Пять зимних дней.

Размер шрифта: - +

***

  ***

  

  Запах свежей выпечки можно было почувствовать несмотря на морозную дымку, что полностью заволокла город тем зимним вечером: 

  -Вкусные?

  -Как и тогда, Мэри, как и тогда...

  Не изменилось ничего: та же страна, тот же город и время года... Даже рецепт пирожков в той булочной, куда Мэри и Томас вновь зашли, не менялся на протяжении последних тридцати лет.

  Но кое-что всё же было иным, кое-что коренным образом влияло на восприятие всего происходящего в тот день: они стали другими. 

  Мэри также умела прощать, глаза её до сих пор напоминали своим цветом агат, но теперь она всё больше понимала мисс Ланри, у которой, слава Богу, наступили хорошие времена... Сейчас Мэри стала сильнее. Размышлять о том, что сила есть и в слабости ей совершенно не хотелось. Она бы заплакала, подумав об этом. Нет, среди вольных мальчишек подобное поведение всегда было не в чести, а она как их верный друг не могла себе такого позволить. Пусть они все и выросли... Неважно. Пожалуй, привычку избегать некоторых тем даже в своих мыслях Мэри переняла у Тома. Она вообще многому у него научилась.

  Сам же Томас, вспоминая о том, каким он был пять лет назад, не мог удержаться от снисходительной улыбки. Тогда он ещё верил, он ещё надеялся на то, что счастье заглянет к нему в гости. Однако время шло, предательство Мэри, которое оказалось лишь его выдумкой, постепенно забывалось... Забывалось оно, к слову говоря, насильно. Томас специально проводил каждый свой день так, чтобы в следующем он ничего не мог вспомнить о предыдущем. Да, у Томаса получалось. Но этот способ ни разу не срабатывал с его прошлым... Оно никогда не хотело молчать.

  -Могу я спросить, куда мы идём?

  -Можете, но я вам не отвечу, Томас.

  -Почему же? Вам настолько неприятно говорить со мной?- Мэри, посмотрев на его опущенные плечи, будто бы прижатые всей силой тяжести к земле, не смогла удержаться от вздоха.

  -Правдой для вас становится то, во что вы верите сами. Если такого ваше желание, можете считать, что да, мне противно с вами разговаривать. Но если вы немного подумаете, то можете прийти к выводу, что я просто хочу вас удивить. Ничего более.

  'Она столь равнодушна, что мне хочется закричать. Почему?.. Это неудивительно - она меня разлюбила - я и не ждал чего-либо другого... Однако мне не нравится её отношение, и неважно, что другого я просто не заслуживаю'.

  Томас задумал страшную вещь.

  'Да, я исполню то, что пообещал. Рассчитаюсь с долгами и, если получится, сделаю Мэри своей навсегда. Я уничтожу её равнодушие. Как она может быть так спокойна, когда мне настолько больно, когда я почти что тону в своей боли?! Неужели мне нет места в её мире, где, пусть так недолго и так давно, я всё же был счастлив? Неужели она ничего не помнит?'

  Они дошли до какого-то неизвестного ему здания, поднялись на второй этаж... Мэри открыла дверь:

  -Проходите, Томас, вы будете помогать двигать вот этот шкаф,- Томас оказался в светлой и просторной комнате - на него сразу же обратили своё внимание пять пар детских глаз.

  -А вы совсем не изменились, Мэри.

  -А вас я с трудом узнаю, Томас.

  Агатовые искры ранили не хуже огня, но он всё же был рад их видеть. За то время пока Томас передвигал шкаф из одного конца комнаты в другой, он успел десять раз отказаться от исполнения плана своего 'друга' и десять раз же с полным удовлетворением решился ему последовать.

  Всё должен был определить двадцать первый раз. Но Томас не хотел принимать окончательное решение: в нём боролись две противоположные силы, сам же он мог только ждать, когда какая-то из них одержит верх над своей соперницей. 

  Его голова вновь закружилась, Мэри вновь попыталась его удержать... 

  'Этот день никогда не закончится...'

  ...Томас очнулся спустя десять минут: за ним внимательно наблюдала девчонка лет двенадцати со смешными косичками, склонив голову набок, как небольшая птица.

  -Вы мне не нравитесь,- подобное заявление из уст ребёнка обескуражило Томаса.

  -Что именно тебе не нравится?

  -Вы задумали что-то дурное. Вы смотрите на Мэри и то хотите стать для неё принцем из сказки, то хищным драконом... Мне не нравятся те, кто хочет причинить Мэри вред.

  Томас на несколько секунд испытал давно позабытое им чувство стыда, однако годы практики быстро помогли с ним расправиться.

  -Я не обязан нравится всем,- девчонка, нахмурившись, встала с табуретки, что стояла напротив кровати, на которой лежал Томас, и собралась уходить.

  -Где Мэри?- ещё один взгляд, не обещающий ему ничего хорошего.

  -Ушла в аптеку, которая здесь за углом. Скоро должна вернуться.

  -Тогда я сам пойду за ней.

  Хлопнула дверь: Томас, быстро накинув меховое пальто, отправился искать Мэри. Ему нужно было решить, что же делать дальше.

  Однако невнимательность всё решила за него самого: вылетев из подъезда и пробежав метров десять, Томас нос к носу столкнулся с Мэри, чуть не сбив её с ног. Ему пришлось схватиться за её плечи, чтобы не упасть.

  -Я прошу у вас прощения: мне не следовало говорить вам, чтобы вы передвигали тот шкаф...

  -Вы у меня должны попросить прощение за нечто совсем иное, Мэри,- пальцы Томаса сильнее сомкнулись на её плечах.

  -За что?

Падал снег. Снежинки оставались на её ресницах и вовсе не хотели таять.



Лана Грин

Отредактировано: 04.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться