Раскраска

Размер шрифта: - +

Глава шестая

 На балкон едва ли пробивался свет, озаряя две темные фигуры, которые по чистой случайности оказались вдвоем. Атмосфера в воздухе была отнюдь не романтичной, несмотря на звездное небо за окном, которое открывалось взору в момент, когда облака расползались. Пьяные, парень и девушка, удивительно гармонично ощущали чувство неловкости, скользящее между ними неуловимой нитью.

      Кирилл в несвойственной ему манере застыл в проходе, держа дверь открытой, когда его одолели сомнения: зайти ему или вернуться обратно в дом? Они вдвоем смотрели в глаза, что нашли в темноте, неотрывно, словно там были ответы на тысячи вопросов, но ни один из них не был понятен. И в это самое мгновение, кто здесь встретился? Люди, обменявшиеся самым сокровенным, отворившие двери собственных душ, или же те, кто упорно не хотел понимать мотивов другого, те, кто, поддавшись собственным заблуждениям, видели в другом человека, достойного презрения. Презрение? Ненависть? Отвращение? Что это было? Что было между Кириллом и Полиной? Разность характеров? Разное детство? Взгляды? То, как они подавали себя на публике? Возможно, от части все и сразу.


      Полина первой отвела взгляд, поднимая бутылку и делая еще один глоток из горла, не в силах больше смотреть в эти глаза, что находились так высоко, особенно, когда она сидела на полу, а парень возвышался над ней всем своим ростом. Капралов чуть смял пачку, но в итоге закрыл за собой дверь, проходя к окошку, которое тут же приоткрыл, пуская в помещение холодный ветер ранней зимы. Верновская поежилась, ощущая, как прохлада касается ее ног, боков и плеч, словно пытаясь приласкать ее, но это давало совсем обратный эффект. Девушка подняла недовольный взгляд на парня, едва видя его профиль. Он достал слегка трясущейся от свежего воздуха рукой сигарету, зажав ее губами. Зажигалка приятно щелкала в его руках, но не выдавала огня, который бы поджог такое желанное курево. Внезапно, в темноте появился язычок пламени, обхватывающий в своем танце конец сигареты, заставляя его гореть и тлеть. Отбрасываемые тени легли на чужое лицо, но тут же исчезли, когда зажигалка упала на подоконник. Кирилл сделал первую затяжку, впуская никотиновую заразу в свои легкие, а затем, с легким отвращение выдохнул густой дым, смотря куда-то сквозь него вдаль.

Поля не сразу подловила себя на том, что разглядывает чужой профиль так детально, хотя едва ли его видит в далеких отблесках света, которые падали с участка на второй этаж.

— Неужели я такой красивый, что ты даже глаз отвести от меня не можешь? — едко прокомментировал чужой замеченный на себе взгляд парень, нарушая тем самым возникшую тишину.
— Откуда в тебе столько самодовольства? — спокойно вопрошает Полина, отставляя от себя бутылку, прокручивая ее за горлышко на полу.
— Оттуда же, откуда в тебе нудность и высокомерие, — парировал Капралов, совершая еще одну затяжку.
— Значит, я высокомерная? — она слегка вскидывает бровь, запрокидывая голову, чтобы уткнуться затылком в кирпичную стену.
— А ты думаешь, что нет? — он слегка поворачивает, выдыхая дым внутрь помещения.
— Допустим. В чем оно проявляется? — девушка снова поднимает взгляд, чтобы встретиться с чужими глазами.

Капралов молчит какое-то время, стряхивая пепел с тлеющей сигареты, а затем полностью оборачивается к собеседнице, облокачиваясь спиной на подоконник.

— В чем проявляется твое высокомерие? В том, что ты слишком зазналась, когда начала встречаться со Степаненко. Мол, посмотрите, какая я неебически классная телка. Каблучки, вызывающие наряды с коротенькими юбками. О, не смотри на меня так, каждая девушка хочет быть красивой, но ты пыталась быть… Ммм… Королевой. Ты ведь даже того ботаника унизила в коридоре при всех, когда он позвал тебя прогуляться по парку после вашего с Артемом расставания. Что ты тогда сказала? — он прищурился, слегка усмехаясь.

      «Давно ли ты в зеркало смотрел? Я уж лучше до дома пешком прогуляюсь в компании бомжа, чем с тобой на люди выйду. Поправь очки, развернись на сто восемьдесят градусов и шуруй, куда глаза глядят», — сказанные Полей слова хорошо воспроизводились в ее памяти. Ей было лишь от части стыдно, что все это произошло на глазах у большого количества людей, ведь парень потом отчислился из-за издевок.

К слову, бомж в тот день к ней действительно пристал. И почему-то не было сомнений, что подобную ситуацию спровоцировал Капралов, который в тот день слышал, как Верновская хлестко отшила паренька.

— А всю ли ты ситуацию знаешь? — она нахмурила брови, щуря взгляд на парня.
— Удиви меня.
— Он следил за мной, узнал откуда-то мой номер и названивал каждый вечер, а потом писал в личку о том, что очень хочет меня. И в довершении ко всему, говорил, что в постели удивит меня больше, чем Артем. Так что, ему просто не повезло, что сорвалась я при людях, — спокойно рассказала историю со своей стороны Верновская.
— Ладно, признаю свою ошибку, — пожал собеседник плечами. — Но что насчет выпадов в сторону меня?
— А ты меня просто, как человек бесишь. В тебе столько фарса и напускного пафоса, что аж тошно. Я хотя бы надежды не даю, как ты. Влюбленными глазками посмотришь, сладких речей напоешь, а потом якобы в коридоре не узнаешь. Из-за меня хотя бы никто с жизнью не пытался покончить, — грубо, жестко, но по факту.

      Кирилл тушит сигарету, плотно сжимая челюсть. Он не любил эту тему, которая так и замялась за неимением доказательств, что именно Капралов послужил причиной для вскрытия вен. Потом, конечно, выяснилось, что у девчонки маниакально-депрессивный психоз, официально подтвержденный врачом, но неприятный осадок остался.

— То, что было в переписке, остается в переписке, — сквозь зубы процедил парень. — Или, может, поговорим о том, как тебя изнасиловал клиент матери в четырнадцать лет? — едко, с нажимом, проговорил он.

      Это было не то воспоминание, которое бы хотелось возрождать в памяти. В прошлый раз, когда у них с кэпом нечаянно зашла об этом речь, она едва набирала сообщения трясущимися пальцами. Но он ее поддержал и прежнего негатива произошедшее не вызывало. Хотя, она долго держалась, даже не плакала, когда все это прошло. Мать до сих пор не знала об этом, иначе бы винила себя в случившемся. Ради нее Полина была сильной, убеждала себя, что рано или поздно с ней бы это случилось, так какая разница с кем и когда? Но почему-то ночами она все равно плакала. Пока ее не выслушали. Теперь ее подушка была сухой.

Полина поджимает губы и отводит взгляд, не в силах как-то достойно ответить на этот выпад. Сложно придумать слова, когда чужие фразы действительно ранят.

Капралов тяжело вздыхает, прикрывая глаза и потирая пальцами переносицу.

— Перегнул. Прости.
— Я тоже надавила на больное. Извини, — она не смотрит на него, когда усмехается. — Пожалуй, мы друг друга стоим. Два ублюдка с кучей демонов внутри.
— Фу, не подавайся в лирику, это странно звучит. Мы с тобой не в гребанной книге, — он слегка морщит нос, поднимая голову, чтобы посмотреть куда-то вбок, где горел фонарь.

      Снова повисла тишина, нарушаемая музыкой, играющей с первого этажа. Он ведь уже докурил, но по-прежнему стоял здесь, словно не собирался уходить. Впервые за долгое время они разговаривали вдвоем без лишних глаз и ушей. Странно, что их до сих пор никто не потревожил, и ни одна любопытная душа не отправилась искать их. Наверно, от части, это было подарком той же судьбы, что продолжала развлекаться, плетя эту странную историю.

— Знаешь, а я недавно нарисовала тебя, — вдруг сказала Полина, снова запрокидывая голову.
— Зачем? — он повернулся в ее сторону, встретившись вновь с ее взглядом.
— Я вдохновилась инеем на окне и решила нарисовать Декабрь. Вместо Декабря вышла твоя прошлогодняя аватарка, — усмехается, почти смеясь своим собственным словам, которые ее так забавляли сейчас.

      Кирилл секунду смотрел на нее, а потом рассмеялся. Он знал, что его Леди рисовала, но никогда не показывала свои рисунки. Парень на слово верил, что рисует она хорошо. Но никак не ожидал признания от Верновской в том, что она изобразила его на листе бумаги. От кого угодно, но не от этой заносчивой особы.

— Я так же прекрасен, как и в жизни? — с ноткой ехидства поинтересовался Кирилл, когда смех отпустил его.
— Ты — эскиз, — серьезно сообщила Полина, продолжая улыбаться.
— Тоже неплохо.

      Как атмосфера между ними приобрела окрас легкой непринужденности, словно они давно уже общались… А ведь общались. На самом деле, это было даже как-то удивительно. Вроде бы они едва ли знакомы, а знали столько всего.

      С первого этажа донеслись какие-то возмущения, а в следующее мгновение дом окутала тягучая музыка, наполняемая иностранными словами. Кирилл поймал лицо Полины своим взором, рассматривая то, как девушка прикрыла глаза, расслабленно вслушиваясь в эти звуки за дверью.

Он воспользовался этой ситуацией, включая свое театральное представление. Одна рука его плавно спряталась за спиной, а вторую в поклоне он протянул сидящей на полу девушке.

— Леди, потанцуете со мной? — с озорной улыбкой поинтересовался он, поддевая ее никнеймом на твиттере.

Верновская открыла глаза, встретив изображающего галетного кавалера Капралова, а потом усмехнулась, вкладывая свою руку в его ладонь.

— С удовольствием, Капитан.

Он легко поднял ее с пола, тут же прижимая к себе, когда ее чуть шатнула от ударившего в голову алкоголя. Грудь к груди, они были так близко, что на мгновение у девушки перекрыло дыхание, но она быстро расслабилась, ведомая в танце чужим телом. Его руки соскользнули на ее талию, а она обхватила его за шею, прижимаясь щекой к чужому плечу. Они переминались с ноги на ногу, плавно двигаясь в такт медленной музыке.
 



Эли Нокс

Отредактировано: 25.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться