Расколотое небо

27

Боль в разбитой губе раздражала. Даже покурить нормально не получалось, что за... Фил сморщился и устало откинулся на спинку удобного вольтеровского кресла. Суббота прошла на редкость бездарно, и даже то, что началась она с драки с Гриневым, дело меняло мало.

Когда Андрей уехал, первым порывом Фила было понестись за ним следом, вломиться к нему домой и силой увести Катю. Но... это было неразумно. Это было стратегически неверно, поэтому он успокоился, выпил немного коньяка, промыл ссадины и раны, а потом устроился в этом самом кресле и стал думать.

То, что Катя побежала к Гриневу, его и удивило и разозлило. Все, что по праву принадлежало Филу, всегда очень интересовало Андрея. Алина, пост директора, Катя... Неужели Гринев польстился на его Катерину? И когда, интересно, он ее разглядел? Только когда узнал, что она принадлежит ему, Филу, или раньше?

Злость клокотала в грудной клетке, требуя выхода. Думать, сидя дома, не получалось. Он поехал в казино к своему старому приятелю. Гарик, чудом выживший в девяностые, несколько раз подстреленный, несколько раз отсидевший, несколько раз разорившийся, ныне являлся уважаемым бизнесменом, отрастил брюшко, носил скромные, а оттого особенно дорогие костюмы, пил исключительно «Эвиан» и пропагандировал каббалу, правда, достаточно ненавязчиво.

– Привет, мой юный друг, – поприветствовал Гарик старого друга.

– Привет, уже на посту?

– Еще на посту, – поднял палец вверх Гарик. – Это там, у вас, утро, а тут, в нашей пещере, вечная ночь. – А ты зачем пожаловал? И почему вид такой  хмурый? – приобняв Фила за плечи, Гарик повел его в свой кабинет. Кабинет был образцом хорошего вкуса: ничего лишнего, никакой лепнины и позолоты, ни намека на то, что у хозяина за спиной только неоконченная школа.

Налив в свой бокал минералки и плеснув коньяка гостю, Гарик удобно устроился за столом.

– Рассказывай.

– Ты бы завел себе кушетку и деньги брал. За психоанализ, – Фил попробовал коньяк, прикрыл глаза, причмокнув.

– Когда ты приезжаешь сюда, значит дела у тебя совсем хреново. Бизнес?

– Нет, – ухмыльнулся Фил. – Старею, наверное. Баба...

– Баба довела тебя до того, что ты в субботу утром приехал просаживать деньги в казино? – хохотнул Гарик. – Это что же происходит? Слишком спокойно стал жить? Вот когда, – ответил он сам, – трясли вашего брата за жабры, когда все время предприниматели, мелкие и не очень, жили, ожидая бравых бригадиров, вот тогда не до баб было! А вы все – неженки!

– Наверное, ты прав...

– Да нет, я так, придуриваюсь, – Гарик ослепительно улыбнулся недавно приобретенной голливудской улыбкой. – Тебе жениться надо, Фил. И это серьезно. Мужик без семьи в твоем возрасте – это неправильно. Ты можешь любовниц менять, но семья должна быть. Наследник.

– Зачем?

– Чтобы был смысл жизни, – ответил Гарик серьезно. – ты знаешь мне уже сколько? А моему пацану скоро четыре. Поздновато я, так ты не повторяй моих ошибок! Жена, конечно, дура, хоть и с двумя высшими, но да не беда. Конечно, мы с ней года два притирались, а теперь  все тип-топ. А уж ты-то Фил...  – Гарик  развел руками. – Ты  же всегда умел женщин в узде держать.

Фил помрачнел.

– Ты прав, но... она меня наизнанку выворачивает, я с ней себя теряю. И, я боюсь, что уже не могу без нее. Меня это бесит!

– Есть такие, – Гарик на просвет изучал содержимое стакана. – Как медленный яд. Вроде мышка мышкой, но так умеют оплести, что время проходит, и ты кроме этой пичужки никого не видишь.

– Она меня бросила, – неожиданно выдал Фил и опрокинул в себя весь оставшийся в бокале коньяк.

Гарик подлил еще.

– Не бзди. Ты вернешь ее, я уверен.

– А я вот нет... Ладно, прости, что-то я разнылся, ерунда все это. Пойду, поиграю во благо твоего казино.

Гарик кивнул. Когда за Филом закрылась дверь, владелец казино вылил минералку в стоявший рядом кактус, налил вместо нее коньяк, совсем чуть-чуть, долго принюхивался, махая ладонью над бокалом, потом с удовольствием выпил.

– Какие люди пропадают, – покачал он головой, смотря через одностороннее зеркало на игровой зал, на Фила, сидящего с мрачным лицом за рулеткой.

Для начала Фил прошел к  рулетке. Поставил несколько раз на тринадцать, выиграл, собрал жетоны и перешел к столу, за которым скучал крупье. Блэк Джек. Уже лучше. Фил никогда не был азартен и не понимал, как можно сидеть сутками, следя за перемещениями дебильного шарика или безостановочно дергать ручку игрового автомата. Он сам приходил  в казино только изредка: его успокаивала местная   атмосфера, в казино он особенно остро чувствовал свое превосходство над другими людьми. Азарт, наверное, как ничто другое,  высвобождал низменные страсти людишек: сидят с налитыми кровью глазами, ничего и никого не видят, кроме мелькания карт или перескоков маленького шарика. Животные, большей частью примитивные животные. Проигрывают состояния, закладывают квартиры, попадают чуть ли не в рабство, кончают жизнь самоубийством, не в состоянии совладать со страстью. Он – не такой, он в силах справиться с собой, он может повернуть любую ситуацию так, как будет выгодно ему. Последнее время  именно этого ощущения и не хватало: он погряз в отношениях с Катей, он стал частью ситуации и потому в какой-то момент потерял контроль. Это надо исправить, раз уж допустил такое...