Ремесло Теней: Игла Дживана

Глава 10. Смерть хранительницы

В отель возвращались в полном молчании. Занди приказал одному из своих персональных гвардейцев доставить нас обратно. Его приметный флаер мчался по меройским улочкам с неожиданной для себя скоростью. Было даже несколько странно, что по дороге мы так никого и не сшибли. Но об этом я подумал только краем сознания, поскольку основную его часть занимали мысли о результате слишком тесного общения с Измой. Ни граф, ни его слова, ни, даже, заново прояснившиеся мотивы Аверре меня сейчас не трогали так, как то, что я выяснил о своей матери.

Во-первых, это был шок. Едва ли я мог предположить, что встреча с мамой, пусть даже посредством чужой памяти, так на меня повлияет. Бессмысленно уставившись в окно, не замечая ничего за ним, я только и мог, что пытаться совладать с ознобом, который раз за разом прошибал меня, стоило лишь вспомнить момент, когда она появилась… Искоса поглядев на сидящего рядом наставника, я все еще злился на него за то, что помешал мне проникнуть в видение глубже.

Он сказал, Изма едва не умер, но… и в этот момент я себя немного презирал, вероятная смерть прислуги меня почти не трогала. Будь я уверен, что его память прольет хоть немного света на загадку исчезновения мамы… что ж, я бы, наверное, убил ради этого.

Но мне этого совершить не дали и вот результат: обессиленный и злой, плетусь в отель, а вопросов в голове в тысячу раз больше, чем было раньше. Что она изучала? Для чего это было нужно? Какую роль во всем этом играл Аверре? И почему они пользовались таким безграничным расположением его светлости Занди? Ответы на них уже могли быть у меня на руках, но возможность упущена и теперь неизвестно, когда представится снова.

А еще мне было интересно, понимает ли Аверре, чего в итоге это ему может стоить?

Я снова бросил на него украдкой взгляд. С мрачным выражением задумчивости, он пробовал на вкус какие-то решения, впервые забыв надеть свою каменную маску непроницаемости. Хотя, даже, несмотря на это, рисковать и пытаться лезть к нему в голову я не решился и единственное, что мог: предполагать.

Сказать с уверенностью, что для него стала откровением моя способность так легко проникать в чужую память, я не мог, но готов был дать палец на отсечение, что впредь не учитывать её он не станет. За совсем недолгий период нашего знакомства, я успел понять, что Аверре едва ли обратит внимание на то, в чем не видит личной выгоды, а моя неожиданная выходка могла грозить ему немалыми проблемами в случае невнимания.

Я задавался вопросом: станет ли он предпринимать попытки ограничить меня или же попытается каким-то образом развить и закрепить этот навык, если сумеет?..

– Что? – Вопрос прозвучал для меня неожиданно и резко.

– Ничего, – отвернувшись обратно к окну, где с новой силой разразился ливень, проговорил я. – Что толку задавать вопросы, если ответы на них не даются?

– Иногда вопросы несут в себе больше, чем ответы, полученные на них, Сет.

– В самом деле?

– Поразмышляй над этим, – посоветовал Аверре, будто слова что-то могли значить.

«Еще чего!» – хотелось заявить мне, но вместо этого спросил:

– Что я вообще здесь делаю?

Прошла секунда, потом – другая. Наконец мастер улыбнулся:

– Ждешь, когда для тебя появится достойное поручение?

Его слова вдруг магическим образом заставили меня забыть о прежних своих переживаниях.

– В смысле?

– Не время для вопросов, Сет, – сказал он веско. – Совсем еще не время.

И снова мои мысли понеслись вскачь, но только направление их слегка переменилось: я вспомнил об организации, упомянутой Занди будто бы, между прочим. Если он и не хотел привлекать к этому внимания, его попытка с треском провалилась. Я хорошо запомнил ту часть, где сообщалось, что Риомм решил вмешаться в дела лейров. Что станет с этим делать Аверре? Будет и дальше пребывать в мечтах об Игле Дживана? А тем временем, судя по словам Занди, какое-то там «лицо» этого Департамента было уже на планете. Могло ли нам это чем-то грозить? Новая загадка, которую мне захотелось разгадать как можно быстрее.

 

Наше возвращение в отель не осталось без внимания его хозяйки, нарочито заботливо интересовавшейся моим самочувствием. Получив вежливый, но краткий ответ, она быстро остыла, позволив нам с Аверре беспрепятственно подняться на свой этаж.

Двигаясь вперед по коридору, я отставал от наставника лишь на шаг, все надеясь на то, что он что-нибудь скажет. Лишь остановившись у дверей собственного номера, Аверре повернулся и проговорил:

– Не надо сверлить меня взглядом, Сет. Я знаю, что тебя интересует и ценю, что ты не пытаешься выведать из меня всю правду силой.

– Просто не думаю, что это бы помогло, – прямо ответил я.

– Что ж, тут ты прав, – усмехнулся он. – Входи, я хочу тебе кое-что сказать.

Впервые переступив порог батуловского номера, я первым делом, разумеется, осмотрелся. Как и ожидалось, комната оказалась роскошней, чем моя, и места было в разы больше, но в ней не ощущалось тепла, словно здесь вообще никто не жил. С другой стороны, номер как нельзя лучше подходил характеру мастера, с его несвойственной для лейров тягой к столичной роскоши и блеску.



Роман Титов

Отредактировано: 22.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться