Развязавшийся шнурок

Размер шрифта: - +

Развязавшийся шнурок

Как это ни печально, но я мало что могу рассказать о Шерлоке Холмсе, о его жизни вне расследований. Всё, что я мог поведать о своём друге, я уже написал ранее, но мне очень хотелось довести до читателей мысль о том, что Холмс был не только непревзойдённым сыщиком, но и очень многогранным талантливым человеком. И такой случай мне представился примерно через год после гибели Холмса на Рейхенбахском водопаде.

Разбирая свои записи, я наткнулся на одну, довольно любопытную. Она не касалась никакого расследования и прекрасно дополняла портрет моего дорогого друга, который до этого был, по моему скромному мнению, лишь небрежным эскизом.

Дело было осенью тысяча восемьсот восемьдесят восьмого, вскоре после того, как я женился на милой Мэри Морстен. Однажды вечером, прогуливаясь по улицам Лондона, по которым соскучился за время свадебного путешествия, я решил посетить Бейкер-Стрит. Насколько я знал, дела у Холмса шли прекрасно и он особо не нуждался во мне, позволяя мне переболеть, как он её называл, «любовной горячкой».

Но всё же я очень грустил по нашим приключениям и, оказавшись неподалёку от дома 221б по Бейкер-Стрит, не преминул заглянуть. Сердечно поздоровавшись с миссис Хадсон, я поднялся в гостиную, где нашёл Холмса в компании темноволосого мужчины средних лет.

Только увидев его, я сразу обратил внимание на украшавшие лицо этого мужчины многочисленные гематомы, но постарался не подать виду и поздоровался с Холмсом. В ответ на моё приветствие тот кивнул и указал на кресло, приглашая присесть, что я с удовольствием и сделал — нога довольно сильно реагировала на продолжительную ходьбу и промозглую сырость.

Дождавшись, когда я наконец устроюсь поудобнее, Шерлок обратился ко мне:

— Здравствуйте, мой дорогой Ватсон. Как прошло ваше свадебное путешествие?

— Прекрасно, Холмс. Но вынужден признать, я соскучился по Лондону и вам.

— Это очень приятно слышать. Думаю, вы уже обратили внимание на моего гостя, не так ли? Позвольте представить — это мистер М. Мистер М, это мой добрый друг, знаток медицины и верный товарищ во многих моих расследованиях, доктор Джон Хэмиш Ватсон.

Мистер М поднялся с некоторым трудом, что не укрылось от моего внимательного взгляда, из своего кресла, учтиво поклонился и пожал мне руку.

— Можете звать меня Чарли. Думаю, вся эта конспирация бессмысленна, — сказал он со слегка скованной улыбкой.

Усаживаясь обратно в кресло, я обратился с вопросом, который просился ещё с того момента, как я переступил порог гостиной:

— Холмс, у вас новое дело?

— О, нет. Я уже неделю сижу без дела, — горько усмехнулся Холмс.

— Но как же…

— Нет, нет и нет, — перебил меня Холмс. — Я хвалю вашу наблюдательность, доктор Ватсон, но выводы вы сделали неверные. Гематомы моего гостя, на которые вы не преминули обратить внимание, никак не относятся к какому-либо расследованию. Его у меня сейчас и нет. Свои раны мистер М получил незадолго до того, как оказаться во французской тюрьме, откуда я его освободил за довольно крупную сумму.

— Так вы преступник? — вскочил я с кресла, нащупывая во внутреннем кармане сюртука револьвер.

— Успокойтесь, мой дорогой друг, и сядьте, — неожиданно засмеялся Холмс. — Вы забыли свой револьвер в ящике прикроватной тумбочки в спальне. А мистер М действительно преступник, но только по французским законам.

— Поясните, Холмс, что вы имеете в виду? — удивлённо спросил я, вновь усаживаясь в возмущённо заскрипевшее кресло.

— Это довольно просто, Ватсон. Мистер М — боксёр, а во Франции боксёрские поединки запрещены.

— И с кем же у вас состоялся поединок, мистер М? — поинтересовался я, повернувшись к мужчине. — Судя по количеству травм, это был довольно тяжёлый бой.

— Его противником был Джон Салливан. Для мистера М это была уже вторая встреча с этим американцем, — ответил мне Холмс.

— О, сочувствую вам, — произнёс я, обращаясь к мистеру М, или Чарли, как он сам попросил себя называть.

Хоть я и не был особым поклонником бокса, но имя Джона Салливана было у всех на слуху. На тот момент он был чемпионом мира и считался непобедимым.

— И в чём же? — усмехнулся Холмс, прервав мои размышления.

— Но как же, Холмс, ваш гость встречался с самим Джоном Салливаном! Не мудрено, что тот его так отделал! — воскликнул я.

— О, мой дорогой друг, смею вас заверить, что сочувствие сейчас нужно именно Салливану, а не моему гостю. И немудрено, ведь американец покинул ринг, пожалуй, в несколько худшем состоянии, чем мистер М. Хотя судьи всё же засчитали ничью, — спокойно произнёс Холмс. — Как я уже говорил, это была уже вторая встреча на ринге нашего гостя с великим Салливаном. И не премину заметить, что в их первый бой мистер М нокаутировал Салливана уже в первом раунде.

— Постойте, постойте, — взмахнул рукой я, поворачиваясь к гостю. — Так вы Чарльз Уотсон Митчелл?



Митроха

Отредактировано: 18.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться