Путь пешки 1. Начало

Размер шрифта: - +

Глава 9

Не знаю, сколько мы так валялись — окоченевшие, перепуганные и уставшие. Я совсем не ощущала течения времени, но постепенно жаркое солнце нас согрело.

— Ну что, Лесь, идти-то сможешь?

— Да. А куда пойдем?

— Я не знаю, тебе виднее. Ты же знаешь, что за люди приходили ночью и где сейчас могут быть Домка и ребята?

Олеся глубоко задумалась. Я тоже, хотя я могла думать только об одном — это что же нужно было сделать с Олегом, Туркой и особенно с Домкой, чтобы так запросто утащить их, и они даже не сопротивлялись?! Самый очевидный ответ напрашивался сам собой — убить.

Но верить в это не хотелось, и даже думать об этом казалось кощунством. Особенно если они так и остались там лежать, а мы и не увидели, потому что не вышли из пещеры… И если Олег и Турка могли понадобиться для каких-то целей, то Домка — зачем он им, огромный обозленный сопротивляющийся пес?

Я вдруг заметила, что опять плачу. Олеся вытерла мне слезы.

— Как ты думаешь, Олесь, они живы? Куда их могли забрать? Кто это вообще? Есть ли здесь кто-нибудь, кому мы точно можем доверять, и кто сможет нам помочь?

Олеся от такого количества вопросов поникла и опять надолго задумалась. Я решила не теребить ее, а дать время поразмыслить — может, до чего-то и додумается…

Окружающая природа завораживала. Небольшое горное озерцо среди желтых скал из ракушечника и редких кряжистых деревьев отражало пронзительно-синее небо и казалось необыкновенно ярким и спокойным. Трудно даже поверить, что в его водах мы только что перенесли такие испытания!

Интересно, откуда же мы выплыли? Я совсем запуталась в направлении, пока прыгала вокруг Олеси в попытках ее откачать, да и до того все помню как в тумане… Но, если судить по солнцу — получается, что наша пещера с другой стороны вот этой горы, а запасной вход в нее из-под воды — действительно, как у бобров! Интересно, кто это соорудил механизм с прутьями и устроил тоннель?

— Нам поможет Учитель! — резко прервала ход моих мыслей Олеся.

— Так, хорошо. И где нам его найти?

Олеся опять замолчала, а я вдруг вспомнила недавний разговор у костра: «…То есть Игнат сказал тебе, что Учитель ушел в наше убежище у журавля?»

— Олеся, а ты знаешь, где ваше убежище у журавля? Ты там была? Как нам туда попасть?

— Да, я там была. Я знаю, куда идти. — Олеся ожила, глазки заблестели… Тоже, видно, по своему Турке тоскует.

— Это далеко? До ночи дойдем?

— Ну не знаю…

— Ладно, пойдем.

— В это озеро впадает река, мы пойдем вдоль нее.

Олеся приободрилась, приосанилась — похоже, для нее непривычно кого-то вести и проявлять активность. Наша одежда почти высохла, но вот спустя пару шагов я мигом вспомнила о своей вчерашней проблеме. Ноги немного расслабились без ходьбы и в холодной воде, а теперь я в полной мере ощутила каждый камешек, и это причиняло жуткую боль вчерашним порезам и ранкам. Олеся сразу заметила, как меня перекосило и заволновалась:

— Что такое? У тебя что-то болит?

— Да ноги еще непривычны к хождению босиком, все в порезах и царапинах.

— А ну покажи.

Усевшись на камень, я показала ей свои многострадальные ступни.

— У тебя такие мягкие ноги, совсем никакой защиты!

— Какой еще защиты?

— Ну вот смотри — у меня есть защита…

Олеся сняла свои мокасины и показала мне ступню. На «ходильных» поверхностях — пятке, пальцах и области под ними на всю ширину ступни у Олеси была своеобразная корка загрубевшей кожи — плотная, твердая, чуть темнее, чем основная стопа, но целая, без порезов и уколов, как у меня… Сколько усилий прилагают женщины моего мира, чтобы не допустить таких загрубевших ног — распаривают, трут, срезают, смягчают… Чтоб ступни были розовые и мягкие, как у ребенка… А оказывается — очень зря!

— Ну, я это все регулярно оттираю теркой…

— Зачем?

— В моем мире эта «защита», как ты говоришь, вовсе и не нужна. Мы ведь почти не ходим босиком… Потому и ноги такие розовые и изнеженные.

Олеся ничего не ответила, но я сама осознала всю нелепость ситуации. М-да… Здесь, в этом мире, все переворачивалось с ног на голову! Или там, у нас — все перевернуто… Так сразу и не разберешь.

Олеся в это время разулась и протянула мне свои мокасинчики:

— На, возьми пока мои! Я и так похожу, а ты с такими ранками и тонкой кожей далеко не уйдешь!

— Спасибо, конечно, но…

Я не нашлась, что ей ответить и все-таки с сомнением взяла мокасины. Во-первых, они мне безнадежно малы — у Олеси с ее ростом нога значительно меньше моей. Во-вторых, они у нее до сих пор мокрые после наших купаний, да и вообще - ходить в чужой обуви это как-то… Подумав, я все же решила их надеть — и чтобы человека не обидеть, да и куда же я пойду босиком, если мне шаг ступить больно?! А насчет брезгливости — так сейчас есть дела поважнее, чем задумываться о такой ерунде!

Олеся уверенно повела меня к реке, и я в очередной раз удивилась, насколько эта девушка отличается от моего сложившегося о ней мнения. Она шла, распрямив плечи, оглядывая лес и отыскивая знакомые ориентиры. То ли под впечатлением от пережитого, то ли проникнувшись ответственностью, ведь сейчас она вела меня в этом чужом и незнакомом мире — но она совсем не выглядела «беспомощной глупенькой Лесенькой, которая сама пропадет»… Как же я ошибалась на ее счет!



Татьяна Лемеш

Отредактировано: 17.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться