережку. Накупавшись и наплававшись до изнеможения, теперь валялись на песочке и болтали обо всем на свете. 
- И вот я придумала такую штуку – проверить этих мужчин… на верность,  представляешь как прикольно? К свободным я не подходила, неинтересно и всё понятно, а вот к тем у кого есть пара, вот это было занятно.
- Ну ты, Стэйси, вообще… это ж надо додуматься. И чего? Что ты делала? Что получилось? Ну, рассказывай скорее!
Настя засмеялась.
- Я запутала прядь волос в молнию от курточки, выбирала подходящий момент, подходила и просила помочь, ну, выпутать, ты поняла…
- Трудно не понять… вы стоите близко-близко… ну, ты и стерва, Стэйси! – восхищенно воскликнула Ева. - Ну, рассказывай!
- Видела бы ты их лица, когда я им смотрела прямо в глаза… ну, выражение я выбирала такое… подходящее для каждого.
- Ну, ну, давай про каждого… как это было?!
…………………………………………………………………………………………..
- …Руслан, несколько минут так старательно выпутывал, потом говорит: «Ні, піди к дівчатам, вони ножицями» и пошел к своей Оле, представляешь? К Марку подошла, стоим так рядом, он говорит: «Красивая девочка, красивая, я б с тобой позажигал на Крещатике, а сейчас прости, другой расклад», улыбнулся, добавил: «бытие определяет сознание» и ушел. Миша назвал актрисой… а что, может и правда… взял ножницы, хотел отрезать прядь, я его дураком назвала, вырвалась и сбежала. Чего хохочешь?! 
- Давай, давай дальше, - торопила подруга.
- Олег… я ему в глаза так смотрю и чуть-чуть улыбаюсь, а он растерялся: «Не треба, бо Яна подумає щось дурне», я тогда улыбаться перестала, а в глаза продолжаю смотреть так печально, он ещё больше растерялся, пятнами красными пошел и говорит: «Ну, чого ти, Настусь, є ж хлопці вільні, вибирай любого, їм за щастя буде». Я и говорю ему тогда: «Молодец», мол, «выдержал экзамен на верность, желаю вам с Яной счастья семейного, детей, в общем всего хорошего». Тут я знаешь так паршиво себя почувствовала… хотя ж это был только тест. 
- Ну, ты даёшь! Не боишься, что тебя их жены побьют? 
- Небольшой тест, подумаешь. Соцопрос.
- Не, ты все-таки бесшабашная, вернее сказать - безбашенная, Стэйси!
- А что такого, любовь-любовь, вот и посмотрела, какая любовь…
- Ну, ни одного же не подловила, согласись.
- Потому, что они боятся потерять то, что имеют, думают, я поиграюсь и брошу, куда потом? Лучше синица в руке.
- Не веришь ты в любовь!
- Свою вспомни… последнюю…
Ева нахмурилась.
- Ну, ладно, прости, что напомнила. Пойдем купаться.
- Скажи, есть же и свободные парни, что, никто из них тебе не нравится?
- Мне нужен такой, знаешь, что бы и любил меня, и что бы я чувствовала в нем мужчину, сильного, понимаешь, чтобы он не притворялся сильным, а был им, чтобы это чувствовалось само, понимаешь, не знаю, как тебе объяснить, вот я смотрю на него и все, понимаю - это он, МОЙ МУЖЧИНА.
- Что бы ты не могла из него веревки вить, да?
- Что бы был и сильным и добрым и храбрым и… бесшабашным… но не таким, что-бы мы оба в тартарары куда-то загудели.
- Ага, как тот Николя, который сказал, что если ты не полюбишь его, то он заблокирует тормоза и выедет на скоростную трассу.
- С ним пропадать хорошо, страшновесело… еще б чуть-чуть и я бы влюбилась, только из вредности держалась… хотя меня к нему тянуло… помнишь, он пришел и говорит, у меня карманы полные денег, погуляем, Стэйси, все что хочешь, бежим со мной, никто никогда не будет тебя любить как я, деньги говорит чистые, отец простил меня, разблокировал карточку, я ему сказал, что хочу жениться, пойдешь за меня, поедем с отцом познакомлю, весь мир к ногам твоим, к черту твой контракт, собирай вещи. А ты ж знаешь к чему шло, и какими танцами мне это все грозило. Ладно, говорю, последний раз выступаю и все. Выступление закончилось, а я не знаю, что мне делать… Он приходит, помнишь, бледный, на минутку зашел говорит в казино, уж очень нервничал без тебя, пока ты собираешься, это так долго, а я когда нервничаю, мне надо заняться чем-то, поиграть… Ну, ты не переживай, деньги будут, главное, чтобы ты меня любила… а если не будешь любить то я… то я и ты… то я тебе… Я в глаза его глянула, как будто в бездну заглянула, и тут уже весело не было, только страшно. Такие красивые глаза, а в них - жуть. Как будто на самом краю пропасти постояла, - Настя зябко передернула плечами.
Подруги помолчали.
- И что ты теперь будешь делать с результатами теста?
- Мне было просто прикольно, что ты привязалась!
- Вот они тебя выгонят за то, что ты нарушаешь жизнь в их маленьком обществе.
- И стану я отшельником, буду целыми днями купаться, смотреть на небо и грызть фрукты. Волосы вырастут до щиколоток, а ногти буду подпиливать жестким камушком, что-бы были красивые, а не как у тех аскетов, загорю и стану такого цвета как ты.
Ева рассмеялась.
- И сольюсь со всем сущим и познаю истину! А вам станет скучно без меня и придете и скажете: «Настя, пойдем к нам!», а я вам скажу: «Отойдите от меня, Дети Суеты, не мешайте сливаться с Великим Абсолютом!»
Девушки бегали друг за другом, а потом упали на горячий песок.
- Я когда из дома ушла… мама умерла, и мы с отчимом остались, нет, отчим у меня хороший, он меня дочкой считал, и любому бы за меня башку открутил, только ж он пил сильно, а дружки у него разные, что было дожидаться, толку мне, если он потом грохнет кого-то за меня… закончила я девятый класс и в бега. Прикинь, как мне повезло, один профессор взял меня на работу, убирать, готовить, пожалел просто. Он мне старым казался ужасно, а ему где-то под пятьдесят было. Библиотека у него громаднейшая, и он, представляешь, разрешал мне оттуда книжки читать. Я как метеор все переделаю и за книжку. А он все пишет и пишет в кабинете, пишет и пишет. И все что ни спросишь у него - все знает. Целый год я у него жила как у Христа за пазухой, а потом его угораздило жениться, представляешь? И эта сердобольная женщина поучаствовала в жизни бедной сироты, отвезла меня в соседний городок и пристроила в ПТУ на маляра-штукатура, с проживанием в общаге. И на том спасибо, на улицу ж не выгнала.Там я научилась обходиться минимумом еды и драться, а материться я со времен пьянок отчима умела, правда за этот год стала отвыкать, но такие знания быстро восстанавливаются. Собственно мне все это в жизни пригодилось потом. Главное, что рядом с училищем студия танцев была, сначала я из стипендии платила, а потом когда от голода сознание потеряла на репетиции, препод разрешил мне так ходить. Знаешь, мне в общем-то всегда везло на людей, правда.
Они снова помолчали. Потом Ева вдруг спросила:
- А вот Степан, ты к нему не подходила, я не пойму какие у них отношения с этой Эллен?
Лицо Насти как-то изменилось, и Ева воскликнула:
- Что такое? Он тебе нравится? Да? Скажи! Ну, Стэйси, признайся! Обо всем рассказываешь, а о чем-то важном, так молчишь!
- Да, отстань, Евка…
- Ага, ага, влюбилась!
- Ничего не влюбилась…
- Тогда почему не подошла к нему со своим тестом? А? Почему? Боишься?
- Ничего не боюсь, не успела просто.
- Не успела?
- Сейчас возьму и подойду.
- Подойди, подойди!
Настя подхватилась. Оделась и пошла. Побродила немного по лесу, и решилась. Степан сидел на берегу среди зарослей кустарника, и Насте пришлось его поискать. Увидев мужчину, девушка почувствовала как её охватывает волнение. Вдохнув и выдохнув несколько раз и стараясь сохранять свою обычную манеру поведения, она подошла и остановилась недалеко от мужчины.
- О, Настюха, ты что, гуляешь?
- Мне надо с тобой поговорить… посоветоваться… по одному деликатному делу.
- Со мной? Ну, давай, присаживайся, что там у тебя за дело.
Настя села рядом на траву, вздохнула.
- Да не переживай ты так, говори как есть.
Девушка помолчала. Степан ждал.
- Мне вот нравится один человек, а у него есть девушка… как быть… могу я ему это как-то показать… признаться, или… как ты думаешь?
- Ну, знаешь, Насть, я тут не советчик, мне кажется, что вмешиваться в чужие отношения это, ну, плохо, что-ли, - Степан как-то обескуражено потер лоб.
Настя уткнулась в колени и тяжело вздохнула.
- Ну, ты подожди, не расстраивайся так… есть же и свободные ребята… может не надо спешить, зацикливаться на ком-то…
Девушка отрицательно покачала головой и всхлипнула.
- Вот незадача, - он подсел ближе, - ты ж такая красавица, такая веселая, да что ж это такое, вот наказание.
Он приобнял плачущую девушку, и пытаясь утешить, стал гладить по голове, приговаривая:
- Как же тебя угораздило-то… у них у всех такие хорошие отношения, даже не знаю, что тебе сказать.
- А Эллен? Ты её любишь?
- При чем здесь я, при чем здесь Эллен? - мужчина замолчал и вдруг отстранился.
Настя посмотрела на него зареванными глазами и опустила голову.
- Подожди, ты хочешь сказать…
Девушка утвердительно кивнула головой.
- Перестань, Настя, что за шутки.
Она подняла голову и сказала всхлипнув.
- Какие там шутки, мне не до шуток…
- Постой, девочка, что ты выдумываешь, я седой уже почти весь, я почти на двадцать лет тебя старше…
- Девятнадцать, я посчитала, разве это много…
- Настя, перестань. Зачем ты меня разыгрываешь?
- Когда ты стоял там, и Стас тебе приставил пистолет, вот сюда, а ты стоял и говорил с ним, меня как будто внутри все обожгло… и до сих пор не проходит, - девушка коснулась посеребренного виска, а потом наклонилась и поцеловала.
- Что ты делаешь, - срывающимся голосом выдохнул мужчина.
- Мне  девятнадцать, скоро двадцать, а я ни разу не любила, представляешь, они все думают что я, - она сделала паузу и продолжала, - а мне все равно, пусть думают что хотят. У меня были мужчины, так жизнь сложилась, но любви еще не было... Может, ты думаешь, что я какая-то сексуально озабоченная. Нет. Этот секс, он висит надо мною как дамоклов меч, красивой быть не просто. Мне уже тошнит от того, как мужчины смотрят на меня. Секс и любовь, это не одно и то же, любовь включает в себя секс, а секс любовь не всегда, даже можно сказать редко, - она уткнулась ему в грудь и спросила,- а у вас было что-то с ней?
- Нет, - внутри у Степана была буря. Он и сам бы не смог сейчас определить и описать то, что с ним происходит.
- Она тебе просто нравится, но ты не любишь её, правда? Я смотрела, когда вы были вдвоём. Вы даже не целовались…
Мужчина отстранился.
- Ты следила за нами?
Настя покивала головой.
- Ну, знаешь!
Полными слез глазами она смотрела на него.
- Мне было так плохо… я хотела знать, есть ли у меня хоть ма-а-аленькая надежда…
- Ты же красивая девочка, что ты себе придумала, у тебя ещё будет молодой, красивый, богатый… у тебя жизнь только началась.
- Мне не надо никого. Я люблю тебя.
- Подожди. Все это так неожиданно… Мне надо как-то прийти в себя, осмыслить это все, обдумать. В общем, мне надо побыть одному, - Степан встал.
- Испугался, есть такие мужчины, которые пугаются серьезных отношений… иди, иди… а я пожалуй, искупаюсь.
Не снимая платья, Настя забежала в воду и поплыла. Тревога заползла в душу Степана, он разделся, и быстро нагнал девушку. Настя увидела его, но из чувства противоречия все плыла и плыла, даже выбившись из сил, не приняла помощь, а легла на спину и, выставив один носик из воды и шевеля ступнями, двигалась к противоположному берегу, который теперь был намного ближе, чем тот от которого отплыли. Степан взял её на буксир, и вот уже они ощутили дно под ногами. Не говоря ни слова, выбрались на берег. Войдя в лес, Настя нашла солнечную полянку, сняла платье и развесила его сушиться. Выжала волосы. Потом нарвала большую охапку цветов и красивых ажурных листьев, и сев спиной к мужчине, стала плести. Степан сел недалеко и смотрел на воду.
- Я так поняла, что ты со своей добротой и ответственностью теперь боишься, как бы я не наделала глупостей. Я не буду, обещаю тебе. Так что можешь быть спокоен и… свободен. Я нормально плаваю, главное не нервничать, и распределять силы. Прости меня, я вывела тебя из состояния душевного равновесия. Я постараюсь этого больше не делать. Забудь.
Степан встал и пошел.
«Неужели ушел… неужели ушел… дура, дура, дура, не могла помолчать…»
Настя бросила плести веночек, горькие слезы капали на цветы как дождь.
- Анастасия, это что такое? Прекратить осадки!
Девушка подняла голову. Мужчина подошел и присел рядом. В руках у него было великолепное яблоко - апельсин с красными бочками, и несколько хрупких  стебельков с голубыми нежными колокольчиками. 
- Это тебе.
- Я думала, ты ушел, - Настя стала вытирать слезы.
- Какой ты еще ребенок.
- А мы все дети, мужчины - мальчишки, а женщины – девчонки, до самой старости… Только некоторые это забывают, а некоторые тщательно скрывают.
- Это букетик, а это конфетик. Конфекты, как раньше говорили. У нас же первое свидание, как я понимаю.
- Спасибо, - она склонилась к нему на плечо, прикрыв грудь руками.
- Так, первое свидание, что там положено, гулять, разговаривать, смеяться, есть мороженое, ходить в кино.
- Целоваться!
- На первом свидании?!
Настя рассмеялась.
- На классическом первом свидании может и не целовались раньше, но в конце-то, когда до дому провожали, на прощание  могли поцеловаться… бывало же такое?
- А мы уже прощаемся?
- Как будто…
- Ну, ладно. …Теперь понятно, почему тайфуны называют женскими именами. 
- Поцелуй меня еще. Я хочу, чтобы ты не думал о ней никогда больше.
- Она хорошая. 
- А я взбалмошная, да?
- Теперь уже не стоит разбираться, у кого какой характер. Забудь, сказала, и как это теперь забудешь? Обожгла… теперь уже не пройдет…
Настя вдруг стала взахлеб рассказывать Степану про свою жизнь, про маму, про отчима и про все, что было потом.
- А если есть то, что хочется забыть и никогда не вспоминать…
- У каждого есть то, что хочется забыть и никогда не вспоминать. Моя профессия - война. Я, конечно, стараюсь, насколько возможно, оставаться человеком, но… сама война по определению включает в себя жестокость, страдание, кровь и боль, все время такая зыбкая грань, то что для других - переступить черту, какой-то предел, то на войне это будни. А знаешь, что мы сейчас сделаем, мы сейчас пойдем с тобой, окунемся с головой в эту реку, и все смоем, и расстанемся с прошлым, ну, не со всем конечно, все хорошее будем помнить, а все плохое уйдет, и начнем все сначала. Совершим такой ритуал очищения?! 
- Да-а-а!
Держась за руки, они вошли в воду, и присели. Вынырнув, Степан увидел, что Настя еще там, и быстро поднял её. Задыхаясь и отфыркиваясь, девушка мотала головой.
- Сумасшедшая, что ты делаешь?!
- Я хотела хорошо, - резко втягивая в себя воздух и выдыхая, сказала Настя, - по-настоящему.
- Заикой оставишь.
Постояли обнявшись.
- Ну, что, домой, а то еще начнут искать.
- Угу, я сейчас, - она надела еще влажное платье, вплела колокольчики в венок и положила на воду, течение неторопливо понесло его куда-то далеко-далеко, - а яблоко съедим сейчас.
- Выполним все ритуалы?
- Мгм…
- А яблоко я принес, значит, мы подкорректировали притчу. А может, так и было, мужчина как кормилец принес еды, женщина приготовила и предложила ему… и себе…
- Кусай…
- Хрум-хрум?
- Мгм…
- И кто тогда змей - искуситель… еще вопрос…
- Я думаю, мужчина и женщина созданы для того, чтобы любить друг друга, и в этой любви они только и могут познавать этот мир во всем его многообразии и красоте, по-другому - это уже не полная и не гармоничная картинка мира, где-то перекос, где-то недобор, душевные муки, томление тела. А так все уравновешивается, и развитие идет плавно и естественно. Ну, конечно, когда все по-нормальному, а не так как бывает в нашем социуме, далеком от совершенства.
Степан внимательно смотрел на Настю.
- Что, для танцующей у столба складно говорю, так я ж как кот Матроскин, у профессора в доме жила, ела колбаску и кой-чего нахваталась.
Мужчина обнял её и строго сказал:
- Чтоб я этого больше не слышал, договорились? Ты поняла, о чем я, да?
- Новая жизнь?
………………………………………………………………………………………
Они вошли на территорию лагеря держась за руки. Удивленные взгляды, улыбки, на некоторых лицах недоумение.
- Я тебе говорила, надо было по одному приходить.
- Вот еще, что я пацан, что ли. 
- Но я же вижу, что ты переживаешь.
- Перестань, никому нет никакого дела. Это наше, личное. И я никому ничего не должен.
- Пойду, переоденусь. …Девчонки, дайте что-нибудь переодеться, бултыхнулась в речку прямо в платье.
- Ну что, протестировала? - ехидно спросила Ева. - Бедная Эллен…
- У них ничего не было.
- И теперь уже не будет…
- А ты чего, завидуешь? Подруга, называется.
- Да, ладно, не обижайся. Наверно мне до чертиков надоело быть одной.
- Так в чем же дело?
- Не разлюбила еще этого гада понимаешь ли… где он там?
 



Елена Самарская

Отредактировано: 11.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться