Путевые заметки Патрика О'ши

Размер шрифта: - +

Глава 41

Не мог не обратить внимания на то, что последнее время стал подозрительно часто просыпаться в кровати. Поначалу хотелось сказать, что это странно, но всё куда проще – я просто отвык от этого за последние несколько месяцев. Смею ли я говорить, что это плохо? Отнюдь. Тёплая постель пленяла одним фактом своего существования. А что уж говорить о том, что делил я её с самой прекрасной девушкой на всём севере Байрела?..

С одной стороны, мне не хотелось сотрясать воздух громкими фразами, с другой, не могу не озвучить парочку. Всё то, что было между нами в прошедшие дни и ночи (особенно, в ту ночь), рождало во мне уверенность в том, что между нами творится нечто, что в скором времени превратится в другое нечто, которое, не побоюсь этого слова, является основательным и нерушимым. Я верил в это, я знал, что так и будет. Я видел это в огне в её глазах, я чувствовал это в каждом её касании, слышал в каждом вздохе.

Да, моя вера ничем не была подкреплена, но на тот момент она, пожалуй, вела меня дальше на север получше любого набора указателей вместе с желанием попасть домой. Я знал. Я верил. Я хотел, чтобы так всё и было.

С пробуждением мы не стали утруждать друг друга разговорами о том, что мы пережили в промежуток с вечера по утро: мы понимали друг друга без слов. Вдоволь понежившись в кровати, Молли одарила меня поцелуем и, одевшись, отправилась за завтраком. Я же, лениво застелив кровать и натянув брюки с рубашкой, разлёгся на покрывале и, витая в сладких мечтах, стал ждать. Я был на той стадии блаженства, когда вот-вот должен был закрыть глаза…

Дверь резко распахнулась и так же резко, с громким хлопком, закрылась. Я в лёгком испуге и недоумении поднял голову и увидел жутко взволнованную запыхавшуюся Молли, вжавшуюся в дверь и судорожно пытающуюся найти засов.

- Молли? – я сел и засунул ноги в ботинки. – В чём дело?

С щелчком засов закрылся, по поводу чего Молли выругалась на чаксском. Она схватила сумку и принялась то ли копаться в ней, то ли паковать.

- Молли? – я коснулся её плеча.
- Патрик, дорогой… Нам нужно срочно покинуть этот милый городок.
- Что?..
- Нет времени объяснять, извини, - в её руке появился крошечный карманный пистолет (я такие только на рекламных листовках видел), который тут же исчез где-то под подолом её платья. – Прошу тебя, собирайся.
- Молли, в чём дело?
- Не до разговоров, дорогой...
- Знаешь ли!..
- Патрик! – она посмотрела мне в глаза. – От того, как быстро мы испаримся, зависит не только моя, но и твоя жизнь!
- Даже так? – невозмутимо спросил я.
- Даже так!
- Молли, пока ты мне не объяснишь, в чём дело, я ни на дюйм не сдвинусь.
- Что?! – мне показалось, что она готова была на меня наброситься.
- Давай ты сейчас успокоишься и просто мне расскажешь, что же тебя так напугало.
Молли сделала глубокий вдох, продолжительно выдохнула и сказала:
- Патрик О’Ши, если я не увижу завтрашнего утра, то вина за это будет лежать на тебе и только на тебе. Если ты это осознаешь, то я незамедлительно начну свою небольшую исповедь. Итак?
- Я всё понял, - я кивнул.
- Ты ведь прекрасно помнишь о том, что я некоторое время жила в Моссе?
- Да.
- И ты помнишь, как я изменилась, стоило вчера Оливеру произнести это название?
Я кивнул.
- В том городе я сделала кое-что очень сложное, почти невозможное – я встретила хорошего человека. Этот человек, не буду называть его имени, впустил меня в свой дом, обеспечил всем необходимым в обмен на работу по хозяйству. Для меня – сущий пустяк! Я жила хорошо, насколько можно хорошо жить в той дыре… Я не знала, чем занимается хозяин дома, какие у него с кем дела, пока однажды к нему не пришёл некто по имени Тогг. Вижу, тебе оно ни о чём не говорит (я кивнул), хотя, поговаривают, в Моссе он самый опасный и могущественный человек.

Она тяжело вздохнула и впилась глазами в пол.

- Они ругались. Обвиняли друг друга, проклинали, на чём свет стоит. Тогг угрожал ему расправой, грозился «отыграться» и на мне… Мне стало страшно, напуган был и мой друг, но, взяв себя в руки, он попросил меня о помощи. Мне пришлось спешно покидать Мосс, неся с собой послание, адресованное, вроде, его брату. Остановившись в одном из пабов… я... я… краем уха услышала… это был Тогг… Он узнал, что я отбыла с посланием… и отправил…

Молли явно переволновалась и готова была сорваться в плач.

- Отправил погоню? – закончил за неё я.
- Да! – выпалила она. – И они здесь, Пат! Это о них говорил Оливер! Они у стойки!
- Сейчас?!
- Чёрт тебя дери, да!
- Тебя видели?
- Нет, - Молли помотала головой.
- Славно, - я достал один из револьверов и принялся собираться.
Молли продолжила возиться с сумкой.
- Почему ты раньше мне не рассказала?
- О, Пат, не надо… я… я не хотела, чтобы ты… тебя впутывать… Прости…
Ответом был лишь мой тяжёлый вздох. Я почувствовал, что фундамент моих мечтаний дал трещину…

Снизу достался приглушённый звук, будто кто-то хлопнул ладонью по доске. Мы с Молли переглянулись, в её глазах я не мог не прочитать испуг и мольбу о помощи. Неложным было догадаться, что путь по лестнице для нас закрыт. С секунду посмотрев по сторонам, я выбрал, пожалуй, единственный из всех возможных вариантов.

- Окно, - сказал я.
- Что?..
- Там было что-то вроде крыльца, воспользуемся им. Или у тебя есть идеи получше?

С секунду лицо Молли выглядело так, будто она собирается назвать меня дурнем, но тут же это выражение сменилось улыбкой. Мы подпёрли дверь кроватью и, убедившись, что ничего не забыли, выбрались на козырёк, который, к слову, шёл вдоль всей стены. Добравшись до угла, Молли сняла сумку и, с моей страховкой, повисла на карнизе на руках. Еле слышный удар каблучков о землю оповестил о том, что она успешно спустилась.

За спиной раздался грохот и приглушённая ругань. Я как можно быстрее передал Молли всё, что могло мне помешать при спуске, и начал осторожно спускаться с козырька… Так и не понял, что именно пошло не так. Я помнил, как начал свешивать ноги с карниза, лежа на животе, а в следующую секунду я обнаружил себя уже на земле с глухой болью где-то в районе лопаток.

- Только не теряй сознания! – надо мной появилась Молли и схватила меня за грудки.
- Скажешь ещё, - я честно попытался подняться как можно быстрее, но, уверен, со стороны смотрелось это довольно неуклюже.

Молли потянула меня в сторону северных ворот, я проследовал за ней, пытаясь на ходу надеть сумку и скатку. Очень хотелось перейти на бег, но, с одной стороны, это привлекло бы ненужное внимание, с другой, я просто не мог. Да, очень хотелось покинуть город как можно быстрее, ведь это сулило бы спасение и появление ответов на уйму вопросов, что успели скопиться у меня за утро, но, нет, мы ограничились лишь быстрым шагом. Не пустились мы в бег, покинув черту города, пока не пересекли линию вырубки и не оказались в тени деревьев. Молли потянула за собой, и я побежал, не обращая внимания на ноющую спину. Не знаю, сколько мы махнули, но остановились мы только тогда, когда выдохлись.

Не тратя время на то, чтобы отдышаться, я взял её за руку и увёл с дороги. Обменявшись парой фраз, мы решили, что будет лучше держаться пока подальше от трактов, и двинулись сквозь заросли в северном направлении. Мы шли молча, с нами молчал и лес, перенявший от нас тревогу и отбросивший желание приободрить нас птичьим пением. Лишь ветер прокатывался по кронам, окатывая нас свистом и воем, будто верхом на нём разъезжала злодейка Банши…

К концу дня мы оставили лес за спиной и оказались на широкой и относительно ровной полоске земли, заполненной высокими кустами вперемешку с валунами. Придерживаясь того же направления, мы двинулись к мрачноватого вида холмам, что медленно исчезали под ночным покрывалом. Небо затягивали угрюмые тучи, ветер будто старался прижать нас к земле. Мы еле-еле нашли место, где он не так уж и чувствовался, и встали на ночлег, увы, без костра. Покончив с ужином, я заключил Молли в свои объятия – так хотя бы было теплее. Мы прижались друг к другу и довольно долго молчали, пока она не сказала:

- Ты теперь будешь меня ненавидеть, Патрик, и будешь прав.
- Что ты такое говоришь, Молли?..
- Ты же хочешь что-то узнать, дорогой? Что-то обо мне.
Я кивнул.
- Так спрашивай, - она поцеловала меня в щёку. – Сейчас я буду честна с тобой.
- А раньше? Раньше не была?
- Раньше я просто ничего не говорила, - она грустно улыбнулась. – Итак?
- Молли – твоё настоящее имя?
- Да, - она улыбнулась чуть веселее.
- Всё то, что ты о себе рассказывала до твоего появления в Моссе – правда?
Она кивнула.
- То, что ты рассказала мне утром – правда?
- Отчасти, - она вздохнула. – Я, действительно, мало была осведомлена о роде деятельности моего нанимателя, но, всё-таки, принимала в ней участие. Там, знаешь… мелкие поручения. Принеси то, отнеси это, купи по списку… Это как-то связано с диковинками времён последней Войны, более не знаю.
- И ты всегда знала, что за тобой погоня…
- Да. И незадолго до нашей с тобой встречи я оторвалась от неё. Как жаль, что ненадолго… Если тебе интересно, я даже лично знакома с тем, кто её возглавляет.
- М?
- Тот… кого Оливер назвал жирдяем. Его зовут Бриар. Малоприятный тип, один из приближённых Тогга… Но тебе это знать ни к чему – ты же не будешь с ним встречаться.
- Дурацкое имя…
- Да…

Я несколько секунд собирался с силами, чтобы задать следующий вопрос:

- Молли… а всё то, что было… ну… после нашей встречи…
- О, Пат, - она уткнулась лицом в мою грудь, - не надо…
- Это была лишь игра?

Молли ответила не сразу:

- Первые пару дней… Я проверяла тебя. Присматривалась к тебе… Сначала я думала либо сделать с тобой что-нибудь нехорошее, уж извини, либо использовать как телохранителя на неделю-другую, а потом помахать ручкой и исчезнуть навсегда… Но…
Она закрыла глаза, по её щекам потекли слёзы.
- …но всё вышло иначе… Ты… такой… простой… наивный… я… мне так понравилось… А потом… я узнала тебя лучше. С других сторон…
Она сделала глубокий вдох.
- Всё, что было после нашей встречи, не игра, Патрик О’Ши, не игра. Ты имеешь полное право мне не верить, но это разобьёт мне сердце. И я очень надеюсь, что твоё сердце не разбито тем, что я скрыла от тебя правду о себе. Я не смею просить тебя о чём-либо, кроме одного – прошу, просто помоги мне донести эту чёртову бумажку, а дальше ты волен отправить меня на все четыре стороны, и я приму это. Это будет…

Я остановил её, положив ладонь на губы.

- У нас в планах была прогулка по моим краям.
- Ты… ты не хочешь меня прогонять? – глаза Молли округлились.
- Нет. Может, ты и дурочка, раз поступила так, как поступила, но я тебе верю. И… и я же тоже не играл…
- Ах, Патрик, - она обхватила меня руками, я так же крепко обнял её.
- А откуда у тебя пистолет?
- Нужен был… он у меня появился в Моссе. Знаешь, я уже решила покончить с этим. Скоро я от него избавлюсь. Но сначала – разберёмся с тем делом. Осталось совсем немного, Пат, совсем немного…

---

Ночь выдалась бессонной. Меня, с одной стороны, одолевали нехорошие мысли, связанные с происходящим, с другой, пыталось доконать чувство тревоги. Я очень надеялся, что мне лишь казалось, но в воздухе витало что-то, похожее на ощущение беды. Нечто такое звенящее и еле уловимое, от чего, ощутив один раз, становится не по себе. Да так, что всю ночь не можешь сомкнуть глаз. Себя я тешил тем, что охранял сон Молли… и её саму, в придачу.

Понятное дело, что мой внешний вид не мог не вызвать волну беспокойства с её стороны. Меня назвали дураком, после чего заключили в объятия и потребовали, чтобы я «больше такого не выкидывал». Мог ли я ответить на подобное отказом? Тем более, Молли, как мне показалось, ободрилась и была заметно веселее в сравнении с парой предыдущих дней.

- Я проходила здесь, когда шла в Лайр, - сообщила она, умяв завтрак. – Границу, полагаю, мы уже пересекли. Значит, скоро должны будем пройти мимо заброшенного трактира. Место довольно пыльное, но почему бы немного не перевести там дух?
- Как скажешь, - я улыбнулся: мне так нравилось, что к Молли вернулась столь привычная бодрость.
- Если проскочим мимо – невелика потеря. Доберёмся до Лайра, а оттуда до Гор – рукой подать! И всё…
- Всё?
- О прошлом можно будет смело забыть, Пат, - она поцеловала меня в щёку. – А ты рад, что, наконец, окажешься дома?
- Да, - я обнял её плечи. – И ещё больше рад тому, что буду там с тобой.
- Ты не сердишься?..
- Ни в коем случае.

Утро выдалось туманным. Мы долго шли сквозь молоко, топя ноги в обильной росе. Затем мы услышали далёкое птичье пение, поднялся лёгкий ветерок, и нашему взгляду предстали относительно невысокие холмы, укрытые выгоревшей под солнцем травой. Они казались какими-то бледными и угрюмыми, от чего стало как-то грустно. Но рядом была Молли, на её лице снова сияла улыбка, так что все ненужные мысли можно было смело выкидывать из головы. Я даже закрыл глаза на то, что прогулка по тем иссушенным летним зноем склонам особого восторга у меня не вызывала…

Мы шли молча, я то и дело оглядывался по сторонам, опасаясь, что мы смело можем выскочить на засаду или нас попросту догонят, если преследователи, конечно, верхом. В голове родились малоприятные воспоминания, связанные с Лунными Землями. Пару раз я ловил себя и на мысли, что отличной идеей было бы резко изменить курс, двинуться, скажем, на восток, уткнуться в воды Ликри и, повернув на север, спокойно дойти до гор. Лишь бы не шляться по этим холмам…

- Смотри! – Молли вскинула руку к горизонту, когда мы оказались на очередной верхушке. – Кажется, это он! Даже и не думала, что мы так точно выскочим!..

Я прищурился и посмотрел вдаль. Действительно, милях в двух от нас я увидел что-то тёмное и невнятное, при этом по спине у меня пробежала лёгкая дрожь.

- Идём! – Молли сделала шаг вниз по склону. – За час точно доберёмся!..
- Молли, - я сжал её ладонь и встал, как вкопанный.
- Да?..
- Может, сделаем крюк?..
- Крюк? Но, Пат, - она улыбнулась, - зачем?
- Мне просто кажется, что…
- Ах, глупый, - она потянула мою руку и, как только я оказался ближе, поцеловала. – Доберёмся до трактира, спрячемся там, переночуем, а следующим днём, ближе к вечеру, будем Лайре. И всё! Свобода!

Я заглянул в её небесно-голубые глаза и понял, любой мой довод «против» просто утонет в них. Кивок, и мы двинулись вниз по склону. Я видел, я чувствовал, что Молли переполняет воодушевление и радость, я же, наоборот, чуть ли не сгибался под весом страха и тревоги. Сложно это объяснить, но мне казалось, что с каждым новым шагом ноги всё сильнее и сильнее сопротивлялись подаваемым им командам. Но, как бы то ни было, я продолжал наш путь навстречу судьбе…

Обшарпанные стены, выцветшие и потрескавшиеся доски перекрытий и кровли, останки каких-то небольших построек по обе стороны от большого здания. Части окон не было, кое-где отсутствовали и сами рамы, удивительно, что дверь казалась сохранившейся в приличном состоянии… Трактир, собственно, представлял собой двухэтажное каменное здание с покосившейся и провисшей крышей. Где-то на ней даже остались намёки на черепицу. Довершала картину небольшая проплешина прямо перед дверью, которая, наверно, была дорожкой. А фоном над горизонтом клубились дождевые тучи, явно двигавшиеся в нашем направлении.

- Пойдём! – Молли потянула меня за собой, но ноги мои никак не хотели идти. – Я здесь была давно, но, если мне память не изменяет, наверху была милая… когда-то это было кроватью, но мы там с тобой прекрасно сможем разместиться!

Она приоткрыла дверь, но я остановил её.

- Молли, я пойду первым, - в моей руке тут же появился револьвер.

Она удивлённо посмотрела на меня, потом на оружие, но, кинув, всё же пропустила. Осторожно открыв дверь, я, к счастью, никого не увидел. Тесное, но высокое помещение, стояло несколько сохранившихся столов и стульев, в правом углу под галереей на уровне второго этажа – груда потемневших бочек.

- Нам туда, - прошептала Молли, указывая в сторону лестницы по левую руку от нас.

Я ещё раз осмотрелся, снова никого не увидел, и мы начали осторожно пробираться к подъёму. Не знаю, что скрипело более жутко, ступеньки или половицы, но от этого звука я точно мог сойти с ума, сэр! Он чуть ли не целиком наполнил уши, не позволяя услышать что-либо ещё! Я искренне верил, что галерея будет куда менее «мелодичной». Упиралась она в приоткрытую дверь, в сторону которой мы и двинулись…

- Патрик! – прокричала Молли, и я услышал громкий щелчок, за которым последовал звук лёгкого удара. Развернувшись, я наугад выстрелил куда-то в сторону входной двери и неожиданно обнаружил, что Молли спиной валится на меня. Не было времени, чтобы разбираться, что к чему, сэр. Я, что-то крича, свободной рукой подхватил её и затащил в комнату, захлопнув на ходу дверь. Всё ещё держа Молли, я смог закрыть засов. Она не двигалась и, как мне показалось, стала чуть холоднее, но она дышала… очень хрипло.

- Молли, Молли, что с тобой?! – я бросил револьвер на пол, взял её двумя руками и, придерживая голову, опустил на пол…

Знаете… мне дальше довольно тяжело будет всё вспоминать…

…до сих пор кошки на душе скребутся…

В её груди торчал арбалетный болт, вокруг него расползалось кровяное пятно, кровь же была и на её пальцах, тонкой струйкой стекала с уголка рта. Её губы дрожали, еле слышно пытаясь что-то произнести, в широко открытых глазах были тоска и боль…

- Молли, - я крепко взялся за её холодеющие ладони. – Молли, не надо было… не уходи…

Меня начинала бить дрожь, на щеках было мокро…

- П… Патрик… - проговорила она.
- Не надо было… скоро же будет дождь… ты же так любишь дождь…

Не испытывал ничего ужаснее того бессилия, которое я испытал в те минуты… И всё под аккомпанемент ударов в дверь…

- Патрик… - может, мне показалось, что она попыталась улыбнуться, но её рука точно потянулась к моей щеке. Я схватил её ладонь и прижал к ней.
- Молли… не надо было… это… была не твоя стрела. Не для тебя… Не уходи… Чёрт, это неправильно!..
- Пат...Прости…
- Молли…
- Патрик… - уголки её рта немного заострились.
- Молли, нет… - я сильнее сжал её ладонь.

Она выдохнула, снова попыталась улыбнуться… и… и её не стало…

В дверь перестали ломиться…

Я прижался своими губами к её, разжал ладонь, наверно, только через пару минут. Потом закрыл её веки, осторожно уложил на пол, отказываясь верить в произошедшее. Слишком неправильно… слишком жестоко… слишком по-настоящему…

- Эй вы! Пара минут на размышления! – раздалось из-за двери. – Потом мы войдём сами, и вам двоим будет, о чём пожалеть! Даже и не пытайтесь сопротивляться!

Я посмотрел на потемневшие доски, потом на лежащий рядом револьвер. На моей руке была кровь, кровь на полу, кровь на моей рубашке, кровь заливала глаза…

Я зарядил патрон в пустую ячейку, достал из сумки второй револьвер, затем снял всё то, что могло бы помешать: скатку, флягу. Взгляд с секунду поблуждал по комнате, затем вернулся к двери, уже занавешенный красным. Последним, что я разборчиво помню, было то, что дверь открывалась наружу, а засов был в удивительно хорошем состоянии…

Всё остальное даже сейчас всплывает в воспоминаниях в алом тумане…

Сильный пинок. Дверь пришлась кому-то прямо в лоб. Перед глазами – два страшных шестигранных ствола. Вспышка. Вторая. Третья. В ушах – сплошной звон. Передо мною кто-то корчится в облаке дыма. Ответный выстрел, но весь заряд попадает в того, кого я ударил дверью. Два выстрела – стрелок кубарем катится вниз.

Перед носом пролетает болт. В ответ летит всё, что было в барабанах. Стрелок ещё жив, хоть и похож на решето. Не помню, у кого я взял нож, но в дело я его пустил незамедлительно. С улицы кто-то что-то крикнул, я сразу же сообразил, что та был их главарь. Так и оказалось. Толстый, неповоротливый тип был крайне удивлён, увидев меня. А вот конец его был вполне предсказуемым. Выпад был неплохим стартом, а далее я наносил удар за ударом, удар за ударом, удар…

И холмы между Коволом и Лайром огласились диким, почти звериным криком…

Я пришёл в себя… Я был весь в крови. Нож так и остался воткнутым в главаря. На шатающихся ногах я попятился назад, пока не уткнулся спиной в стену. Красная пелена пропала, в груди осталась лишь только пустота, которая вот-вот должна была начать кровоточить… Я долго переводил дух, я думал, что тут же упаду без чувств… особенно, от вида Бриара (так, вроде, главаря звали) и стрелка с арбалетом. Гнев слишком сильно завладел мною…

Мерзавцы, через трупы которых я перешагнул, видимо, получили по заслугам?.. Надеюсь, что вы скажете мне «да», сэр, хоть и поиск оправдания своим деяниям был последним, чего я тогда желал. Тогда мне хотелось верить в то, что я не увижу за дверью то, что должен был… Или, если этого не миновать, я искал сил, чтобы это увидеть…

Я впился пальцами в косяк так, что под ногтями заныла боль. С силой протёр глаза, так, что их защипало… Я даже злейшему врагу не пожелаю увидеть такого, сэр. Прекрасная, некогда весёлая и радостная девушка…

…как костылём пришпиленная к полу болтом. Мне казалось, что я чувствовал мертвецкий холод, даже не подходя к ней… От вида её бледной кожи то, что осталось от души, судорожно искало яд. Не знаю, каких усилий стоило мне встать подле неё на колени и избавить от болта, но я это сделал. Проклятое древко отправилось в окно.

- Неужели всё?.. Есть ли что-то, похожее на смысл, далее?.. – такими мыслями я сам себя мучал, неся её на руках прочь из трактира. И рой их в миллионы раз стал злее, когда я заворачивал её в её же накидку и истлевшую ткань, что я нашёл по комнатам…

Вес Бриара полностью подтвердил мои опасения – на ублюдка я убил минут пять, не меньше. Кое-как уложил его тушу рядом со стрелком. Его оружие в секундном порыве гнева я разворотил о барную стойку. Затем оторвал от чьей-то одежды полоску ткани, обмотал вокруг останков арбалетного ложа – факел готов. Я решил, что только пламя очистит это место…

В одной из боковых комнат я нашёл ржавую лопату. Отойдя с ней чуть в сторону, я поджёг ткань и, подождав пока она займётся, швырнул факел в дверь. Через десяток минут трактир полыхал, как топка в литейной. Огонь пробил себе дорогу по перекрытиям, вырывался из окон и пытался поглотить крышу.

В это время, раздевшись по пояс, я вгрызался в холм. Земля упорно сопротивлялась каждому удару лопаты, будто не желала пускать в себя её тело, не веря, что Молли больше нет… Руки постепенно наливались болью, ладони стирались, лишь бы не в кровь… но из положенных шести, я смог уйти вниз лишь на три фута…

От трактира остались лишь закоптившиеся стены с зияющими глазницами окон, тонны пепла и обугленные деревяшки. К пепелищу приближались тучи – собирался дождь…
Я верил, что происходившее – лишь страшный сон, рождённый чьим-то безумным воображением. Отвратительный, плохой сон, который срочно нужно оборвать!.. Но прохлада могилы была иного мнения. Я осторожно уложил Молли на её дно и, наклонившись, поцеловал её в последний раз…

- Прости, Молли, что не уберёг…

Рука взялась за накидку и накрыла её лицо…

- Прощай, Молли…

И, спустя некоторое время, на вершине того холма появился ещё один, куда меньших размеров… В те минуты я поклялся, что остальные причастные к этому тоже поплатятся за это своей жизнью… Над холмами разнёсся раскат грома.

Её карманный пистолет перекочевал ко мне. С нею же я похоронил и всё, что при ней было, за исключением цилиндрического футляра, в котором лежала два листка бумаги. На обратной стороне одного из них был указан адрес:

«Лайр, Саут-Гейт-Роуд, 5»

Пожалуй, это было последним, чтобы я мог для неё сделать – я доставлю послание. Одевшись и взяв вещи, я зашагал навстречу бушующей стихии.



Шимус Сандерленд

Отредактировано: 16.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться