Ремесло Теней: Игла Дживана

Глава 25. Уважай, не уважай

Без суда и следствия, не имея никакой возможности хоть как-то оправдать себя, граф Меройский Занди должен был быть казнен пять часов спустя нашего с ним короткого разговора. А мне предстояло за этим наблюдать. Способ, которым собирались умертвить совершившего непростительное святотатство правителя Боиджии, от чужаков по понятным причинам скрывали. Хотя предчувствие нашептывало, что это будет нечто нетривиальное. В Мероэ о случившемся не узнают. Разве что много дней спустя, когда исправить уже ничего нельзя будет. Насчет последствий я тоже сомневался. В столице коренного населения боялись больше, чем лейров. Так полимиф о таинственных аборигенах обрастет еще одной легендой.

Но это все пустяки, поскольку сам Занди почему-то возомнил, будто я просто обязан ему помочь. Особой приязни друг к другу мы не питали, да и помощи я обязан был лишь его нескрываемому неравнодушию к Эйтн. Но ее он почему-то просить выручить себя не стал.

В этот раз Аверре меня не провожал и отлучился вместе с Иши Кхем’са. Куда идти, я старался не задумываться, иначе это грозило блужданием среди бесконечных пересечений висячих дорожек – ноги сами вели по верному пути, а разум решал загадку совести. Притом настолько тщательно, что не сразу заподозрил слежку.

Она бесшумно кралась по верхам, скрываясь среди ветвей, и двигалась так легко, что казалась просто невесомой. Тень среди теней. Призрак в сумерках. Ученица старейшины. Та самая Сай’я.

Замешкавшись на мгновение, я усмехнулся и зашагал дальше.

Местные уступали дорогу. На сей раз с заметным уважением, а не из страха или презрения. Похоже, вести тут разносятся быстрее, чем запах пожара. Ничто не способно укрыться от тех, кто знает, куда направлять уши… или чем там они звуки воспринимают?

Оказавшись в пределах хижины, куда взгляды посторонних добраться не могли, я, наконец, остановился и громко сказал:

– Надоело. Покажись.

Что-то тихонько щелкнуло. Ветка, быть может? Затем дуновение ветра чуть задело кончики моих волос. А после – легкая дрожь мостков.

Я повернулся и вопросительно уставился в юное личико. Без малейших признаков смущения она взирала на меня с любопытством неопытной школьницы.

– Ну и чего хотела? – Руки я сложил на груди, а бровь приподнял.

Девчонка отозвалась:

– Ты интересный мне. – Говорила она с сильным акцентом, а голосок казался до того хрупким, что напоминал шум листвы над нашими головами.

Впрочем, долой сантименты. Ее ответ мне не понравился. Бровь поднялась выше.

– Что-то больно многие в последнее время проявляют ко мне интерес. Чего тебе надо?

Сай’я не ответила. Только сказала:

– Ты не мог меня услышать. И учуять – тоже. Как ты знал, что я слежу?

Размечталась, так и выложил.

– Догадался. Это все? – Я вовсе не горел желанием разводить задушевные беседы с кем-либо из местных и потому рассчитывал отделаться от нее как можно быстрее.

Не тут-то было.

– Ты не уважаешь своего учителя. Почему? – Большие синие глаза, как две блестящие пуговки, уставились на меня в ожидании. Это было настолько наивно и внезапно, что я поневоле прищурился. С чего вообще она взяла, будто я стану раскрывать свои душевные порывы?

– Тебя это не касается. – Слова на языке вертелись куда более резкие, но это было бы слишком, даже для меня.

Сай’я ни капли не смутилась.

– Знаю. И все-таки мне хочется услышать. Ты же пришел сюда из-за него? Я знаю много, о чем говорит Иши и твой… Батул. Но если у тебя нет к нему любви, зачем ты пришел?

Вздохнув, я сложил руки на груди. Отвязаться, похоже, так просто не удастся.

– Есть причины.

– Расскажи.

– Да с чего бы это? Тебя Аверре прислал?

– Нет. Я сама захотела знать. Мне интересный ты.

Я покачал головой. Хотя она едва ли поняла этот жест.

– Сколько тебе лет? – спросил я.

Сай’я улыбнулась.

– Двадцать шесть циклов. По-вашему – двадцать лет. Как и тебе.

Вот уж не сказал бы. На вид ей едва ли стукнуло пятнадцать. Хрупкая, ранимая, вся как тоненькая щепочка. С другой стороны, ее признание натолкнуло меня на еще одну мысль. Да, а почему бы и нет?..

– Значит, ты можешь помнить?..

– Чего помнить?

Я зажмурился, но лишь на миг и тут же пояснил:

– Мастер Аверре бывал у вас и раньше. Ты знала об этом?

Она усмехнулась, притом очень по-человечески.

– Конечно. Все знают. Сначала был Занди, а потом он. А что?

– Нет, ничего. – Я тут же сник.

Сай’я выдала:

– Ты мне нравишься. Больше, чем твой учитель. Есть… черта… граница, но ты хочешь, чтобы ее не было. Это очень… интересно.

Интересно. Интересно. А мне вот интересно другое.

– Что за казнь они приготовили для Занди?