Раздвоение личности

Размер шрифта: - +

16. ...

Локтев жил в старой панельной многоэтажке, правда, квартира у него была большая - две, перестроенные в одну. Летом здесь бегала толпа внуков, теперь было тихо.

В комнате старика шкафы с книгами подпирали потолок, на столе мигал включенный компьютер. Дверь сюда всегда плотно прикрывалась, и никто здесь не бегал.

-Ты ведь сначала не сказал фамилию, - улыбнулся Локтев виновато. - Сказал только - подруга тещи. Жаль, что я так небрежно к этому отнесся. Я ее не узнал, потому что видел когда-то мельком, и все. Почти тридцать лет назад. Не вспомнил. Я ведь в основном с мужем дело имел. Но фамилию помню очень хорошо.

Локтев потянулся к клавиатуре компьютера.

-Вот, смотри, Иван Константиныч.

На экране появилась картинка. Портрет молодого человека в затейливой, украшенной какими-то чересчур крупными камнями раме.

-Увеличенное изображение? - догадался Иван.

-Конечно, - кивнул Локтев. - Это что-то вроде кулона. Миниатюра в оправе. Вот, смотри дальше.

Появилась следующая картинка, потом следующая. Молодая девушка, ребенок, женский портрет, снова ребенок, разные рамки и разные камни.

-Тут их больше пятидесяти. Сплошь раритеты, с четырнадцатого по девятнадцатый век. Впрочем, к девятнадцатому мода на такие вещички почти прошла. Видишь, у всех - ушки, чтобы носить, на ленте. Это собрание хранится во Франции, частная собственность. Его цена? Полтора миллиона евро, приблизительно. Может, уже и больше. Теперь вот на это взгляни! - Локтев подвинул к нему что-то, завернутое в бумажку.

Иван осторожно развернул. Маленький, с пятирублевую монету, портрет в оправе, усыпанной множеством мелких камешков, зеленых и красных. Только смотрелось это не так роскошно, как на экране. Живописное изображение казалось тусклым, местами облупилось, камни не сверкали и не украшали, сама оправа, золотая...

Золотая? Он потер ее пальцем. Да ничего подобного.

-Можно лупу?

Локтев тут же вытащил из ящика увеличительное стекло в складном футляре, подвинул.

-На. Это первое, что сделал и я тоже. Схватил лупу. Впрочем, ты уже верно все понял. Камни там стекло, живопись никакая, золото самоварное. Я проверял. Впрочем, сплав такой - почистишь, и будет красиво, будет блестеть, как старое золото. Но быстро окисляется, темнеет. Ваня, ты слышал про коллекцию грека Каламбики?

-Нет. Откуда?

-Понятно. Это тебе не яйца Фаберже. Так вот, Ваня, все эти фотографии - часть коллекции Каламбики, вывезенная из России в семнадцатом году. И нынешний владелец, разумеется, пополнил собрание...

-А это что такое? - Иван вертел в пальцах поделку из "самоварного золота". - И, главное, Хижанские тут при чем?

-А вот об этом я тебе сейчас и расскажу. Слушай. Это случилось около тридцати лет тому назад. Ты же помнишь, я в том маленьком комиссионном работал, на площади, где обувной сейчас? И на меня люди выходили через друзей и знакомых, притаскивали разные бабушкины ложки, и все такое - дескать, нельзя ли продать не через магазин, а подороже? - Локтев засмеялся. - Так вот. Однажды, вот так же, пришел мужчина, по фамилии Хижанский, и принес эту самую вещичку показать. Объяснил - сын разбил крышку от старой шкатулки, и они там были, в крышке, двенадцать штук, каждая завернута в пергамент, и еще они залиты были чем-то, похожим на мыло. Они решили было, что это какие-то ценности великие. Ну, я сразу объяснил, что нет, не ценности. Он не поверил, понес к ювелиру, тот ему то же сказал, он опять ко мне вернулся. Все не мог поверить, что это дешевка, никому не нужная. Как же, так спрятано было! Я попросил одну штуку мне оставить, потому что самому стало интересно, что это может быть. Двенадцать подвесок, все разные. Поспрашивал кое-кого, но ничего не узнал. Так мы и расстались. А безделушку он мне подарил. Уже позже я узнал про коллекцию Каламбики, и понял, что это - оттуда. Точнее, грубая подделка вещи из коллекции. А диск мне подарили лет пять назад, привезли из Парижа. Я заинтересовался такими вещами с тех пор...

-Она здесь есть, эта вещь? - Иван показал на монитор, с которого продолжала смотреть некая девушка в голубом, окруженная змейкой с голубыми сапфировыми глазками.

-Нет, - покачал головой Локтев. - Она - в списке вещей, которые утеряны. В конце есть такой список, там каждая вещь описана очень подробно, что изображено, вес, какие камни. Там двенадцать пунктов.

-Так, - Иван потер лоб. - Подделки потерянных драгоценностей? Если все двенадцать - подделки, зачем их прятать так, словно они настоящие?

Локтев рассмеялся.

-Вот это самое интересное. Мы можем только предполагать. Например, тот, кто прятал, заблуждался. Или кого-то хотели обмануть. Повторяю, все, что угодно.

Он встал, походил по комнате взад-вперед. Иван молча ждал.

-Вот я и подумал, Иван Константинович, может, нынешние неприятности Хижанских как-то связаны с тем, что когда-то у них в доме обнаружились поддельные драгоценности, спрятанные так, будто они настоящие?

-Откуда, вообще, это могло у них оказаться?

-Ну, как же. Именно Хижанские и вывезли за границу коллекцию в семнадцатом. Нет, не эти Хижанские, другие, их родственники, - Локтев улыбнулся, и довольно посмотрел на Ивана.

-Тот Хижанский, который приходил ко мне, довольно смутно представлял себе, откуда шкатулка. Сказал - от его отца осталась. Во время войны чуть не потерялась, во время переездов, однако добрые люди сохранили вещи... Я сейчас больше него знаю. Всю информацию, кстати, я тоже собрал недавно - сейчас это проще, раньше у меня не было возможностей. Это все история, конечно. История коллекции Каламбики, и история Хижанских...

-Я слушаю, дядя Игорь.

-Так, значит. Каламбики - это было богатое греческое семейство, промышленники и судовладельцы, и меценаты, между прочим. Глава семейства собирал коллекцию драгоценных миниатюр, и вообще, произведениями ювелирного искусства очень интересовался. Хижанские - тоже богатые промышленники были, несколько обувных фабрик имели, и еще модные магазины. В семье было два сына, Стефан и Виктор. Как в сказке, старший - умный, радовал родителей, а вот младший увлекся идеями революции, тогда это было популярно, ты в школе историю учил, должен помнить. Так вот, о деталях, повторяю, можем только догадываться, но доподлинно известно, что часть коллекции миниатюр, и а именно двадцать три предмета, была передана Каламбики Хижанскому в счет уплаты карточного долга, на это была составлена расписка с очень подробным перечнем переданных драгоценностей.



Наталья Сапункова

Отредактировано: 19.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: