Questo romanzo или берег Феллини, роман странствий

В поисках ускользающего энергоскитальца

23.
 Эти ориянцы такие выдумщики:

 - Прего, шарфо, парсо...

 Прего, все элементарно, Ватсон. Просто обернитесь в парсо, и пусть пришлые финикийцы и персы, эретрийцы с алжирцами примут тебя за знакомого им в доску дикого жителя вольной Берберии, ибо благословенная Тунисия мерно дрыхнет на развалинах некого настырно великого Карфагена. Древние римляне говорили: "я не знаю, о чем вы здесь говорите, но Карфаген должен быть разрушен". Им вторили советские евреи::"я не знаю, о чем вы здесь говорите, но ехать надо". Увы, все ещё и все ещё не уехали. А местные риминийцы с тунискими автохтонами просто не станут с пришлым людом особые рассусолы вести.

 Да, нынешние итальянцы часто-густо берут в жены африканок, но тут дело такое.  И свои  женщины в Италии  страстно-прекрасны, но цену себе знают даже среди своих: выразительную, со взмахами подобно ветряным мельницам крыльями рук. Хоть и ревностные католички, но такие эмансипированные и гордые протестантки, что мама миа, что доподлинно и нам, ориянцам весьма и весьма понятно - мама не горюй! Но почему-то именно их, ведущих свою родословную от древних латынянок, хотят заполучить в жены маленьние юркие пакистанцы. Вы и не поверите, но в этом правда.

 И им не важно, что это дочери или подруги дочерей самого префекта или как его там? И бербер и пакистанчик в этом мотрономиальном поиске далеко уже не халявщик, а партнер! И с мечтами о мерном и сытом, размеренном на годы и десятилетия завтра многие иношельцы, не путать с пришельцами, до утра так и уснут помолясь местному дежурному Будде где-нибудь под гаражами или межлоточным пространством прямо на первой пляжной линии такого осязаемого итальянского счастья, ах, простите, местного особого Дольче вита.

 В небе по-прежнему будет пребывать ночь, время от времени отсвечиваясь иссине-синими всплесками то побережья, то моря и туда мгновенно будут слетаться тени пришлых с иных миров морлоков и всяческих сыскарей: где, где здесь  тут там собака порылась - ведь именно сюда и выпал в очередной раз из космоса столь выжный для человеческих грез и безумий все еще гипотетически предположительный иссине-синий кристалл. Морлоки рассосутся, а за скоплением экзальтированных иностранцев мгновенно приедет уже не финансовая, а криминальная полиця, чтобы хоть кого-то упечь на дознание, но любой из доставленных в участок будет тупо молчать, поскольку его способность хоть что-либо помнить и говорить была отобрана еще накануне.

Ведь на кону не одна высылка на штормящие острова в лагерь для так и непросветленных беженцев, доставленных сюда на шхунах и шлюпках всяческими бестолковыми, в том числе и ориянскими перевозчиками. Вроде бы и украинцами, но уже давно в вольном плавании находящимися, почто что трансферными услужливыми пиратами, не солдатами. За что и сядут подобные и протрубят в благославеных итальянских тюрьмах от звонка до звонка. Если и вам в море невдалеке от итальянского побережья послышится всё нарастающее дзинь-дзинь-дзинь, то это за вами. Ну зачем же вы так просто сюда? Вас здесь не ждали!

Ночью побережье барражируют в небе почти невидимые и столь же недвижимые вертушки - трудно понять дроны ли, геликоптера, но что-то усиленно ищут в каждом всплеске, в каждом дыхании моря. Чуть выблеск морской. и тут же словно неведомая эскадрилья срывается с неба к воде. и вот уже лезут и лезут в темную пучину морскую всяческие неведомые водолазы. Ищут, щепетильно и усиленно ищут, что с неба в пучину морскую то ли упало, шмякнулось, то ли нет, чтобы уже утром с бессоными от недосыпа глазами жевать служебную пиццу с тунцом и мелкопвнцирными полупомидорками черри.

Наверное, это уже был просто психоз. потому что в современной Италии после нашествия варваров Атиллы, войск Наполеона и Гитлера никто так просто шарудить, лудить, ремонтировать и чинить никто уже ничего так просто не будет, а тем более нырять в  пучину морскую. Да ещё в кромешную полночь. Всё это можно увидеть только при разрыве реальности. И никак иначе!

А вот старушечьи патронажки есть и на пляже. Обычно уже не украинки, а свои собственные сухожилисто-гренадеристые итальянки  с должными полномочиями. тарушечьи патронажки - не монашки, баскетболистки, обрядив строй бабушек в головные баскет-корзинки белого, бирюзового цвета и цвета маринго, а также цвета невероятного пенного крюшона повели старушек отважными роями на волны.

 Морские волны бурно отреагировали на смелый старушечий нахрап и разметали бабушек в их раскладных стакашечках шаточек сказочного Дуремара то тут, то там смешными беспомощными оплавками. Но тут на черепашечьем змее вынырнул из-под небесья легендарный Фредерико Феллини и словно повелел местным ситуационным спасателям немедленно ему повиноваться и разворачивать вновь обретенным строем бабушек-мокрошественниц в направлении к берегу.

Чесслово, воистину прав в своих дальнейших предположениях тот, кто просто мысленно допустил то, что я вам сейчас поведаю: несколько услужливых Мамаруков оказались у места морского конфуза и принялись возвращать бабушкам столь внезапно потерянное статус-кво с точностью наоборот. Но, это были не только вежливые услужливые мужички,
 но и безропотные слуги самой светлейшйую Мааатааам Баааррава! Вот почему они тщательно ощупывали цепкими взглядами дрябрые старушечьи тела в надежде зацепиться за цепочку или кулончик хоть с крохотными осколками иссине-синего энергокристалла.

Но, как видно, кто-то из них явно переусердствовал. У одной из старушек цепочка разорвалась и внезапно полетела на дно. В это время мажористый семидесятилетний синьор бросился к своей синьорине на помощь, но тут жепрежде крепко и безапеляционно надавал по шеям дежурно услужливому Мамаруки. Затем за мгновение он, как волшебник, просто зачерпнул пригоршню морской воды, и из нее выблеснул именнно иссине-синий кулон на тончайшей нити из неизвестного в подлунном мире металла!