Ренессансные и средневековые новеллы

Из Рима в Пезаро

- Кардинал Асканио, может быть мы уже остановимся? - взмолилась Лукреция, которой уже тяжело было столько ехать верхом.

- Сейчас, мы преодолеем этот проход, и сделаем привал. - ответил кардинал Асканио Сфорца.

- Кардинал Асканио, мне так сложно, так тяжко. - заныла Лукреция.

- Ничего, мы скоро остановимся. - успокаивающе сказал Асканио и потрепал коня по холке. Его конь был серый в яблоках.

Конь Лукреции был белоснежным. Ее светлые волосы отливали золотом в спускающихся сумерках. Солнце давно уже отправилось на покой, и посылало свои прощальные лучи, окрашивая верхушки деревьев, что рощей раскинулись вокруг ясной полянки, на которую они выехали.

Асканио спешился и помог сойти с коня Лукреции, держа ее руку непозволительно крепко. Лукреция послала кардиналу тень улыбки.

Они вдвоем ехали из Рима в Пезаро, и остановились в ярко-зеленом лиственном леске. Вокруг не было ни души. Ни руин красивой архитектуры, ни людей, ни животных. Асканио оглянулся вокруг. Пусто. Поляна являла собою живописный полукруг. Вокруг лежали поваленные деревья, на которых можно было сесть.

Асканио расстелил теплую материю на одном из бревен, усадил туда Лукрецию, и достал из дорожной сумки их припасы. Солонина, аккуратно завернутая в матерчатую скатерку, а также немного хлеба, свежего и хрустящего. Еще был твердый сыр, овощи и жареная курица. Асканио отрезал Лукреции небольшие кусочки солонины, положил на серебристую тарелку несколько куриных ножек для нее, также достал бутыль воды и помыл овощи, красиво разложив их на блюде. Лукреция принялась есть, довольно сверкая кардиналу глазами.

Кардинал Сфорца тоже поел, впрочем, аппетита особо не было, и он довольствовался несколькими кусочками солонины и одной куриной ножкой. Томат, разрезанный на ломтики, ярко блестел краснотою. Петрушка и укроп тоже лежали на другой серебристой тарелке. Асканио отрезал себе немного хлеба и съел все, не желая оставлять, ведь нельзя переводить еду - им еще предстоит долгий путь.

Это Папа Римский приказал ему сопровождать свою дочь в путешествии. Ведь Лукреции нельзя ехать одной. Ведь с ней обязательно должен быть сопровождающий. Они ехали к Джованни Сфорца, мужу Лукреции.

Подкрепив свои силы, они так и остались сидеть на поваленных бревнах. Лукреция довольно улыбалась, а у Асканио был какой-то холод на сердце. Почему ему так холодно внутри? Он абсолютно не знал этого.

- Лукреция, твой муж хорошо с тобой обращается? - спросил кардинал Сфорца.

- Да не очень. В первую нашу ночь он очень грубо обошелся со мной. Вероятно, он не знал, что я была девственницей. Я начала его бояться. Что же делать мне? Я вернусь, и он снова будет грубо делать это со мной. Мне будет больно, и я буду плакать. - горестно рассказала Лукреция.

- Я серьезно поговорю с ним, и такого больше не повторится. - грозно сказал кардинал Асканио.

- Кардинал Асканио, не надо. Я сама с ним попробую договориться. Ведь когда он был болен, он говорил, что я добра к нему. Возможно он снова сменит гнев на милость. - ответила Лукреция, и ее щеки украсились розоватыми пятнами.

- Хочешь еще поесть? - предложил Асканио.

- Нет, я уже сыта. Хотя... Давайте, я все же съем еще несколько кусков солонинки и овощи. - игриво сказала Лукреция.

Кардинал отрезал несколько тоненьких кусочков от солонины, помыл Лукреции еще овощей и выложил это все на серебристую тарелку. Он дал тарелку Лукреции, и та благодарно опустила глаза.

Лукреция быстро расправилась с едой, а кардинал Асканио все смотрел на нее. Ему нравилось даже смотреть на то, как она ест. Лукреция была дивно красивой особой. Хороша собой, стройная и изящная. Белизна ее кожи словно светилась в спустившихся сумерках.

На Лукреции был дорожный плащ, завязывающийся на груди, а из-под него проглядывалось нежно-розовое платье, одно из лучших платьев этой девушки. И хоть она сейчас уже замужняя женщина, чувства Асканио отказывались признавать в ней что-либо, кроме невинности. Асканио смотрел на Лукрецию. Видно, слишком внимательно, ведь Лукреция подала голос.

- Кардинал Асканио, каково это - быть вице-канцлером? - спросила она.

- Это должность, связанная с огромным количеством интриг и прошений, от которых я пытаюсь оградить Его Святейшество. - честно ответил Асканио.

- Вы же не против, что я называю вас кардиналом Асканио? - смешливо спросила Лукреция.

- Нет, не против. Я очень даже за. - ответил кардинал, и разговор на этом окончился сам собой.

Переночевав на полянке, они двинулись в путь дальше. Асканио помнил, как Лукреция закутывалась в отороченные мехом одеяла, и надеялся, что она хорошо поспала. Об этом он и решил спросить сию деву, как только проснулся.

- Лукреция, изволила ли ты хорошо почивать? - на старинный манер спросил кардинал Сфорца.

- Да, спасибо. Было удобно и уютно. - ответила Лукреция чуть слышно.

Асканио помог Лукреции взобраться на коня, и сам взобрался в седло. Немногочисленная их кладь не так отягчала ход лошадей, как могло бы показаться. Асканио поправил свой дорожный плащ. Из-под него виднелась краснота его кардинальского одеяния.

Они проезжали у большого красивого озера, которое прозрачным зерцалом отражало пейзаж. Лукреция не выдержала и засмотрелась на его красоту. Они не делали привалов до самой ночи. В пути Асканио и Лукреция лишь изредка переговаривались. И то, разговор в основном был о должности вице-канцлера, на что Асканио с радостью отвечал.

Кардинал Сфорца спешился и подал руку Лукреции. Она с королевской осанкой сошла с белоснежного коня. Они снова сделали привал.

На сей раз припасы подходили к концу. Но Асканио пренебрег своим разыгравшимся аппетитом, и накормил Лукрецию досыта, довольствуясь лишь остатками с богатой трапезы. Это не укрылось от внимательного взора Лукреции.

- Кардинал Асканио, вы же почти ничего не едите! - вырвалось у нее.