Рассказы Чумы

Глава 53. Встреча в Астрахани

Почти всю дорогу Никита не сомкнул глаз. Прежде приятный, однообразный стук колес теперь будоражил воображение. 

Он вздрагивал при появлении проводников, вздрагивал, если кто-нибудь обращался к нему с вопросом. Ощущение, что вот-вот в вагон зайдут милиционеры, чтобы надеть на его запястья наручники, не покидало юношу. 

Никита думал о матери. Покидая квартиру, парень очень хотел оставить записку родителям. Что, если его изгнание когда-нибудь закончится? Бывший студент уже взял в руки лист бумаги, чтобы начеркать пару строк, когда понял — если он напишет хоть слово, мать точно будет его искать всю оставшуюся жизнь. Вздохнув, Никита убрал и листок, и ручку подальше. Надо привыкать к одиночеству. 

Юноша со злостью посмотрел на портфель. Если бы не проклятый серп, он бы сейчас ужинал пельменями, а завтра бы думал о том, как найти денег на ресторан для Катерины. Теперь у него нет ни Катерины, ни семьи, ни дома. 

Астраханский вокзал встретил его легким пронизывающим ветерком. Здесь все еще было тепло, в отличие от регионов, лежащих севернее. Никита снял шапку и провел ладонью по волосам, приглаживая непослушно торчащие волосы. Теперь следовало снять квартиру, как приказал тот странный человек. При воспоминании о госте его передернуло. Неприятный товарищ — несмотря на всю свою внешнюю холеность и аккуратность. 

С квартирой договорился на удивление быстро. Бабушка на перроне с трогательным объявлением в руках оказалась хваткой хозяйкой однокомнатной. Вначале она подозрительно шевелила седыми бровями, присматриваясь, но потом сдалась, и Никита поехал смотреть жилье. 

Комната как комната, собственно, квартиросъемщик был согласен на любой вариант, но осторожная бабка настояла на своем и отдала ключи только после того, как он показал ей своей студенческий. Иерем ничего не сказал по поводу того, насколько затянется съем, поэтому студент договорился о месяце проживания, отдав хозяйке сразу сорок рублей. Пробурчав что-то вроде «Девок только не води, знаю я вас, охальников», довольная старушка уехала на дачу, оставив Никиту наедине с удачным приобретением в виде ржавого чайника и наглых рыжих тараканов на кухне. 

Новый жилец наскоро помылся в старой пожелтевшей ванне, одел свежую футболку, захваченную с собой из дома, и пошел на кухню — привести чайник в божеский вид и вскипятить воды. В холодильнике обнаружился пакет с пряниками, чей срок годности истек пару недель назад. 

Никита открыл пакет, заглянул, понюхал. На безрыбье и рак рыба — последний раз он ел полтора суток назад, да и то пирожки, купленные на одной из станций, были начинены весьма непонятным фаршем. Решительно взяв упаковку, он захлопнул дверь холодильника. Повернулся, чтобы убрать засвистевший чайник, и чуть не подпрыгнул. У окна на колченогом стуле сидел Иерем. 

Студент мысленно со злости плюнул в сторону появившегося. Мог бы и предупредить, так и инфаркт словить недолго! 

Иерем словно и не заметил гримасы на лице своего подопечного. Молча деловито кивнул на место напротив себя, где стоял табурет, покрашенный голубой краской. 

Никита сел, предварительно убрав взъярившуюся воду, грозившую залить всю кухонную плиту. 

— Сегодня в семь вечера отправишься к кинотеатру «Октябрь», — гость назвал адрес. — Рядом с ним увидишь большое кафе. Закажешь себе чего-нибудь, только без спиртного, и будешь ждать. Примерно минут в двадцать восьмого туда зайдет компания — брюнет, шатен и блондинка. Девушка очень яркая, приметная, обычно носит белый брючной костюм. Таких сейчас мало, поэтому заметишь сразу. 
Они сами подойдут к тебе. Будут спрашивать про серп, не сразу, конечно, чуть погодя. Поломайся для вида, удивись. Расскажи, что нашел его на кладбище. Твоя задача — сдружиться с ними как можно ближе. Ты должен стать одним из них. 

«Кладбище… Одним из них… Вот это влип, что называется, по самое не могу», — пронеслось в голове у парня. Вслух он спросил: 

— А что если они не придут? Или не подойдут? 

