Радиация. Реальный мир

Размер шрифта: - +

XXV. Лена

Охотники шли по пятам. Нечто, похожее на воинственные кличи, вперемешку с выстрелами, доносились со всех сторон. Подруги хотели спрятаться в уборной, но передумали — там их станут искать в первую очередь. Лучше выбрать наименее популярное для сокрытия место.

— Неужели они всех здесь перебили? — негодовала Лена.

— Похоже на то. — Окси помогла ей забраться в большую пластиковую урну в комнате для уборщиков. Внутри было слишком тесно, но, как хотелось верить девушкам, безопасно.

— Думаешь, они нас не найдут?

— Не знаю. — Кристина попыталась сесть удобнее. — Посидим здесь какое-то время, а потом уйдем, как все стихнет.

— Уверена, что стихнет? Не думаю, что они свалят отсюда.

— Свалят или нет, но спать хочется всем. Ночью попытаемся убежать.

— А если караул? Сто процентов — они не лягут спать толпой. Кто-то будет сторожить.

— Лен, хорош паниковать. Ночью темно, мы тихо выберемся и не привлечем внимания. Большинство все равно будет дрыхнуть. Легче обойти одного или даже пятерых, чем всех.

Лена кивнула. Пока что план Кристины самый адекватный. Главное — продержаться до ночи. Часов у них с собой не было, но они успели заметить, что время предвечернее. Через час или полтора стемнеет.

— Зачем они все это делают? — прошептала Лена. — Зачем убивают людей?

Окси презрительно поморщилась.

— А зачем маньяки и террористы делали то же самое? Люди — те еще дикари. Пока за убийство наказывали, они сидели по углам, а сейчас нет ни полиции, ни судей. Твори, что захочешь.

Лена вздохнула и обхватила руками согнутые колени. До этого дня она думала, что самое страшное — это живые мертвецы, но теперь, сидя в мусорной урне, она поняла, что на свете есть вещи и пострашнее. Например, людская агрессия. И вседозволенность. Вместе эти два фактора — атомная бомба. Окси права — раньше законом запрещалось убивать, но теперь некому следить за его соблюдением. Люди почувствовали свободу и взялись за оружие. Точно как в фильме «Судная ночь»: раз в год жителям Америки разрешалось совершать любые преступления, включая убийства, и никто их за это не осудит. Одни боялись той ночи, другие ее жаждали. На улицах царила анархия, людей убивали даже в их собственных домах. Лене такое показалось фантастикой, но теперь это происходит в ее мире. В ее стране. Только с одной существенной разницей: утром не прозвучит сирена, призывающая преступников остановиться. Они продолжат убивать завтра, и послезавтра, и на протяжении многих лет.

Кем были эти люди до эпидемии? Наверняка жили простой жизнью и не имели проблем с законом. Разве что мелочи вроде штрафов за превышение скорости или кражи бутылки пива из магазина. Возможно, кто-то из них побывал в тюрьме или вырос на улице, но точно не каждый. Убегая, Лена видела в окно мужчину средних лет, плешивого и слегка полноватого. Он очень походил на стандартного офисного клерка. Скорее всего, им он и был в «прошлой» жизни. Ходил на работу к восьми утра, платил налоги, содержал семью. А где теперь его семья? Живы ли они? Если мертвы, то благодаря кому — мертвецам или собственной родне?

Лене всегда казалось, что в случае апокалипсиса люди объединятся и начнут помогать друг другу. Ее удивляли войны между выжившими в фильмах и книгах; она верила в человеческие доброту и порядочность. Но все вышло наоборот. Как только пали законы, люди вернулись в каменный век, где каждый друг другу враг. Объединяются лишь малые горстки — единомышленники. Как они с Кристиной или эти охотники. Эти горстки живут обособленно и совсем не рады прибавлению в своей команде. Удивительно и ужасно: государств как таковых больше нет, а люди по-прежнему рисуют границы. Вместо того чтобы сплотиться и попытаться построить новый мир, они помогают тварям его разрушать.

 

Кристина толкнула подругу в плечо. Лена сама не заметила, как заснула. Пробуждение оказалось не из приятных. Ноги и спина затекли, голова разболелась.

— Давай выбираться отсюда, — шепнула Окси и приподняла крышку урны.

Какое счастье, что их не обнаружили! Даже когда Лена уснула, Кристина еще некоторое время слышала голоса и выстрелы. Звучали чьи-то крики — тех, кому повезло меньше, чем им. Около часа назад все стихло, но Кристина не торопилась покидать укрытие. Прекращение стрельбы еще не значит, что охотники ушли.

— Не знаю, смогу ли я идти, — прохныкала Лена.

Окси, которая уже выбралась и в тот момент разминала затекшие суставы, остановилась и заглянула в урну. В темноте она не увидела подругу.

— Что значит — ты не сможешь?

— У меня все болит...

Окси закатила глаза. Опять началось! Первое время Лене тяжело давались длительные походы и ночевки в полевых условиях. Типичное «комнатное растение». Выросла среди удобств, зарабатывала на жизнь болтовней на камеру, гуляла пешком только по аллеям, на дальние расстояния ездила на машине. Лена не была любительницей походов, поэтому почти ничего не знала о ночевке на природе. Первый и последний раз спала в палатке еще в детстве — когда отец вывез их с матерью в лес на пикник.



Aili Kraft

Отредактировано: 13.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться