Раскачивая лодку

Размер шрифта: - +

Временное перемирие

Соловьева шла по аллее к троллейбусной остановке, где нужно было сесть на 105 маршрут до общежития. Ее мысли уже не занимал Высоцкий Борис со своей надменностью. 

Она вспоминала, как так случилось, что Ромашка стала ее подругой. 

Они были противоположностями, практически во всем.

Ромашина Инна было блондинкой с серо-голубыми галазами, стройной и веселой по характеру. Оптимистка от кончиков пальцев ног до макушки. Радужная и открытая девчушка всегда и везде была лидером в любой компании. С ней хотели дружить абсолютно все ребята со двора. На всех сборищах и на все мероприятиях Инночка была лучшей. Будь то спорт или обычные игры в салочки. Как она любила одевать сарафаны или платья. Обязательно в синий горошек. Ткани-то по выбору особенно и не было, но предпочтительный цвет всегда голубой. 

Соловьева Лида была брюнеткой с кариями глазами и слегка полноватой, с проблемами в координации незначительными. Но это не выливалось в уклюжесть, нет. Но походкой от бедра точно похвастаться не могла. Угрюмая, серьезная. Весьма отвественно девушка относилась к любым заданиям. Реалистка и прагматик. Тяжело переживала любой прокол, в том числе и снижение такого пустяка, как оценка за какой либо предмет. Лидии не нужно было иметь много друзей или знакомств. Считалось среди одноклассником одиночкой. Редко когда решалась заговорить сама. Но если такое случалось, ничего веселого в речах ее не было. А вот к выбору одежды Соловьева относилась совершенно нейтрально. Какую мама пошьет-ту и оденет. Будь то школьная обычная коричневая форма, или юбка клеь темно-зеленого цвета с обычной серой кофтой.  Поклонников у нее не было, а впрочем ее это и не волновало. 

Как же могли познакомитя и подружиться две такие разные личности?Это произошло 12 лет назад. Когда семейство Ромашиных решили оставить Солнечногорск и переехать в этот город. Что послужило таким координальным переменам знали только родители Инны. Девчушка была еще маленькой и посвещать в серьезные проблемы они не стали. 

Но бабушки на лавочках больше всех знали причину спонтанного переезда. 

"Митрофановна. я точно говорю, дело не чисто. Ты смотри ишь какой с иголочки вырядился. Не иначе чож выперли, иль сослали за траты.."

" Кузьминишна, я и вижу, чего он столько диванов то набрал-последнее привез. Мильоны в них засунул и шоб никто не увидал сюды и привез"

"Ага. митроановна, дело говоришь. Смотри жена у него какая. Тонкая. Небось голодом марил. и девочка. Совсем не похоа на него."

"Степановна., ты чего молчишь?"

"Думаю. Чего она не похожа. Давай поспрошаем мелкотню. Они говорливые. Всю выдадут"

Как не приятно было маленькой девочке -  первокласснице слышать такое о совем любимом папе такую откровенную ложь. Мама кушала хорошо и папа ее сильно любил, даже сам спагетти готовил. И диваны были ихними еще когда папа на маме женился. Это так мама всегда говорила. противные старухи. И девочку охватила злость и слезы брызнули из глаз. Она было уже собиралась подбежать и сказать какую-нибудь гадость, как сильная рука ее остановила столь внезапно. 

- Чего ты ревешь? Из-за этих? Им делать нечего-вот и трещат с утра до ночи. На пенсии делать больше нечего. А то, что молотят ерунду, так это от того, что они ничего и не знают. Мне вот всего шесть с половиной, а я понимаю, что стареньких нельзя ругать. Папа говорит, что они из ума выжили. - обратилась к притихшей новенькой невысокого роста с копной взлохмоченных волос девочка. 

- Ты веришь этим? - кивнула в строну отряда местного "отдела нравов и провопорядка" плачущая девочка.

- Если я всему верить буду-пропаду. Так дед мой - фронтовик говорил. Так что плюнь и разотри слезы свои. Вон пойдем к нам домой. Твои родители у нас. - беря за руку уже отошедшую от своих пережеваний собеседницу.

- Тебя как зовут? Меня Ро-ма-ши-на Инна! 

- Я Со-ло-вьева Лида. Чего по слогам?

- А меня все время наровят Ромашкиной назвать. Вот и повторяю, что бы запоминали сразу. 

- Я все запоминаю сразу. Не люблю зануд! Ты не зануда?

- Н..нет, кажется. А я не люблю когда хмурятся! Ты хмуришься?

- Хмурюсь. Но что поделаешь?! Не всем быть таким солнечным зайчикам. Нужно быть личность - так мама моя говорит, а она у меня медик!

- Правда, медик? Здорово. Она тебя вылечить может, даже, если ты микстуру пить не захочешь.. А я долго болею, но мы весело с папой тогда время проводим. Давай дружить, а, Лида?

- Давай, только ты не заставляй меня не хмуриться. Договорились? 

- Да. Договорились. Друг?

- Друг! 

На этом девочки и решили быть всегда подругами. Такие разные с такими разными судьбами. 

Нужно восстанавливать доверие. Если нет доверия, как тогда жить? Кому тогда открывать душу,если не человеку которому ты веришь и доверяешь! Быть одинокой совмнительное удовольствие. Путь лучше хоть кто-то будет в сердце и в душе, чем пустота. Это Лида поняла давно. Ромашина стала для Лиды самым значимым человеком. Все тайны и все желания она открывала единственной подруге. 

Вот и общежитие. Осталось только подойти к корпусу и оказаться на втором этаже 110 комнаты. Комната Инны. 

Раздался стук в дверь и девочки в комнате переглянулись. Кто-то же пришел и стучит. Мало кто приходил такой вежливый. В общаге, где жили одни девчонки казалось причудливым, что кто-то может постучаться. Все же свои. 

Окрывая дверь, Степанова Вероника из общего отдела, казалось не удивилась приходу соседки по этажу.

- Проходи, Соловьева. Чего так давно не заходила. Наша Ромаша губы дует вторые сутки. Вредная стала. Ни с кем не говорит. 

- Погоди трещать, как сорока, Никочка. Девочки поссорились - вмешалась староста комнаты Людмила Крылова. - Проходи, Лид. Как погляжу и стучишься и смотриш пристально. Мы выйдем. Не бедокурьте. 



Искра

Отредактировано: 08.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться