Расколотое небо

Размер шрифта: - +

50

Ожидание невыносимо. Ожидание новостей, которые окажут непосредственное влияние на твою жизнь невыносимее вдвойне. Филу пришлось постараться, чтобы никто не заметил, как он напряжен. Каждую минуту, каждую секунду он ждал скорбных вестей от Гриневых. Ждал, что в его квартире или кабинете появятся следователи с рядом вопросов, на которые он должен ответить как можно спокойнее. Прошло воскресенье, протащился следом понедельник. Фил сидел в своем кабинете в «Альфа моторс», усталый, с развязанным галстуком, болтавшимся на шее на манер удавки. И все же, он был доволен собой – удалось сделать ряд шагов, которые если и не  убрали опасность разорения, то сделали ее менее вероятной. Если же еще и Андрей выйдет из игры – то этого будет достаточно, чтобы договориться с рейдерами разойтись полюбовно.

Работал телевизор. Небольшая плазменная панель, подвешенная под потолок, переливалась разными цветами – полуголые симпатичные девочки извивались и томно вздыхали под едва слышимую мелодию. Фил потянулся за пультом, переключил на новостной канал.

Поскорей бы… Поскорей бы кончилось это ожидание. Поскорей бы уже все случилось. Все осталось позади.

Он просидел так, переключая с канала на канал еще пару часов, а когда затрезвонил телефон, все время ожидавший звонка Фил чуть ли не подпрыгнул в кресле и, посмотрев на дребезжащий аппарат с ужасом, заставил себя снять трубку. Звонил Олег, сообщил, что Андрей в реанимации.

– Как он? Что случилось? – поинтересовался Фил.

– Врачи говорят, состояние тяжелое, но стабильное… Нас к нему пока не пускают.

– Мне приехать?

– Нет. Пожалуй, не надо, – ответил Олег, и Фил невольно напрягся.

– И все же… Может, я все же приеду? – более настойчиво спросил он.

– Как хочешь… Смотри сам. Мы будем тут, пока не появится хоть какая-то ясность.

– Ты и Лора… вы всегда можете рассчитывать на меня…

Значит, Андрей жив. Точнее – пока жив. Хорошо это или плохо? Фил автоматически продолжал щелкать пультом телевизора, но что происходило на экране – не видел. Он испытал странное облегчение от того, что Андрей остался жив. Он даже был готов сказать неизвестным силам спасибо за это: за то, что его руки так или иначе остались чистыми. В глубине души, оказывается, жил совершенно иррациональный страх возмездия – не мести от Гриневых: людей Фил не боялся давно, а кары свыше. Он, гордо именовавший себя агностиком, оказывается, боялся воздаяния Божия… Но сейчас  этот страх ушел, а остался другой, мерзкий и противный, даже не страх, а меленькая боязнь быть пойманным. Фил был уверен, он отвертится в любом случае:  еще раз припомнил все свои действия и еще раз убедился в том, что на него выйти невозможно, даже если найдут исполнителя, ничего и никто доказать не сможет.

По одному из каналов диктор с непроницаемым лицом как раз рассказывал о покушении на Андрея, и Фил, подобравшись, сделал звук погромче. Ничего интересного не сообщили – отрабатываются версии, возможно, покушение связано с деятельностью Гринева… Фил досадливо поморщился – нечему радоваться. Чистая совесть это прекрасно, но что, если Андрей вышел из строя временно? Он поправится, и что тогда? Нечего и мечтать, что их вражда увянет сама собой – слишком многое между ними стоит. Слишком многое Андрей хотел отнять у него и кое-что ему удалось. Катя… Интересно, знает ли она уже, что случилось с ее ненаглядным, с ее любовником, с ее спасителем? Обливается слезами в больнице? Или спит себе спокойно дома?

Фил взял телефон, по памяти набрал ее номер. Но не торопился нажимать кнопку вызова. Стоял и смотрел на ряд цифр, в которых для него воплощалось слишком многое. В последние дни он вот уже несколько раз поступал так: набирал ее номер, но ни разу не позвонил. Нельзя было делать необдуманных поступков. Нельзя. Все считают, что это он бросил ее, что ему наплевать на нее, пусть так и будет дальше. Он потерпит еще немного. И пока Андрей прикован к больничной койке, он начнет действовать: тихо, спокойно и  планомерно. Возможно, он не сможет вернуть Катю, но он сможет, он разрушит их отношения. Если он сам не может быть с ней, значит, и Андрею она не достанется. И Лора с Олегом, не зная сами, помогут ему… Эти мысли о мести были чертовски успокаивающими, и Фил сам не заметил, как уснул.

Утром он встал бодрым и отдохнувшим, и все вчерашние тревоги показались не столь значимыми. Фил решил, что просто обязан заехать перед работой в больницу, повидать Лору и Олега, сделав соответствующее моменту лицо – иначе можно вызвать ненужные подозрения… Да и разведать обстановку на месте не помешает.

 

– Фил, дорогой, здравствуй, – Лора крепко обняла его, – вот видишь… только мы радовались, а тут…

– Ничего, Лора, ничего. Он сильный, ты же знаешь. Он выкарабкается, по-другому и быть не может, – сказал Фил.

– Я так боюсь…

На мгновение, не больше, Фил испытал что-то похожее на угрызение совести: что-то темно-колючие заворочалось в груди, болезненно сжалось горло, но тут же все прошло – как и не было.

– Вы всегда можете положиться на меня… Может, переведем его в другую клинику?



Лина Пален

Отредактировано: 16.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться