Пятнадцать смертей на пути к счастью

1.2

Я отстранённо смотрела в окно, приказывая себе успокоиться. Пережила трупа, которого надлежало тщательно ощупать да рассмотреть, и практику переживу. 
Да и чего тут бояться? Старик хоть старый и вредный, но не психопат. Подумаешь, об его особняке всякие страшилки ходят. Так а чего люди только не напридумывают? Только бы напугать доверчивых и впечатлительных. 
Но самовнушение не помогло, тревога отступать не желала и бесстыдно скреблась на душе. 
Взять бы пример с умиротворенной Нонтан - она спокойно себе зевала, лениво поглядывая на торговую улицу.
А карета всё тряслась по дороге, и казалось, что она вот-вот развалится в щепки, а мы вместе с ней, ведь уже всё тело жалобно ноет.
А бесконечная дорога всё тянулась и тянулась. С каждым десятом метров ухабов и камней было больше и больше, пока она не стала идеально гладкой, словно сыр по маслу едет. 
Не поверив этим невероятным ощущениям, я высунула голову из окна и увидела приближающийся чернее чёрного особняк. 
Карета остановилась, а я по инерции качнулась вперёд, выдыхая. Тревожное ощущение внутри меня недовольно завозилось. 
— Идёшь? - Нон кивнула на распахнутую карету, которая вела к дорожке из чёрного мелкого камня прямо к белой двери. 
Не став долго мяться, я припустила вперед, чтобы ненароков не передумать.
Задумчиво оглядела дом и цокнула. 
В следующий раз надену траурное чернющее платье подстать энергии этого дома. Мой сарафан в цветочек явно не вписывался в эту мрачную атмосферу, царящую тут веками.
Нон, судя по ее виду, была со мной полностью солидарна.
Негромко кашлянув, подруга уверенно постучала в белоснежную дверь. 
Пошла минута. Еще одна. Потом другая. 
Ни хозяин, ни волшебство не пожелало отпереть ворота. 
В нетерпении притопнув ногой, занесла руку для повторного стука, как дверь беззвучно отворилась, представив нашему взору хозяина этого похоронного кружка. 
— Вы кто такие. Чего вам надо. Я вас не звал. - недовольно протянул... Эм, его древним стариком, с которого песок сыпится, назвать крайне сложно. Да, не молодой парень, даже не мужчина. Он выглядел на грани старости и зрелости. Весьма подтянут. Мутные голубые глаза, запрятавшаяся седина среди (как неожиданно!) шевелюры цвета вороного крыла. Только его морщины на лице, пропитанные усталостью, невзначай намекали о его солидном возрасте. 
— Мы на практике от Академии име...  - но не успела Нон договорить, как дедуля громко стукнул тростью, развернулся к нам спиной и ушёл в глубь дома. 
Недоуменно выпучив глаза ему вслед, уперела руки в боки. 
— А мы?! - прикрикнула недовольно. Нам же практику не засчитают! Бонусом три недели пахать на огородах! Что за хам! 
— Идите. - еле слышно раздалось безразличным тоном и я смело шагнула в дом, как мое сердце сжалось. 
— Нон. - сухими губами шепнула я. - ты тоже это чувствуешь?
Она чувствовала. Обхватив себя руками, еле заметно кивнула. Зажмурившись, Нонтан уверенной, но тихой походкой последовала в гостиную, а я словно застыла на месте.
Сердце невероятно быстро билось, моя аура купалась в вязкой тьме, в ее остатках. Голова закружилась, а дыхание отзывалось тяжестью в легких.
Скрючившись, вытерла пот со лба и дрожащей рукой начала создавать маску-фильтр.
Только плетение обвилась вокруг моего носа и рта, как я шумно вдохнула ртом, прикрывая глаза. Так-то лучше.
Тоже поспешила в гостиную, надеясь, что подобное начало не задаст тон всей практике.
Высунула макушку в дверном проёме, проверяя обстановку и втянула воздух. Тут даже легче дышится.
Встала рядом с Нон, которая словно палку проглотила, с такой она осанкой стояла.
— Так-так. - оглядев меня, протянул дедуля.
Я вздрогнула и посмотрела ему в глаза. В его бездушные, некогда красивые глаза. 
— Развоплотить. - хмыкнул он, видимо, заметив моё простейшие плетение.
Закусив губу, застыла, не решаясь этого делать. Мне здоровье дороже, дяденька.
— Что я сказал? - холодно припечатал этот тип, переведя тяжёлый взгляд на подругу. - повтори.
Кашлянув в кулак, Нон стушевалась под этим взором, но тем не менее.
— Развоплотить.
Я нервно дёрнула себя за локон. Рисковать меня как-то не тянуло, да и дед может настучать про моё неподчинение леди Боньер. Тогда меня точно ждёт незабываемое чаепитие, которое я никогда не забуду. 
Поэтому я медленно, ниточку за ниточкой, начала распутывать плетение.
Недобрый прищур не заставил меня пошевелиться, поэтому дед сам щелчком пальцев развоплотил мой фильтр.
Такого я не ожидала, поэтому еще секунду недоуменно продолжила распутывать, но потом резко убрала руки за спину.

— Магию лишний раз не использовать. И тут всё спокойно, тьма давно выветрилась. Всё у вас в голове. - безразлично бросил старикан и, видимо, посчитав, что добро на объяснение сегодня кончилось, вышел в коридор.

Считалось, что мы должны преданным песиками поплестись за ним, от радости виляя хвостиками. И мы поплелись. 

В коридоре в искусных канделябрах ютились свечи с алым пламенем и традиционно черным фитилем. 

У стен стояли незастекленные шкафчики и полочки из дерева угадайте какого цвета. На них покоились интересные предметы. Некоторые даже особо завладевали вниманием. 

На красной бархатной подушке лежала черная, перламутровая жемчужина. Она была одного цвета, но включала в себя весь спектр красок. Блестела, переливалась под каждым углом. Приковывала взгляд. Кончики пальцев чесались от желания ее погладить, но я крепилась. 

Дальше, что привлекло меня - артефакт-таймер явно ювелирной работы, на котором осталась одна секунда до конца отсчета. Но каким бы ты перфекционистом не был - исправить эту оплошность не выйдет. Таймер накрыт мощнейшим энергитическим куполом. 

Со скепсисом оглядела деда. Это он у нас такой великий маг или готов платить огромные деньги за защиту побрякушки?

Не сделала я дальше спокойных десять шагов, как взгляд намертво прицепился к ложке из белоснежной кости. Ручка вырезана изящными узорами, словно сам мастер всея мира брался за работу. Чуть заостренная, великолепная. Протянула руку, чтобы провести пальцем по вырезке, как меня моментально остановил яростный возглас: