Рабочее название "Мертвые идут". Книга первая.

Глава 7

Вокруг красота. Чистое небо, свежий воздух, яркое солнце, море, пляж, просто царство Спасителя на земле. Картину как нельзя лучше дополняют легкая музыка, и прекрасные, полуобнаженные танцовщицы. Девушки были, просто загляденье. Высокие, стройные, загорелые. От количества красавиц просто глаза разбегаются. Невозможно поверить, что столько прекрасных дев может быть собрано в одном месте. Нет, это определенно благословленный  Спасителем край, сомнений быть не может.

- Здравствуйте, мой господин! – подошла одна из девушек. Нет, не девушка, богиня[1]. Прекрасные карие глаза, роскошные, черные, словно сама ночь, волосы, пышные алые губы,  родинка на щеке, фигурка, ножки, грудь, ммм… Описывать её красоту можно бесконечно. Это определенно богиня, скорее всего айсалис[2]. Рот наотрез оказывался закрываться, а глаза моргать.

-Господин, вам нездоровится? – Подошла еще одна девушка. Голубые глаза, золотые волосы, груди прикрыты розоватой, полупрозрачной повязкой. - У вас кровь идет из носа. Позвольте вам помочь. Девушка сорвала с себя платок, прикрывавший грудь, и принялась вытирать им кровь с лица. Зрелище было столь ошеломляющим, что кровь текла все сильнее.

Тут подбежало еще несколько девушек с взволнованными лицами.

-Господин вам надо прилечь, вы, верно, устали, - защебетали они. И его поволокли к роскошной кровати, стаявшей прямо на пляже.

Кровать была просто огромной, человек двадцать могли совершенно свободно распластаться на ней, совершенно не задев соседа. Тут и там были разбросаны разноцветные подушки, а по кроям кровать окружали полупрозрачная светло-голубая вуаль.

«Вот господин прилягте!», «вам надо отдохнуть», «позвольте подать вам вина», «позвольте сделать вам массаж», «послушайте спеть для вас», захлопотали, наперебой, девушки.

Вино, как и все вокруг, было просто божественным, его аромат приятно туманил разум, от чего это место казалось еще более волшебным.

Тем временем несколько девушек начали петь, дивными голосами. Звуки их голосов, казались, касались сомой души Уса, если бы он в нее верил. А, еще несколько девушек, принялись под неё танцевать. Как они двигались, ммм… Изящно, плавно, соблазнительно, о том, что кровь опять дала о себе знать, в определенных органах, даже говорить не приходится.

-О, господин, как вам не стыдно, – в глазах лежащей рядом девы промелькнула игривая искорка.

-Ооо… Господин, а вы проказник, - обернулась другая девушка.

-Позвольте вам помочь, господин,- прошептала на ухо, обнявшая его со спины, третья девушка.

Предел есть у всего, в том числе и у целомудрия.

-Хорошо, девочки, помогите мне.

А вокруг уже кружился настоящий хоровод полуобнаженных дев. Чьи нежные руки страстно ласкали грудь, нежные губы шептали страстные речи, а их, горящие страстью глаза, красноречиво обещали очень и очень многое.

-Я рассчитываю на вас, милые мои, - прошептал Ус, протягивая руки и силясь поцеловать ближайшую девушку.

Хлабысь. Девушка, влепила ему пощечину, да с такой силой, что аж искры из глаз посыпались.

-Что ты делаешь?

Хлабысь. Еще одно подсчетчика в ответ.

-Я думал мы сейчас…

Хлабысь. Очередная пощечина. Мир поплыл. Море, пляж, кровать, девушки, все вокруг подернулось, и стало растворяться, сливаясь со знакомыми очертаниями кабинета. А у склонившейся над его лицом девушки, проступала борода. Наваждение пропало, и Ус увидел, склонившегося, прямо над ним, Кирима, с занесенной, для очередного удара, рукой.

-Что ты де… - Фраза повисла в воздухе, прерванная пощечиной капитана стражи.

-Какого черта ты творишь? – Закричал, пришедший в себя, Ус.

-Это я у тебя спросить должен. У нас тут чёрте что творится, а ты целоваться ко мне лезешь.

-Я? Да я только… - глаза Уса расширились до размера блюдец. Это ж надо, ненароком нанюхаться какой-то дряни, словить такой сон, и в конце так «резко дергануть уздечку»[3]. - Интересно а Кисима всегда такие сны посещают? – подумал он вслух.

-Как-то эта хрень, на тебя странно действует, Кисим то, как на хреначится, вон какой весёлый ходит. А ты на мужиков бросаешься. - Ус начал заливаться красным от такого позора. - Ты ведь чем-то из конфиската рукав намочил.

-А? Да, чем-то таким. Долго я был в отключке?

-С пол зани, мне надоело тебя ждать, и я решил разбудить тебя сам.

Ус схватился за лицо, рука у Кимару тяжелая, боевая, щеки просто горели, того гляди еще и опухать начнут. Ладно, переживем.

-Кто, где? - пространно спросил Ус.

-Магистр в лазарете, гадёныш ему, похоже, руку сломал. А сам он в темнице, я наказал, чтобы его покрепче заковали, и стражу усилили, – немного помедлив, спросил. - Откуда у него вообще столько силы, он же нас как детей раскидать мог.

-Ох, не знаю, не знаю. Сдается мне, что Иниврт явно что-то недоговорил, надо бы с ним потолковать.

Кимару направился к выходу, когда поднимавшийся с дивана Ус окрикнул его.

-Я надеюсь, ты никому не расскажешь о моем... помешательстве.

Капитан лишь загадочно улыбнулся, даже не обернувшись.

Для Уса было вполне достаточно просто озвучить свою просьбу. Уверенности в капитане гарнизона Ирхефал Доран, у него было предостаточно.

Ус вышел вслед за Кимару, неуверенно переставляя ноги. "Сон" не прошел бесследно, и шлось ему кто-то..., с трудом что ли.

 Шум из лазарета далеко расходился, по узким, каменным коридором Ирхефал Доран, и донесся до ушей Уса и Кирима за долго до того как они приблизились к нему. Но, из-за большого количество поворотов, звуки искажались до неузнаваемости. Лишь оказавшись у самой двери можно было понять, что Иниврт истерически орет, на всех кто попался ему на глаза, и грозит расправой.