Рецепт горького счастья

Глава 18.

Темы, что давно набили оскомину,
А ведь так старался быть с ней особенным.
Каждый ищет здесь получше условия.
Быт вряд ли фору даст, время ускорилось.
Зашиваю струной прорези в коконе.
Сны звучали одинокими нотами,
Где-то в облаке за тремя паролями.
Наши фото навсегда похоронены.
Избалованные взглядами профили.
Замусолены, затерты, растоптаны.
Тихим шёпотом, секретными кодами.
Для фоловеров нагорная проповедь.
По дороге от подножья до пропасти.
Через комплексы на встречную полосу,
В область печени, прикормленным вороном,
В соответствии с новыми нормами.

Пой со мной,
Беги любой ценой.
На звуки голоса,
Одним из способов.

Аккумулятор на нуле.
Я понял, ты мой амулет.
Ищу тебя в толпе людей век.
Спускаясь в метрополитен.
Мимо дешевых варьете.
Где главной целью ставят бить в тренд.
Забытый запах сигарет.
Ты всё узнаешь из газет
И снимков тех, что полетят в сеть.
Драму оставим на десерт.
Дай мне блеснуть в одной из сцен.
Уверен, это будет успех.
Успел влезть в вагон, или следующий ждёшь.
Снова ложь фоном.
Сплошь мода, аж тошно, но нож к горлу.
Как кошка трёшься, но уйдешь, пока сплю.
Да тебе нужен люкс, а не груды кастрюль…
(KREC feat. Елена Темникова)

Антуан Эго никогда не считал себя вуайеристом, то есть тем, кто получает сексуальное удовлетворение, подглядывая за чужим половым актом, но слишком уж пикантной была ситуация, что он наблюдал в своей спальне.

Есть ли у секса запах? Да. Ещё какой.

Едва подойдя к распахнутым дверям, Антуан ощутил весь насыщенный «букет» этого действа. Воздух, казалось, превратился в одну липкую и тяжелую массу, отдающую мужским потом и еле уловимыми нотками женских приторно-сладких духов. Стоны становились все более громкими. Антуан сжал кулаки, прислонившись спиной к косяку.

Мерзко. Отвратительно. И больно.

Эго обладал, можно сказать, музыкальным слухом и звуки, вылетающие из его комнаты, все больше резали по ушам. Поборов в себе последние попытки уйти, Эго все же решился поднять глаза, но то, что он увидел, лишь добавило отвращения. Незнакомый ему мужик лежал на спине, раскинув руки в стороны, ладони которых до побеления костяшек сжимали матрас. Глаза его были закрыты, а дыхание то и дело сбивалось. Над ним нависала женщина. Ну как — над ним, скорее, над его пахом.

Эго не составило труда догадаться, что именно она делает.

Голова Люси ритмично двигалась вверх-вниз, её наманикюренные длинные пальцы впивались в обнаженные мужские бёдра и оставляли за собой красные следы. Эго порадовался тому, что светлые её волосы были длинными и распущенными — в противном случае было бы видно всё то, о чем обычно молчат. У всех разное отношение к оральному сексу. Например, Антуан относился к нему довольно предвзято… Всё-таки чужие гениталии и собственный рот — не самое удачное сочетание. Хотя, чего уж там скрывать — ощущения от их соприкосновений просто непередаваемо хороши.

Не успел мужчина подумать о том, как противно это делать, случилось то самое неприятное, что только может быть. Мужчина отпустил матрас и теперь взялся за затылок Люси, надавливая на него, вынуждая девушку заглатывать член полностью. Затем он приподнялся и почти сел, пытаясь встретиться с ней глазами, и откинул мешавшие и ей, и ему волосы, открывая тем самым обзор невольному наблюдателю. Губы Люси блестели, но не от помады, а от слюны, которой она активно увлажняла твердый, с вздувшимися венками орган.

Голова движется вверх и совершает несколько круговых движений, задерживаясь на чувствительной части, затем ныряет вниз, и кончик носа касается нижней части живота, наверняка, ощущая терпкий запах, исходящий от тела. Ещё чуть-чуть, и финал. Судя по тому, как начал подёргиваться и мычать сквозь стиснутые зубы мужчина, оргазм был близок. Люси выпустила изо рта член практически в последнюю секунду. Он коротко вскрикнул, расслабленно рухнув обратно на спину, и тугая струя спермы все-таки оставила след на подбородке Люси…

Антуан больше не смог. Он отвернулся. Почему-то вместо возбуждения он испытывал странную ноющую боль в области сердца. Эго понял, что нельзя себя выдать. Однако он бы с удовольствием объявил парочке о своем присутствии, чтоб им жизнь медом не казалась… Мужчина отошел от спальни и тихо вошёл в свой рабочий домашний кабинет. Он не стал включать свет, а просто ничком упал на диван и забылся тревожным полуденным сном.

Тот день и сцена интимного содержания надолго засели в голове критика. Он много раз спрашивал себя «почему» и не находил ответа. Находил, но не хотел себе признаться, что попросту влюбился как молоденький и амбициозный юноша, желающий пышногрудую куртизанку. Эго не хотел от жизни плотских удовольствий, не ждал, томно вздыхая, свою единственную и никогда не придавал значения слову «любовь». «Секс — это ещё не любовь. Ничто на свете ещё не любовь, если ты не окончательно помешавшийся маразматик», — считал Антуан. Убеждения критика всегда были подкреплены жизненным опытом. Он неспроста разочаровался в женщинах и в любых отношениях с ними.

Прагматизм, выдержка и целеустремленность — вот три составляющие успеха, которые от природы даны были лишь сильнейшему. Мужчине. Для чего создавались женщины? Только для продолжения рода, но никак не для того, чтобы управлять мужчинами. Именно это он пытался внушить каждому нормальному в кругу его общения мужику. Губит людей не водка, губит людей… страсть! Да, именно страсть. Что движет человеком во время совершения полового акта? Инстинкт. А что отличает человека от животного? Разум. А если чертов низкий инстинкт заслоняет разум? Верно. Человек становится животным. Хуже быть ничего и не может. Наверное, глупая теория, но Эго свято верил в возможности человеческого ума. Он верил лишь в то, что способно привести к успеху. Успешный — есть сильный. Силу уважают, потому что боятся последствий её применения. Правда, и сила бывает разной.