Разрывая сердце

Глава 42 часть 3

Мне как-то резко стало холодно и одиноко. Я сильнее укуталась в плед, сев в кресло. Господи, что же мне делать дальше? Домой он меня не отпускает, к Андрею и подавно. Можно, конечно, встать в позу и потребовать свободу, но что кривить душой - я этого не хочу, да и Надюшка тоже. Я прямо чувствую, что рядом с ним мы обе счастливы, пусть и таким корявым образом. Меня словно магнитом тянет к нему, но жить в гареме я тоже не собираюсь. Ох, и как я так вляпалась? Мне надо подумать. Я вышла обратно в гостиную, Сергей был на балконе, работал с боксерской грушей.

- Сережа, - окликнула я его, он обернулся. – Раз уж ты убежден, что ради нашей безопасности, мы должны быть рядом, объясни мне, как мы будем жить? Ты ведь не думаешь, что я и дальше буду спать с тобой в одной кровати и жить вместе с твоей женщиной в одной квартире, делая вид, что все отлично? Мне нужен свой угол. Мне и дочери, - да, мне все еще было обидно и противно от одной мыли о рубашке, перепачканной в губной помаде. И пусть Сергей не оставил ее напоказ, а кинул в корзину с грязным бельем, но он не скрывал это от меня. У него есть другая женщина, и мне придется смириться с этим. Я это понимаю, осознаю, но от этого мне не легче. Да, я поступила с ним как последняя сука, скрыв от него беременность и возможность отцовства, но мне тоже больно. Очень. Адски.

- Я уже занимаюсь этим, не переживай, - ответил Сергей без эмоционально и сухо.

- Отлично. И мне все-таки нужно съездить домой, - добавила я.

- Зачем? - спросил нахмурившись.

- Мне нужны мои вещи, - тут же нашлась, что ответить.

- Не смеши меня, через пару недель тебе все они будут малы, лучше сразу купить здесь новые, - отрезал Быстров.

- У меня куча дел осталась по работе...

- Ты прекрасно знаешь, что можешь и удаленно решить все проблемы и дела, не прибедняйся, я знаю, какой ты работник. Не убедила, - снова отрезал.

- Мои родители будут волноваться, я на пару дней уехала, и вот, пропала...

- Позвони им, делов-то! Придумаешь что-нибудь, немаленькая ведь! – ухмыльнулся в ответ.

- Как? Ты забрал мой мобильный! И запер тут! - возмутилась я.

- Твой телефон лежит в спальне на тумбочке. Заряжен полностью. Что-то еще?

- Там остался Кинг, я не могу его бросить... – мой последний аргумент.

- Да, о нем я не подумал. Ладно, что-нибудь придумаем, - сказал и уже было отвернулся обратно к груше, как неожиданно Надюшка толкнула меня, и я ойкнула, обняв руками живот.

- Что такое? - Сергей в два шага оказался рядом с испуганным видом.

- Ничего страшного, футболистка проснулась, - улыбаясь ответила я, поглаживая живот.

- Можно? - Сергей протянул правую руку к животу, но задержал ее, не задевая, в ожидании разрешения.

- Конечно, - улыбнулась я, убирая мои руки. Как только Сергей прикоснулся рукой, Надюшка толкнула его, будто "дала ему пять", приветствуя. Блаженная улыбка растянулась на лице Быстрова.

- Непередаваемые ощущения, - с восторгом сказал он, держа руку на животе и слегка поглаживая, словно это шар хрустальный. 

- Уж точно, особенно изнутри, - согласилась я, наблюдая, как только что хмурый и строгий Быстров таял на глазах от прикосновения к дочери. Да, я практически уверена, что Надюшка - его дочь, их связь так отчетливо ощущается, что иначе и быть не может. - Сереж, почему ты решил догнать нас вчера? Ты не поверил Андрею?

- Андрею-то я как раз поверил, он был очень убедителен в своей лжи. Я думаю, что он даже верил в то, что говорил. Он правда любит тебя, Кристина, - ответил Быстров, не отрывая руки от моего живота.

- Тогда почему ты поехал за нами? - удивлялась я.

- Я встретил Дениса, и по нашему разговору я понял, что он против вашей свадьбы. На мой взгляд, единственная причина этого могла быть в том, что Андрей не отец ребенка. И я оказался прав, - Надюшка снова толкнулась, а Быстров улыбнулся и неожиданно обнял меня своими ручищами, привлекая ближе, он нежно целует в волосы и щепчет: - Спасибо тебе за это счастье... За возможность быть рядом в такие моменты, это - настоящее чудо, - от его слов у меня перехватывает дыхание, а слезы предательски скатываются по моим щекам. Господи, я готова все отдать за эти слова, за эту близость с ним! Я прижимаюсь к нему, стараясь прикоснуться каждой клеточкой, записывая себе на подкорку каждое мгновение, чтобы доставать его из памяти, сидя в старости, рассказывая внукам о наших самых счастливых моментах... Я стою, обняв его за талию, а он гладит мои волосы так ласково, так нежно, что я взлетаю куда-то в небеса. И пусть у него есть другая, пошла она к черту, сейчас он только наш! Мой и Надюшин! Сейчас есть только мы трое!