Раскраска

Размер шрифта: - +

Пролог

 Утреннее метро самое неприятное место на свете. Для нее так точно. Нельзя сесть, а стоять невозможно: кто-то постоянно жмется, толкается, пытается пройти на новое место, потому что в том углу, видите ли, этому человеку неудобно. Она бы отдала все, лишь бы с утра в вагоне было пусто, в ушах наушники, а в телефоне сообщения от человека, который за полгода стал непозволительно родным. Хотелось проверить, прислал ли он что-то, но механический голос объявил нужную станцию.

      Полина выскочила на платформу, на ходу поправляя задравшуюся юбку. Дисплей на экране старенького смартфона практически кричал, что она опаздывает, а первая пара была у не самого любимого препода. Как-то с самого первого дня они друг друга невзлюбили, потому девушка старалась не опаздывать к нему на лекции, но по какому-то особенно закону подлости, опаздывала она именно в те дни, когда первой стоял предмет у Олега Викторовича. Кто-то свыше явно ее недолюбливал.

      На улице уже вовсю царствовала глубокая осень, приведя с собой в подручники слякоть, лужи и опавшую листву. Из-за этих самых товарищей постоянно приходилось переобуваться. Самое нелепое, когда звонок заставал на лестничном проеме. Как и в этот раз. И почему ей в голову взбрело надеть каблуки именно сегодня, когда она должна была бежать на пару к этому тирану? Ощущение при беге создавалось такое, словно по коридору бежит какая-то молодая кобылка, которой, собственно, Полина себя и ощущала в данный момент. Опоздала на пару!

— Извините за опоздание, можно войти? — сомнений, что препод уже на месте, не возникало.
— Верновская, почему я не удивлен? — он смотрел на нее с некоторых превосходством, поправляя свои чрезмерно зализанные волосы. И кто только сказал, что ему эта прическа идет?
— Не знаю, Олег Викторович. Судьба, наверное, такая, — спокойно проговорила девушка, старательно изображая виноватый взгляд, хотя думала о другом.

«Да нашелся бы тот, кто тебя удивит, мудак старый», — пронеслось в голове.

— Судьба, Верновская, это то, что я тебе н-ку не поставил за опоздание. Садись, — он кивнул в сторону аудитории, где за партой уже сидела подруга Полины.
— Спасибо, Олег Викторович, — имя и отчество на преподавателя действовало, как заклинание из Гарри Поттера, потому Поля постепенно неосознанно стала его повторять чуть ли не при каждой своей фразе, обращенной этому человеку.
— Ну и чего ты опять опоздала? Он ж от тебя теперь не отстанет за всю пару, — зашептала Вика, когда подруга уселась на место, вытаскивая из сумки тетрадь и ручку.
— Он от меня бы в любом случае не отстал. Я у него особой «любовью» пользуюсь, дорогая моя, — Верновская раскрыла тетрадь, готовая поспевать за бормотанием преподавателя.
— Потому что провоцируешь его постоянно, — фыркнула Соловьева, принимаясь за свой конспект.
— Да проспала я сегодня, чего пристала? — пихнула ее Полина.
— Спать надо ночью, а не переписываться, — съязвила подруга, заискивающе глядя на свою соседку по парте.
— Верновская, Соловьева, ваше внимание возможно хоть как-то завоевать? Я вам не мешаю? Может мне выйти? — повысил голос Олег Викторович, отрывая взгляд от своей папки с лекциями.

«Может и выйти», — подумалось девушке, но вслух сказала другое:

— Простите, Олег Викторович, больше не будем.

Этого хватило, чтобы он вновь вернулся монотонно читать материал. Монотонно, но ужасно быстро. Больше на споры времени не было. Даже перерыв, гад, за всю пару не сделал. Звонок же показался спасительным перезвоном, оглашающим конец самой мучительной пытки всего института.

— Предмет у него классный, а ведет его отстойно, — обнимая собственную сумку, проговорила Вика, шаркая в задрипанных, но любимых, кедах по коридору.
— Ничего не скажу в его защиту. И ведь докапывается только до меня. Садист-однолюб! — буркнула Полина, поправляя пепельно-русые пряди.
— Это ты о своих предпочтениях, Верновская? — знакомый, но резко нелюбимый голос, резанул по ушам. Конечно же на подобные фразы был ловок именно Кирилл.
— О твоих, Капралов. Чего тебе мимо не идется? — фыркнула девушка, даже не оборачиваясь на парня позади.
— С тобой и вот с Викой, может, захотел поболтать, а ты такая грубая и неприветливая, — Кир приобнял одной рукой подругу, которую, кажется, такое положение дел вполне устраивало. Она, в целом, нормально относилась к однокурснику.
— Ну вот с Викой и болтай, со мной зачем? Я грубая и неприветливая в отношении сероглазых брюнетов, а уж если те на полголовы выше меня и зовут их Кирилл Капралов, то и вовсе настоящее табу на общение с такими, — парировала Поля, ускоряя шаг, чтобы побыстрее отделаться от парочки.

      Соловьева потом ее догонит, когда наговорится с этим придурком. Это был второй человек в этом заведении, с которым у девушки не сложились отношения практически с самого первого дня. Ну не виновата она, что одного природа чрезмерной самовлюбленностью наградила, а второго неизлечимым слабоумием.

      Второй курс, на удивление, был легче первого и интереснее. Возможно, по той самой причине, что студенты уже привыкли к ритму студенческой жизни. В этой суете время проходило как-то незаметно и быстро, местами даже весело. Особенно приятным был большой перерыв, когда можно было отдохнуть в столовой и перекусить чем-нибудь вкусным. Благо, готовили здесь отменно, потому даже из дома не хотелось ничего тащить, хотя иногда, в силу малых финансов, приходилось экономить. Вика же, живущая с родителями, могла себе позволить такую роскошь каждый день, чем, собственно, и пользовалась. Полина же притащила с собой гречку, приготовленную в общежитии на скорую руку.

— Глядя на твои обеды, я понимаю, почему ты такая худая, — сообщила свои замечания Соловьева, разламывая ложкой котлету.

Для нее, пожалуй, это была больная тема, ведь девушка всегда комплектовала из-за широких бедер и пухлых щек. Она не была худышкой, но и толстушкой ее назвать было нельзя. Скорее фигуристая девица, на которую, к слову, парни заглядывались не меньше, чем на местных «фитоняшек».

— Мы можем поменяться, если ты так беспокоишься за мой рацион, — усмехнулась Верновская, демонстративно пододвигая к подруге свой контейнер.
— Нет, спасибо. Ты всегда недосаливаешь, — наигранно сморщилась Виктория, продолжая уплетать свой аппетитный обед, купленный в местном буфете.

      Группа, в которую еще на первом курсе попала Полина, оказалась наполненной дружным коллективом, хотя даже здесь находились паршивые овцы. В их числе был и Степаненко Артем, которого девушка ненавидела лютой ненавистью. Этот парень пользовался у девушек необоснованной популярностью, а о его подвигах можно было слагать легенды. Именно этот царь унижений местных самок явился в столовую собственной персоной, хотя, казалось, ему подобает обедать в местах более отдаленных.

— Явила нелегкая, — нахмурилась Полина, цокая языком и закрывая вместе с тем свой контейнер. Аппетит как-то разом пропал.
— Забей, он сегодня подозрительно тихий, — устало проговорила Вика. О вражде этих двоих прекрасно знала. Да и вообще, ей иногда казалось, что подруга воюет со всеми подряд. Будь то преподаватель или Капралов со Степаненко.
— Ты доела? Я тебя в аудитории подожду, — не дожидаясь ответа, Поля сунула обед в сумку и двинулась к выходу из столовой.

      Настолько Верновская торопилась и не смотрела в сторону ненавистного одногруппника, что совершенно не заметила выставленной чужой ноги в ботинке. Будь она в удобной обуви, непременно бы устояла, но в неустойчивых каблуках Полина сделала несколько неуклюжих шагов и с грохотом приземлилась на собственные колени. Секундное молчание дало хорошо осознать в какую неловкую ситуацию она попала, а затем всеобщий смех бросил в краску.

— Кобыла на шпильках. Ходить бы научилась для начала, — этот высокомерный тон она бы не спутала ни с чем другим. Конечно же ее падение было прокомментировано этим типом.
— Это каблук, дегенерат, — Полина мигом поднялась на ноги, поправляя бесстыдно задравшуюся юбку.
— Прости, кобыла на каблуках, — парировал Артем, вызывая смех своих друзей-придурков.

Связываться с этими было себе дороже, поэтому Верновская предпочла быстрее покинуть столовую и вернуться в аудиторию, где тут же разложила все необходимое для последней пары. Безусловно, инцидент в столовой выбил ее из колеи, но она не собиралась показывать, насколько ее выбесила эта ситуация. Она бы с радостью ответила этому заносчивому парню, но не в этот раз. Он еще точно пожалеет, что сегодня выставил свою лапу у нее на пути.
Чтобы отвлечься, Полина достала из сумки смартфон, в котором открыла полюбившееся в последнее время приложение. Twitter был ей интересен не за счет интерфейса или оформления, а за возможность оставаться инкогнито при общении с собеседниками по ту сторону экрана. Один из таких стал важной частью каждого ее дня. Открыв вкладку с сообщениями, сразу же заметила несколько непрочитанных.

«Доброе утро»
«Опять проспала?»
«Леди, я не буду тебе писать ночью, если ты продолжишь опаздывать на пары.»



В твиттере на свою дурную голову Полина зарегистрировалась под ником «Леди Судьба». Хотя ее собеседник тоже фантазией не отличался.

«У меня просто будильник не сработал, Кэп. Тебе тоже доброе утро, кстати.»
«Смотрите, кто соизволил зайти. Опять опоздала?»
«Да. К моему любимому преподу.» 
«Ооо, красотка, судьба тебя точно ненавидит.»
«А ты как сегодня?» 
«Опять сегодня пересекся с одной стервой.»
«И как?» 
«Обязательно поставлю ее на место. Шлюха, а ведет себя, как королева.»
«Ты ведь знаешь, что я не люблю это употребление.» 
«Извини.»

Полина отвлеклась от дисплея и посмотрела в окно. Это была больная для нее тема и она не любила, когда ее таинственный и родной собеседник ненароком ее задевал, хоть и неосознанно.

«Как мать?»
«Ничего. Звонила вчера, просила денег прислать.»
«Надеюсь, что ты этого не сделала.»
«Тысячу ей сбросила.» 
«Ты безнадежна. Тебе самой-то есть, на что хотя бы продукты купить?»
«Есть немного. Дядя обещал сбросить.» 
«Ты ебанутая, серьезно.»
«И я тебя люблю, кэп. Ладно, до вечера.» 

      Звонок уже давно прозвенел, и на свое законное место вернулась Соловьева. Наверное, любая другая бы после сцены в столовой заспешила бы за своей подругой, но Вика была из тех, кто не любил поднимать пыль на ровном месте. На самом деле, Поле эта черта в ней нравилась, не было излишней жалости или чрезмерной навязчивости.

— Опять со своим благоверным переписываешься? Когда вы уже куда-нибудь сходите? — буднично поинтересовалась девушка, выкладывая на стол тетрадь и старую ручку.
— Он мне не благоверный. Не знаю, может вообще не встретимся. Нам и так с ним комфортно, — спокойно ответила Поля, которая не раз думала о том, хочет ли она вообще повидать своего кэпа в жизни.

      Как бы они оба не разочаровались, встретив друг друга в реальной жизни. И эту тему можно было бы раздувать и дальше, но свою лекцию пришла диктовать Клавдия Анатольевна: суровая женщина в возрасте. Свой предмет обожала до безумства, если бы не муж и некоторые адекватные законы нашего общества, обязательно бы за него замуж вышла. Рассказывала быстро, объемно, спрашивала строго. Семинары проводила регулярно, проверяла квартально, поэтому иногда листки некоторых студентов терялись, а потом ведь и не докажешь этой мадам, что сдавал.

Тем не менее, пары ее проходили легко и быстро. Подавать материал она умела, заинтересовывала даже галерку. Стоило отдать ей должное, была она все же приятной. Даже отпускала раньше со своей пары, что сделала и в этот раз. Подскочив с места, Верновская быстро сгребла канцелярию со своего стола и почти порхая покинула аудиторию.
На первом этаже распрощалась с Викой, за которой приехал отец, а сама двинулась в сторону метро, надеясь поскорее оказаться в общаге, но телефонный звонок резко перечеркнул все планы. Конечно же звонила мама.

— Да, я слушаю, — ответила Полина будничным тоном.
— Привет, милая, — послышался на том конце родной голос.
— Что-то случилось? — не стала тянуть резину девушка, зная, что женщина звонила только по особым случаям.
— Солнце, ты можешь приехать… У меня проблемы, — всхлипнула мать, давя на жалость дочери.
— Буду через полтора часа. Давай, — не дожидаясь ответа, сбросила Верновская.

Подставив лицо прохладному ветру, она на мгновение прикрыла глаза, чтобы освежить голову. Небо было пасмурным и скоро обязательно польет дождь. Можно было бы заехать в общежитие за зонтиком, но лучше сразу отправиться к матери. Чем быстрее управится, тем быстрее окажется дома. Глубоко вдохнув осенний воздух, Полина двинулась к метро.



Эли Нокс

Отредактировано: 25.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться