Рецепт горького счастья

Глава 12.

Щёлкнул позвонок,
Уплывает кресло.
Полрывка…
Рывок…
Не вырваться из бездны,
Не увидеть дна.
В выступ не вцепиться,
Жаль, но как всегда,
Что-нибудь случится.

Закрыв глаза, уставшие смотреть
На этот мир,
Такой земной и пресный,
Я заставлял себя его любить —
Не получалось…
Я был слишком трезвый.
А. Крыса

— Вы сговорились сегодня?! — рявкнул в трубку Байо, даже не глядя на дисплей. — Обрывать мне телефон вам всем приспичило!

— Не ори, — тут же осадил его голос Элоизы. — Ты свободен?

— Нет, я занят! Слышишь?! Мне сейчас точно не до тебя!

— Очень смешно, истерик, — Элоиза говорила почти спокойно, что и подействовало на Байо. — Приезжай сегодня ко мне. Есть, что обсудить.

— Лиз, прости, но это не подождёт?

— Нет, не подождёт, — сразу оборвала Элоиза. — И будь, пожалуйста, максимально адекватен, Байо. Договорились?

Франсуа оторвал трубку от уха, заткнул динамик выматерился сквозь зубы.

— Так. По порядку, — Байо быстро поймал такси, диктуя водителю адрес. — У меня мало времени. Если это очередная постановочная комедия, то не советую связываться, Лиз. Мне и без тебя хватает представлений. Поверь.

— Охотно верю, — она и не пыталась кривляться. — У меня теперь, как выяснилось, тоже времени немного.

— Мигрень перешла в стадию ПМС?

— Это было бы большим счастьем, — сказала в трубку Элоиза. — Ты правда сильно занят?

— Ты думаешь, что я штуки шучу?!

— Ну да, — воцарилась недолгая пауза. — Ты ведь не пил с утра?

— Пил, — усмехнулся Байо. — Ты опоздала с предложением накидаться.

— Посмотрим, как сложится разговор, — теперь в голосе Элоизы сквозила ядовитая усмешка. — Может, ты ещё и нарушишь свой закон не похмеляться.

— Считай, что заинтриговала…

— Как там Мотька с Бенькой? — спросила Элоиза с волнением.

— Всё в порядке, скучают только по тебе, — ответил Байо. — Я нашёл им временную… сиделку.

— С опытом хоть?

— Не волнуйся — пытать их не будет. Едой, если только. — Байо чуть не засмеялся, но вовремя понял, что не до веселья. — Чего-чего, а вот аппетита у них не отнять.

— Все в тебя, — буркнула Элоиза. — Знаешь, порой вспоминаю, как мы их делали, и хочется кого-нибудь убить. Четыре года уже прошло. И если сейчас оглянуться, то… словно из другой жизни.

— Да, ты больше не примеряешь на себя медицинский халат, — вздохнул Байо. — Ты теперь вообще без одежды щеголяешь практически. Бикини и шпильки — гардероб универсальный. На все случаи жизни.

— А что было делать?! — снова начала заводиться Элоиза. — Ты испарился в неизвестном направлении, а в этой сраной клинике даже пациентам с кучей нулей на счету не могли помочь. Что уж обо мне говорить. И вообще, каждый вертится, как может…

Чем хорош маленький городок, так это тем, что все друг друга знают. Это может помочь в определенной ситуации. Байо прекрасно знал, что в городской больнице, а именно в хирургическом отделении по ночам меньше всего интересуются, кто, к кому и зачем приходит. Может быть это и странно, но факт есть факт — врачи редко беспокоились за жизни своих больных, особенно за тех, кто страдал, скажем, гастритом.

Когда он в первый раз пришёл туда, то в медицинских картах не мог обнаружить ни одного пациента с инфарктом. Отделение почти постоянно было заполнено любыми другими больными, но только не теми, кому и правда требовалась помощь! Ничего удивительного в этом не было. Байо когда-то давно хотел стать врачом, но потом резко передумал. Просто он слишком хорошо знал, что это адский низкооплачиваемый труд с постоянно нервотрёпкой и полным отсутствием личной жизни.

Нет, конечно, для него было сделано исключение. Байо бесшумно вошёл в белые пластиковые двери с табличкой: «Заведующая отделением Лантен Э.» Просторный кабинет с двумя большими окнами, плотно занавешенными коричневыми занавесками, гармонирующими с кожаным диваном. У одного окна стоял стол. Скорее всего, из дуба. Байо, страсть как, заводила его слегка шершавая поверхность, блестевшая в моменты близости от смазки. Байо сглотнул, предвкушая приятную ночь.

— Здравствуйте, — из-за ширмы, стоящей в углу, вышла молодая высокая блондинка в белоснежном халате, доходящем лишь до бедер. — На что жалуетесь?

— На сердце, — Франсуа закрыл дверь на ключ, чуть кивнув любовнице. — На сердце жалуюсь, доктор…

— Неужели? — Лантен улыбнулась ему и подошла ближе. — Сильно беспокоит?

— Сильно, — он смотрел ей прямо в глаза. Дыхание участилось. — Сегодня весь день не мог успокоиться.

— Начнем с апперитива? — её губы коснулись его шеи.

— Нет, с десерта! — Байо, скидывая с себя куртку, приподнял её над полом и в два больших шага преодолел расстояние между дверьми и столом. Элоиза хорошо изучила его тактику и не сопротивлялась. И вот он уже с неистовой страстью задрал халат (если тот кусок ткани вообще можно таковым считать), и раздвинул ей ноги. — Я надеюсь на вас, доктор…

На пол полетели папки с историями болезней и письменные принадлежности. Лантен рисковала сломать ногти о деревянную поверхность, каждый раз при проникновении члена пытаясь ухватиться за столешницу. Почему для занятий сексом они выбрали именно стол? Офисный стиль. Никаких обязательств и неудобств. Быстрый секс и приятное послевкусие от короткой встречи. Им это нравилось.