— Придут обязательно. Каждый вечер приходят, ровно в это время. Подойдут — серп — это их вещь. Они почувствуют её. Остальное сам поймешь по ходу дела. И да, — произнес Иерем, вставая, — можешь рассказать им про свое первое убийство. 

* * * 
Никита уныло прокручивал в голове слова Иерема, когда время подошло к половине седьмого. Спохватившись, он быстро собрался и вышел из квартиры. «Хоть поем по-человечески», — мелькнула мысль. 

В кафе было людно, однако и пустых столиков хватало. Скворцов выбрал место чуть слева, подальше от входа — чтобы видеть всех желающих перекусить. 

Вот вошла молодая пара — он нежно держит её под локоть, она краснеет, словно весенний тюльпан от тихих комплиментов, сказанных на ушко. Никита невольно вспомнил Катерину, и на душе сразу стало муторно. 
Три мужика-работяги — видать, только после смены, глотнуть пивка. Следом хмурый высокий мужчина с ежиком черных волос и с ним — рыжеватый молодцеватого вида. Одеты хорошо, только у того, кто старше, костюм хоть и дорогой, но видно, что поношенный. Какая-то странная бирка прицеплена на карман. 

Мда, контингент тут весьма разнообразный. 

А вот и те, кого он ждет. Никита посмотрел на наручные часы — рановато, еще только десять минут. Брюнет в черном пиджаке, внимательно смотрящий себе под ноги, шатен с длинными волосами, завязанными назад в хвостик, и ослепительная блондинка с голубыми глазами. Правда, на ней не брючной костюм, а белое короткое платье, еле прикрывающее то место, откуда начинаются длинные, стройные ножки. Ну и что — тот человек не говорил, что она обязательно придет в брюках. Мало ли, почему решила переодеться? 

Владелец серпа настроился ждать, потому немало удивился, когда вошедшие направились сразу прямиком к нему. Нахальный шатен пнул ногой рядом стоящий стул и спросил: 

— Я не понял, ты чего это наше место занял? 

Вот те раз! 

Никита вскочил. 

— Извините, я понятия не имел, что это ваш столик. — Он учтиво задвинул стул, на котором сидел, обратно. — Надеюсь, я не сильно вам помешаю? 

Шатен побагровел и выпучил глаза. Блондинка рядом мерзко 
захихикала. 

«Какие они противные, — подумалось ему. — И девушка смеется как-то неприятно». 

Брюнет сказал, не отрывая взгляда от пола: 

— Так, парень, освободил столик, по-быстрому. Не видишь, серьезные люди пришли. 

Никита остолбенел. Иерем категорически сказал ему «сдружиться как можно ближе». Как сдружиться-то, ёлки, если они его напрямую посылают? 

Он тихо сказал: 

— Вы, может быть, меня неправильно поняли… 

— Это ты нас, похоже, неправильно понимаешь. — Брюнет наконец поднял на него глаза. Цепко заглянул внутрь, выворачивая наизнанку. — Пшел отсюда. 

Хмурый, сидевший в углу возле дверей, внимательно следил за разгорающимся конфликтом. Рыжий держал в руке бутылку с пивом. Официантка отчего-то не замечала их, каждый раз старательно обходя пустой столик. 

* * * 
Брань спросил у Глада: 

— Может, вмешаемся? 

Напарник отмахнулся: 

— Погоди. Надо посмотреть, что это за парень. Мне интересно, воспользуется ли он серпом. И почему эти трое его видят, если он хранит у себя артефакт? 

— Тебе виднее, — Брань сделал глоток. — Смотри, как бы поздно не было. 

— Ты решил подменить сегодня Чуму? — засмеялся Глад. — Заступаешься за всех. 

Всадник сделал кислое лицо: 
— Очень жаль, что она сегодня не с нами. 

— Это точно, — протянул собеседник. — Ничего, в следующий раз умнее будет, не полезет вперед. 

Глад был так поглощен разворачивающейся перед ними сценой, что не заметил, как Брань злобно посмотрел на него. А затем, как ни в чем не бывало, сказал: 

— Похоже, они его сейчас бить будут. 

— Тихо ты! — шикнул Глад. — Подожди! 

Брань пожал плечами и сделал еще глоток пива. Шатен схватил со стола стеклянный графин и выплеснул воду на парня. Никита побледнел, и рука его инстинктивно потянулась к портфелю.