Разные точки зрения

Размер шрифта: - +

Исаэль Корда. Императрица.

 

 

Исаэль Корда. Немножко о жутко гениальном плане.

 

Исаэль Корда, императрица двадцати пяти лет отроду, наматывала круги вокруг ни в чем не повинного дерева. Рядом на травке сидели начальник охраны представительства, парочка телохранительниц, одна придворная дама, считавшаяся лучшей подругой, и трое офицеров, делавших виноватый вид и пытавшихся скрыть зевоту. Императрица на миг застыла, развернулась и побрела в обратном направлении. Сидевшие на травке переглянулись и дружно испустили печальный вздох. Императрица опять застыла, прижала палец к виску и пафосно изрекла:

— Но почему он так со мной поступает? Он! Я же попросила прощения.

Сидящие зашумели, невнятно бормоча слова утешения.

— Мелкий ублюдок, — добавила страстно. — Что я в нем нашла? Он на голову ниже меня. Пьет всякую дрянь, как какой-то бродяга. Плюет на этикет. Жутко одевается.

Дальше пришлось замолчать. С ходу она больше недостатков припомнить не смогла, а придумать заранее не озаботилась.

— И умнее тебя примерно в два миллиона раз, — поспешила заполнить возникшую паузу подруга, попытавшись добавить на лицо скорби.

— Умнее, — не стала спорить императрица. Разыгрываемый спектакль у нее уже поперек горла стоял, а когда он закончится неизвестно. — Интересно, такими рождаются или становятся? А если становятся, то как?

— Да не переживай ты, — отмахнулась подруга, сегодня ей щадить чувства императрицы не хотелось и мысли были забиты под завязку совсем другими вещами. Она уже жалела, что согласилась на эту роль. Не любила терять время. — Ты умная. Просто, такие как он, величайшая редкость. Но перед тобой даже он не устоял. Значит не все потеряно.

Произнесено все было столь равнодушным тоном, что даже офицеры отвлеклись от борьбы с зевотой и изумленно на нее посмотрели.

Спектакль «Страдания гордой самодурки» давно перерос во что-то совершенно неубедительное и довольно бредовое. Настолько неубедительное и бредовое, что заподозрить актеров в игре вряд ли кто-то бы смог. Актеры обычно играют лучше, если, конечно не хотят быть освистанными. Разумные люди скорее решат, что императрица давно успела достать подданных своими выходками и те таким образом ей мстят, чем заподозрят, что страдания и истерики изначально служили дымовой завесой для одного излишне самоуверенного мальчишки.

— И он такой гордый, — вспомнила о главном недостатке Исаэль и тоже села на травку.

— Надоело мне здесь сидеть, — торжественно обратился к чахлому цветку один из скучающих офицеров, заметив свесившуюся из окна фигуру одетую в нечто ярко-желтого цвета.

— Да! — почти хором поддержали его начинание все остальные.

Искренне так. Точно достала бедных придворных.

— Пошли в дом, — скорбно предложила Исаэль ни на секунду не забывая о своей роли.

В данный момент ее интересовало только одно. Неужели те странные личности, которые нашпиговали представительство древними подслушивающими устройствами, в серьез верили, что никто их не найдет? Наивные.

Устраивать истерики по поводу сбежавшего любимого ей давно надоело и все чаще посещала мысль послать Стаса куда подальше вместе его гениальными идеями. Вот сам бы попробовал изображать коронованного дурака. Если еще окажется, что никто кроме долговязого эльфа не поверил в безудержную страсть… О, лучше бы они поверили, иначе коронованная дурочка вернется к плану А, пригонит к вилаж тяжелую артиллерию и разнесет их планеты вместе с обитателями в мелкую пыль. Плевать на последствия. С последствиями будет разбираться не она, да и выживание ее народа важнее выживания кучки вороватых торговцев.

Интересно, кто додумался сказать торгашам, что они величайшая из человеческих цивилизаций, поэтому все их поступки простят и забудут? Неужели сами додумались? Но ведь повод должен же быть.

Девушка в желтом платье встретила императрицу с компанией у входа, мертвой хваткой вцепилась в рукав одного из офицеров и поволокла его к лифту. Остальные недоуменно переглянулись и пошли следом.

— Нашли, — предельно счастливым голосом сообщила девушка, когда лифт вошел в свободную от подслушек зону.

Свободной зоной оказались кухня, подвал и чердак, что еще раз подтверждало тупость любителей слушать чужие разговоры. Похоже, они всерьез верили в то, что аристократы в эти части дома не заходят, и что среди людей, приближенных к правительнице, не может быть никого помимо аристократов. Заходят. Тащат из холодильников еду в неурочное время, измываются над продуктами, пытаясь создать очередной шедевр кулинарного искусства, и лично заказывают повару свои любимые блюда. Традиция. По подвалам ходят любители острых ощущений, любители вина, любители собирать пыль и прочие странные личности, вплоть до тех, кто ежегодно пытается улучшить систему защиты и избавить мир от крыс. А на чердаке легко можно найти романтиков, считавших чердаки самым спокойным местом в этой вселенной. Они перетряхивают хлам, который всегда можно найти на любом чердаке, в поисках чего-то оригинального и старинного, любуются звездами и пишут стихи. Тоже традиция.



Таня Гуркало

Отредактировано: 01.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться