Путь Светлячка

Размер шрифта: - +

II - 20

 

1983

 

Узнав из Даниного письма о переброске в Афган, Света поначалу не поняла, как следует реагировать: слишком уж чужда и непонятна была ей эта тема. Она даже не сразу осознала в полной мере, что произошло. Сам Афганистан казался настолько далёким и каким-то... ненастоящим, что невозможно было воспринимать Данину новость всерьёз. 

Впрочем, нельзя было винить её: большинство жителей СССР тоже имели об этом весьма смутные представления. Странная, непонятная война, война-невидимка - где-то на противоположном краю земли. Разве их это касается? Да ничуть не бывало! Жизнь идёт своим чередом: каждый день ярко светит солнце, люди улыбаются, приглашают друг друга на свидания, целуются, женятся, ходят на работу, забирают детей из сада, ужинают в своих благоустроенных квартирах, смотрят телевизор и ложатся спать... Войны не бывают такими. Даня отслужит и обязательно вернётся целым и невредимым.

Однако, получив письмо, Света всё же сходила на переговорный пункт и заказала разговор с Речным - ей необходимо было услышать голос Дины Наумовны, которая убедила бы её в том, что беспокоиться абсолютно не о чём.

Разговора не вышло. Дина Наумовна, оказывается, тоже получила письмо от сына. И теперь она просто выла - причитая, точно по покойнику, громко, душераздирающе, по-бабьи. Михаэль Давидович, тщетно пытающийся её успокоить уже несколько часов подряд, беспомощно и расстроенно пролепетал в трубку:

- Светочка, извини великодушно, но она сейчас не в состоянии... Перезвони завтра... или на неделе... - и, зажав трубку ладонью, в отчаянии прикрикнул на свою обезумевшую от животного страха жену:

- Да перестань же, Дина! Ну что ты оплакиваешь его, как будто он уже... - но вслед за этим последовал очередной виток истерики бедной матери, и Света, помедлив, осторожно опустила трубку на рычаг. До неё, наконец, дошло, что случилось нечто совершенно ужасное. 

 

Теперь она жила только ожиданием писем. Эти весточки от любимого человека являлись прямым свидетельством того, что с Даней всё в порядке. Что он живой и здоровый. Она прижимала к губам листки, исписанные мелким аккуратным почерком, целовала их, затем закрывала глаза и нюхала, точно пытаясь уловить знакомый, родной запах...

Разумеется, в своих письмах солдаты не имели права сообщать близким о военных операциях, поэтому Даня писал и ей, и матери об отвлечённых вещах. О прозрачном афганском небе, о сухом и жарком ветре и о лютой морозной зиме, о горах и пустынях, о скорпионах и фалангах, о мусульманском календаре, по которому живёт местное население, о самих афганцах... Она чувствовала, что Даня всеми силами старается уберечь её от излишних переживаний за него, зная, что она будет волноваться, поэтому преувеличенно радужными красками описывал свои армейские будни: "Ребята подобрались дружные, дембеля не издеваются, играем в волейбол, поём песни... А вчера добыли в деревне у местных одно яйцо, развели с водой и порошковым молоком, и наш повар нажарил блинов - как же мы пировали!"

Каждую неделю Света теперь бегала звонить Дине Наумовне: они зачитывали друг другу вслух Данины письма, сопоставляли изложенные в них факты, смеялись и плакали, уговаривая себя, что всё не так уж и страшно. Шульман даже немного ревновала и обижалась: порою сын просил Свету, чтобы она пересказывала родителям его послания, а сам ничего им не писал - к чему по сто раз повторять одно и то же.

Света добросовестно, чувствуя долю своей вины перед Диной Наумовной за то, что полностью завладела вниманием её сына, читала избранные отрывки из Даниных писем. Она пропускала только те строки, в которых он писал ей о своей любви... И не было для неё сокровищ драгоценнее, чем эти ласковые слова, словно незаметно сокращающие километры между ними.

 

...Ветка, милая, я каждую минуту о тебе думаю. Это какое-то наваждение, мне иногда даже кажется, что ты зовёшь меня по имени - и я, как дурак, начинаю озираться и искать тебя глазами...

...Ты опять снилась мне сегодня ночью. Рассказал бы я тебе в подробностях, что это был за сон, если бы не цензура...

...Люблю тебя. Люблю. Всем сердцем, всем существом. Без тебя мне как будто руку или ногу ампутировали, постоянно физически ощущаю эту нехватку. Жаль, обезболивающего пока не придумали...

...Ты пиши мне, моя маленькая, пиши пожалуйста про всё. Какая сейчас у вас погода, какие фильмы выходят, какие песни слушают. Как твоя учёба? Зовут ли на съёмки? А ещё пришли мне, пожалуйста, какую-нибудь свою фотографию. Невыносимо без тебя, Светлячок. Так хочется, чтобы прямо сейчас ты была рядом. Я бы обнял тебя и... нет, этого я тоже писать не буду. Прости, постоянно срываюсь, все мысли об одном...

...Из-за нелётной погоды почту задержали на несколько недель. Думал, сдохну без твоих писем за это время. Наконец, вчера прояснилось. Прилетел "почтовик", привёз две тонны корреспонденции - я не преувеличиваю, Веточка, мы всю ночь её разбирали. Вертолётчик смеётся: говорит, жёны тех, кто служит в Джелалабаде, сильнее всех любят своих мужей. Ребята надо мной подшучивают: мол, из этой пары тонн полторы - точно для меня. Получил от тебя восемь писем и пять от мамы. Спасибо за фотографию! Какая же ты у меня красивая, слов нет, чтобы выразить... Ребятам фото не покажу - украдут! Да, вот такой я собственник! С ума по тебе схожу...



Юлия Монакова

Отредактировано: 17.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться