Путешественница по мирам

Прода 14

Филипп попал в замок, шагнув из портала в свои покои. Он единственный мог перемещаться в любую точку своего мира без ограничений; королевская власть давала ему такую особенность.

Король криво усмехнулся: его обыграли девчонки-ведьмы. Ничего страшного, от гарема всё равно пришлось бы избавиться, а теперь и повод есть. Кроме того, любовницы во дворце опасны для кошки, поэтому ему просто необходимо разослать всех девушек по домам. Особо упёртых он решил выдать замуж.

Насмешка судьбы: в истинную пару ему всунули обычную дворовую кошку. Ну что ж, во всём есть свои прелести. После вступления в брак он возьмёт в любовницы любую женщину, которая ему понравится, и кошка не станет помехой.

Он двинулся к дверям, как и был – в одних штанах, босиком. Красиво, уверенно, опасный хищник. Распахивая створки дверей в разные стороны, он произвёл фурор среди стражников, заставляя их истерично метаться из стороны в сторону и имитировать активную деятельность.

В замке началась хаотичная беготня, пока он уверенно двигался по коридору к залу для заседаний – именно там, по его мнению, мог находиться герцог.

Появление короля в зале вызвало у всех присутствующих немое удивление. Его корона стояла на столе, стринги так и продолжали висеть на зубце. Он уверенно подошёл к венцу, отцепил бельё и бросил рядом на стол, после чего спокойным движением руки водрузил корону себе на голову.

– Ваше Величество, – отмер первым герцог, – мы как раз разрабатывали план вашего поиска.

– Можете расходиться, я сам разобрался, – оскалил он зубы в обворожительно красивой и угрожающей улыбке. Зал опустел мгновенно. Драконы ретировались бесшумно и быстро, старательно отводя взгляды от обнажённого торса и босых ног опасного короля.

– Невеста тоже исчезла, Ваше Величество, – рискуя своей жизнью, поставил его в известность Одэл.

Самые нерасторопные и любопытные замешкались в дверях, чтобы услышать ответ короля. Филипп сощурился и дыхнул огнём в их сторону. Пламя опалило уже закрытые двери и потухло.

– Успели, – хмыкает саркастически дракон и, убедившись, что их с герцогом никто не сможет услышать, серьёзно говорит: – Я знаю, где кошка. У нас впереди много работы, надо избавиться от гарема и моих любовниц из дворца.

– У нас нет столько яда, – задумчиво хмурится Одэл, – может, передушим половину?

– Мы никого не будем убивать, – коварно улыбается дракон, – вернём всех по домам в их миры.

Герцог недоумённо приподнимает брови и живенько интересуется:

– И даже девственниц не сожрём?

– Моя невеста против, – наигранно опечаливается Ваше Величество.

– Какая жестокая кошка, никакого уважения к дворцовым традициям, – возмущается с самым серьёзным выражением лица Одэл.

– Ну, пошутили и хватит, – улыбается широко король. – Кошка в опасности, восхитительные похитительницы тычут в неё охотничьим ножом и требуют всех пленниц гарема вернуть по домам. Подозреваю, животное в сговоре с ними: мордочка у хвостатой была слишком наглой, когда у её горла оказался нож. Из принципа женюсь и буду приносить ей свежих мышей по утрам в постель.

– Оптимистично, – соглашается герцог. – Надо наложниц формировать группами и отправлять партиями в их мир, иначе ты провозишься с перемещением по домам весь ближайший месяц. С любовницами во дворце я разберусь сам.

– Интересно, сколько человек выдержит артефакт при одном перемещении? Хм? И ещё думаю, надо объявить по всему миру о том, что все попаданки отправляются домой по своему желанию. Из гарема человек двести точно сбежало, – размышляет вслух король, – надо за сутки навести порядок.

– Так торопишься вернуть кошку? Это любовь, – откровенно лыбится герцог, предполагая, что есть шанс огрести по шее от своего друга.

– Идеальная жена: много не ест, не ревнует, богатство её не интересует, в государственные дела вмешиваться не будет, никого не убьёт, короткая жизнь, матушка в восторге, – охлаждает пыл герцога король; а в голосе-то горчинка, – мне невероятно повезло.

– Смотрит на тебя как на раба и открыто презирает, – продолжает герцог перечислять достоинства невесты короля, посыпая солью свежую рану.

– Можно завести сотни две любовниц и жить в своё удовольствие, пока комок шерсти развлекает маменьку, – добавляет Филипп, – и она никогда не воткнёт мне в спину нож.

– Феона была заколдована, – не соглашается Одэл, – поэтому и всадила в тебя вилку. Да и не в спину она её воткнула.

– В плече всё ещё отдаются болью воспоминания, – шутит король.

Дверь в зал открывается, и в огненно-красном платье на корсете с открытым верхом вплывает королева-мать, гордо держа голову. Дверь за ней закрывается.

– Сын, рада видеть тебя в добром здравии, – по-королевски величественно произнесла Таразия, заставив Филиппа и Одэла насторожиться и в голове выстроить план побега из зала, возможно даже в ипостаси драконов.

– И я, матушка, рад вас видеть в добром здравии глубокой ночью, – неуверенно лепечет король, отступая на шаг назад синхронно с Одэлом.

– Прилетал жрец, – Таразия движется уверенной и твёрдой поступью в их сторону, – принёс артефакт, срывающий личину. Где моя ко… – спотыкается она на слове и тут же исправляется, – моя будущая невестка?

– К свадьбе будет здесь, – произносит Филипп, прикидывая, как правильнее вышибить витражное окно. – Она в гостях, пока я во дворце навожу порядок к свадьбе.

Королева-мать протягивает руку, в которой на чёрной тесёмке висит небольшой невзрачный голубой камень без огранки. Король, слегка наклонив голову в раздумье, осторожно принимает от Таразии артефакт.



Альбина Уральская

Отредактировано: 24.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться