Расплата за корону

4

теса Мирабет Весо

Проснувшись посередине ночи, я поняла, что ужасно хочу есть. Нет, даже не есть, а жрать. Даже желудок скручивало от дикого голода. Забыв накинуть на себя халат и влезть ногами в тапочки, я кинулась на кухню, чтобы пробежав все коридоры и открыв двери замереть ...

В теплом воздухе еще не остывшей кухни витал свежий запах крови...

Не знаю, откуда, но я поняла, что вечером зарезали птицу — кору, местную разновидность страуса и сейчас ... сырое мясо присыпанное приправами висит над печью. Свежая кровь птицы находится в небольшом бочонке и ждет, когда ее продадут врачевателям.

Стою на пороге комнаты и сражаюсь за свой разум. Почему—то я жутко хотела стащить огромный сырой окорочок с крючка и достать бочонок с кровью. Ногти цеплялись за дверь, а внутри все будто горело.

Только утром я смогла очнуться от борьбы с собой. Кухарка, приняла меня за служанку и с руганью погнала за водой.

И что со мной такое? Ведь не получив желаемого, мое тело покрылось ознобом, а в висках стучало. Заболела? Руки дрожали, а перед глазами все плыло ...

— Теса, вы поражаете меня, — откуда—то появился дот Розуэл, и я попробовала встать прямо, а не сгибаться под тяжестью навалившейся хандры. — Надеюсь, вы возвращаетесь из покоев тана в таком наряде. – Он явно указывал на мою ночную рубашку.

— Вас не должно это волновать, — стараюсь, чтобы голос не дрожал, но из—за голода ноги еле удерживают тело. — Я почту хотела проверить.

— Меня волнует все — что связано с невесткой короля. — Мужчина попытался быть участливым и даже протянул руку, чтобы взять меня за плечо. — Марк очень хочет снять с вас тяжесть управления Весо и торговым домом Лиф, поэтому все ваши письма получает тан Кейл. Вам остается только радоваться жизни и дарить внуков Зинову Марку.

В голубых глазах был виден дикий голод. Девушка смотрела на собеседника, как на пирожок. Дот всматривался в лицо красавицы и чувствовал, как его тело наливается желанием. Тонкая сорочка на голом теле обрисовывала высокую молодую грудь и маленькие горошинки, ткань очерчивала бедра и ноги девушки. Все же Мирабет прекрасна, ее рука в его ладонях такая маленькая и прохладная. Губы что пропускают ее тяжелое дыхание и сверкающие глаза, которые смотрят лишь на него.

Мужчина, заметил оцепенение девушки и решил, что ее охватил жар желания, так же как и его. Резко он притягивает нежное женское тело и ощутил...

Темнота.

Тонкая фигура в светлой сорочке склонилась над дотом. По подбородку тесы сбежала маленькая струйка крови. Мужчина блаженно стонал и изгибался, а девушка облизала губы и шатающейся походкой отправилась к себе в комнату. Она не понимала, как смогла укусить дота. И почему мужчина после случившегося не сыплет угрозами, а блаженно щурится.

Герантий

Утар разгонял новичков, а я сонно дергаю рычаг насоса и смотрю по сторонам. Гории пока не видно, наверное, она опять с Мирабет бантики вяжет. Очень 'нужное' занятие, зато чисто женское. Если я так возле кухни проторчу, то вновь увижу Рию лишь после ужина.

В имение я значусь личным телохранителем Мирабет, но сейчас она не часто меня с собой берет. Утар сам назначает ей охранников и мне порой делать нечего, поэтому занимаюсь всем и сразу. Хочу сегодня попросить разрешения на постройку дома в одной из деревень. Думаю, теса не расстроится, узнав, что и ее личную горничную я хочу забрать. Все же она сильная и должна понять, что возле нее и так много народу, которые ей рады: жених, два дота советника, служанки, присланные самим королем, Юль о ней заботится. Единственные кто мне не нравятся так это солдаты тана — слишком много они на себя берут.

— Гер, — ко мне подбежала Гория и, взявшись за рукав, тихо зашептала: — Срочно вези меня к Знахарю. Нет, лучше забери его и доставь сюда.

— Что такое? У тебя что—то болит? — Обеспокоенно смотрю на Рию и вижу ее глаза полные ужаса и обиды.

— Мира ... она спит и не просыпается ... холодная, бледная, вся мокрая. Я боюсь, а вдруг она ... — девушка подавила в себе всхлип и осторожно посмотрела по сторонам. — Тайно привези Знахаря, а я попытаюсь скрыть все от Юль, Нуры и советников.

теса Мирабет Весо

Я просыпалась время от времени, но видела все как в тумане. Подняться тоже было трудно — тело словно окаменело и тянуло вниз ... мне хотелось есть. Я плохо помнила, как добралась до комнаты, но тарелка с каким—то бульоном на тумбочке меня не вдохновляла. Странно, я так голодна, а на суп не смотрю даже.

— Мира, — меня разбудил Кейл, притронувшись к моему лбу, — ты как? Что болит? Какие жалобы?

Говорить с ним не могу, язык еле ворочается, а от его прикосновений бросает в неприятную дрожь. Кажется, мое тело не желает чужих рук.

— Наверное, это из—за стресса. — Мальчик поражал меня. — Устала, вот и падаешь в обмороки, а потом спишь.

Холодную тряпку, пахнущую травой, укладывает на лоб, а какие—то огромные листы в виде лопухов, просовывает подмышки и на грудь. Брыкаться не получается и вообще — апатия напала. Лежу и посматриваю на Кейла сквозь полуопущенное веко. Бегает возле меня, Юль вызвал и попросил ее сменить мне мокрую сорочку. Валяюсь, как тряпичная кукла и даже сказать ничего не могу. Стресс так и проходит?

В комнату вошел еще кто—то. Ощутила это по запаху травы в дождь. Мягкая, ароматная рука убирает пряди с лица...

— Эх, бедовая, говорили же тебе 'не женское это дело', а ты ... — ласковая безобидная рука проводит по щеке, и я тянусь за ее теплом ...

—Па ... — выдыхаю, не осознав, что делаю.

В комнате стало тихо, и лишь слабые запахи 'говорят' мне о людях. Почему—то я остро чувствую все ароматы.

— Она не оплакивала отца, — старческий голос был мягок и ласков. Он будто говорил о природном законе, который запоздал, а я ... ощущаю, как сбегают слезы по щекам.

Нет, я не по Дейрену горевала. О графе я говорила лишь Северину, лишь ему позволила видеть себя настолько слабой и сломленной. Сейчас же во мне боролась душа и тело. Беззащитная оболочка валяется на кровати, а душа хочет отогнать Юль от моих шкафов.