Пылающие души

Конец 4-й части. Глава 24.

Глава 24.

Проснулся я от традиционного утреннего прыжка дочери, отдохнувший и полный сил. Сомнений в том, что сон был дарован свыше, у меня не было, ведь сегодня мне как никогда понадобится ясный ум.

Пока Женя готовила завтрак, мы с Лерой играли в лошадок. Они перевозили героев с одного берега реки на другой, с кровати на стул. Несколько раз я ловил на затылке чей-то взгляд, но так и не увидел его хозяина. Скорее всего, Костик приходил в очередной раз позавидовать игре живых детей, не обделенных вниманием родителей. Последняя встреча с ним заставила меня много думать. В основном, о его одиночестве. Моя Лера предпочитала проводить время со мной, видя во мне надежного и безотказного товарища для игр. Костик не имел такой возможности из-за вечных загулов отца. Признаюсь, по некоторым названным и неназванным причинам, из всей погибшей семьи мне было жаль только его. Может, мне и стоило позволить ему наблюдать за нашей игрой, но лицо мертвеца было последним, что мне хотелось видеть, играя с ребенком.

Уходя из комнаты на завтрак, я погрозил пальцем стене, из которой на меня смотрели. Не знаю, видел ли мой жест тот, кому он предназначался, но от Леры он не ускользнул.

— Кого ты там ругаешь? — спросила она, оказывается, остановившись в дверях. А я думал, она уже убежала и не видела.

— Домового, — соврал я не задумываясь. — Не хочу, чтобы он играл с нашими лошадками, пока мы не вернулись.

Лера потопала на кухню, а я снова обернулся. В комнате было пусто, и меня уже не впервые посетила мысль, что мои гости способны оставаться невидимыми и для меня. Я погрозил стене кулаком, сделав сердитое лицо. Буду надеяться, что этого хватит для спокойного продолжения игры после завтрака.

Поедая оладьи со сметаной, мы слушали сказки. Кот в сапогах рассказывал очередную версию всем известных приключений маркиза Карабаса. Эта версия сказки казалась мне странной, особенно из-за желания принцессы выйти замуж за кота, но Лере история нравилась. Слушая о чудачествах кота, она то и дело округляла глаза, размахивая вилкой в такт музыкальному сопровождению. Когда с вилки на пол шлепнулась сметана, Женя попросила выключить сказку. После недолгих пререканий за столом снова воцарился мир.

Лера еще доедала свою порцию, когда я уловил какой-то шум. Я сразу понял, в чем дело, но все же быстро доел два оладушка и удалился в ванную. Умывшись, я направился туда, откуда, по моему мнению, доносились звуки. Сзади раздавался голос Леры, уже спешившей следом.

В комнату я зашел первым, опередив немного дочь: ей тоже пришлось мыть руки. Мне хотелось посмотреть на состояние игрушек, и мое предчувствие не подвело: то, что мы оставили на стуле, сейчас лежало на полу. Да, жаль медвежонка, утонувшего в реке, но ему повезло больше, чем пазлу — он был цел, и никаких ожогов на его теле я не обнаружил. Две куклы также валялись на полу, и волосы одной из них явно пахли дымом. Оглядевшись по сторонам, я поискал другие следы известного мне озорника, но ничего не заметил. Лера, зашедшая следом, завопила:

— Зачем ты это сделал? Мишка плавать не умеет!

Она в отчаянии кинулась к игрушкам, и мне оставалось только показать, как я научил медведя плавать. С каждым днем я все больше убеждаюсь: чтобы быть хорошим родителем, надо, ко всему прочему, быть актером. Мишка плыл по тихим водам воображаемой реки, а я беспокоился, как бы у него не оторвались лапы от непредусмотренных изготовителем движений.

После домашних игр мы по традиции отправились на улицу, оставив нашу маму заниматься творчеством. И тут мне сообщили интересную новость.

— Завтра похороны твоих соседей, — будто холодной водой окатила меня тетя Катя.

— Что? — регулярно встречая Наташу и членов ее семейства, я уже позабыл о том, что их тела все еще лежали в морге. Кажется, следователь что-то говорил по этому поводу, но я со своими проблемами уже забыл об этом разговоре.

— Я говорю, хоронят завтра Наташу, Колю и деток их. Сначала вроде хотели только детей похоронить, но что-то поменялось. Может, информация новая появилась и тела родителей стали ненужными для следствия, а может, еще что… Я так и не поняла. Но это связано с завершением расследования. Полицейский говорил, что им многое теперь стало понятно.

Я молча поднял голову к Наташиному окну. Коля стоял на балконе, всматриваясь вдаль. Казалось, он хотел видеть любимую точку по продаже спиртного, но та скрывалась за углом дома, так что ему оставалось лишь вздыхать о былом. Знал ли он, что завтра все его семейство закопают в землю, вбив в ногах по деревянному кресту? Если и знал, то явно отнесся к этому без особого интереса. Весь его интерес сосредоточился в районе магазинов, сейчас ему недоступных.

— Что-то надо с меня? — Я посмотрел на сердобольную женщину. Она, проследив за моим взглядом за мгновение до этого, тоже смотрела на балкон Дроздовых. Уверен, что ничего, кроме обгоревших рам без стекол, женщина не видела.

— Ну, как всегда, — протянула тетя Катя. — Ты же знаешь, скидываемся кто сколько сможет.

Я выудил из сумки кошелек и задумался: сколько денег дать на такое святое дело? Мне суждено было стать главным действующим лицом в происшедших событиях, так что свой главный вклад я сделал раньше, чем остальные. Но тем не менее хоронят шестерых человек, а это явно накладно для родственников.