Пять поцелуев

15.

Когда Богдан вылез из воды, я сделала вид, что снова увлечена рисованием. Он присел рядом и, наверное, с минуту молчал и не двигался. А потом аккуратно забрал у меня из рук блокнот и карандаш и написал на странице с моим последним наброском свой адрес.

Я посмотрела на мужчину с ненавистью, да так выразительно, чтобы его до костей пробрало. Впрочем, он совершенно спокойно выдержал мой взгляд, а, когда я потупилась, сказал:

— Я сейчас уйду, а ты подожди минут пять, а потом поднимайся следом. У меня двадцатый этаж.

После этого он подхватил футболку и зашагал в сторону входа. А меня охватил странный ступор. Идти или нет? С одной стороны, Богдан и правда может рассказать обо всем Артему. С другой, целуясь с ним, я только увеличиваю количество собственной лжи. Кто знает, может, Богдан вообще задумал снять наш поцелуй на видео и потом будет шантажировать меня еще больше?

От последней гипотезы внутри все сжалось и похолодело. Точно! Богдан позвал меня к себе неспроста. Артем говорил, что друг занимается видео, собрать на меня компромат — ему раз плюнуть.

Меня охватила нехорошая дурнота, перед глазами потемнело. Может, у меня тепловой удар? В таком случае нужно быстрей уйти в тень. Я натянула пляжное платье, а потом запихала вещи в сумку. Быстрей, быстрей в волшебный холодок кондиционера!

Через минуту я уже входила в лифт. Нажала на кнопку пятого этажа и прислонилась к стене. Ноги подгибались. Что же мне делать? Я не могу позволить какому-то козлу лишить моих будущих детей счастливого детства с бассейном и мушмулой. Я не могу так легко отдать все, за что боролась целых пять месяцев.

Внезапно в голове щелкнуло. А что, если наврать Артему, будто Богдан меня грязно домогался? А? Хорошая ведь мысль! Распишу все в красках, порыдаю от души, пожалуюсь, как тяжело было отбиться. Разве после такого Артем поверит своему другу, пытающемуся обвинить меня во вранье? Да ни за что!

Женский голос оповестил меня о том, что лифт приехал на пятый этаж. Я отделилась от стены и решительно нажала кнопку двадцатого. Обернем задумку Богдана против него самого. Разыграем маленький спектакль. И, пожалуй, не помешает включить на телефоне диктофон: доказательства еще никому не вредили.

***

Перед дверью в нужную квартиру я замешкалась, волнение усилилось настолько, что все тело стало ватным и попыталось впасть в анабиоз. Но мне как-то удалось пересилить оцепенение и нажать на кнопку звонка.

— Открыто! — крикнул Богдан из глубины квартиры.

Я толкнула дверь, и она подалась. Во рту моментально пересохло. Надо же! Богдан не сомневался, что я приду.

— Давай-давай, заходи, не стесняйся, — мужчина вышел в прихожую и стал есть меня глазами. Он был очень красив в этот момент: намокшая футболка прилипла к телу, в волосах все еще блестели капельки воды.

Я нервно сглотнула и переступила порог, а потом дрожащими руками закрыла дверь. Разулась.

— Ты прямо как часы, — Богдан забрал у меня сумку и положил ту на пуф. — Пойдем на кухню.

— Зачем? — с вызовом спросила я. Ну, или мне так показалось. Возможно, на самом деле, мой голос дрожал, как заячий хвост. — Давай прямо здесь.

Он решительно взял меня за руку и повел по квартире. Она у него, кажется, тоже была немаленькой. Две или три комнаты, кухня-гостиная, много пространства и света.

— Я сделал тебе пару сэндвичей с курицей, — мягко сказал Богдан, поглядывая на меня со странным выражением, — садись поешь.

На столе и правда стояла тарелка с аппетитным угощением. Я даже на входе уловила вкусный запах. Курица! Любовь моя. Тем не менее мне удалось отрицательно помотать головой.

— Нет, спасибо. Я такого не ем.

— Лиза, к чему этот спектакль? Я знаю, что ешь.

— Это был срыв, — мои губы дрогнули. — Теперь мне очень стыдно, и такого не повторится.

Он нахмурился:

— Мы с тобой оба знаем, что не срыв. Ты только корчишь из себя вегана, а на самом деле, жить не можешь без мяса.

Я сложила руки на груди и демонстративно огляделась:

— И куда ты спрятал камеру?

— Какую еще камеру? — в его глазах плеснулось довольно искреннее удивление.

— Да ладно, признайся! Решил снять на меня компромат? Сейчас я накинусь на сэндвич, а ты потом будешь шантажировать меня обличительным видео.

Он рассмеялся:

— Лиза, ты — огонь! Нет, у меня тут никаких скрытых камер. Если не веришь, можешь спрятаться за штору и стрескать эти гребаные сэндвичи там.

Я покосилась на штору. Потом на сэндвичи. Соблазнительно…

— С чего вдруг ты решил меня покормить?

— По доброте душевной. Но больше не буду.

 



Елена Трифоненко

Отредактировано: 09.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться