Ренессансные и средневековые новеллы

Кардинал и лепестки розы

Асканио Сфорца ворочается во сне. Он спит на широкой двухспальной кровати в своих личных покоях. Бордовый полог из дорогого бархата мерно качается - в комнате открыто окно, из которого веет свежим ветерком. В этот вечер у Асканио было много дел, и он ужасно устал. Ему снится беспокойный сон.

Вот он стоит в своем кардинальском одеянии, вокруг него - кольцо деревьев. И лепестки, бледно-розовые, сыпятся вокруг. Кольцо деревьев сжимается и их кроны приближаются к кардиналу Сфорца. Лепестки летят, окружая Асканио теплой волною. Он касается рукой небольшого лепестка и изучает его форму. Пахнет розой.

Розовая вода струится около ног Асканио. Розовая вода бежит ручейком и пахнет лучшими благовониями. Кажется, она со временем загущается, становясь похожей на розовую патоку. И лепестки летят в Асканио, в его руки, в лицо, и падают к ногам. Лепестков розы так много, что Асканио перехватывает дух. И вот он видит ее.

Юная светловолосая девушка, в розовом платье и с крестом на шее. Ее изящные руки затянуты в рукава с многочисленными декоративными разрезами. Платье по моде его эпохи, эпохи, в которую Асканио живет. Вьющиеся волосы девушки все затенены розовыми лепестками. Асканио узнает ее.

Это Лукреция Борджиа. Она часто мелькает в его снах.

Лукреция тянет руки к кардиналу Сфорца, и бедный Асканио повторяет ее движение. Миг - и Лукреция уже подходит к нему, подлетает на крыльях бледно-розовых лепестков и касается рукой его большого золотого с рубинами кардинальского креста. Лукреция словно изучает каждую черточку креста. Проводит изящными тонкими пальчиками по его щеке, изучая очертания его лица. Асканио вздыхает и прикрывает глаза.

Лукреция смеется и убегает. Асканио бросается за ней. Круг деревьев разомкнулся. Сутана мешает бежать, волочась между тысяч и мириадов розовых лепестков. Лукреция бежит и ее светлые длинные волосы развеваются за спиной. Вот Асканио ловит Лукрецию за руку и притягивает к себе. Она тут же исчезает, растворившись бледной розоватой дымкой из его рук. Асканио вздыхает - он опять потерял ее след. Лукреция появляется рядом с ним и берет своей теплой ручкой его за руку. Асканио сжимает своими руками руку Лукреции и прижимает девушку к себе. Лукреция снова смеется, и взмывает ввысь, окруженная бледно-розовыми лепестками...

Асканио просыпается, тяжело дыша. Сны о Лукреции Борджиа мучают его не первый раз. Хоть их нельзя назвать кошмарами, но и приятными тоже не назовешь.

Поговорить с живой Лукрецией? Спросить, почему она снится ему? Глупо. Асканио знает: Лукреция не поймет его. Ведь как можно обвинять человека за собственные фантазии? Вот и Асканио теряется в догадках.

Он смотрит на часы: четыре утра. Асканио подходит к стальной лохани и ополаскивает лицо, проходясь водой и по волосам тоже. Ему тридцать семь лет, его только что назначили вице-канцлером, и на него свалилась непосильная ноша работы.

Асканио вспоминает запах розы из своего сна и морщится: наяву запах совсем другой. Какой-то смешанный запах фиалки и каких-то северных душистых трав. Но особенно слышится фиалка. Откуда она в его кабинете?

Асканио вспоминает: он сам заказал фиалковый ладан, и сам же поджигал его в кадиле. Кадило стоит на небольшом ясеневом столе, и сиреневый дым струится из него. Асканио оглядывает свои покои. По углам стоят столики, на которых - то недописанные письма, то недочитанные книги, то трактат по теологии, который Асканио тоже еще не закончил.

В убранстве комнаты чувствуется одновременно тяга к роскоши и аскетизм. Кровать Асканио мягкая и приятная, одеяло теплое, бархатный полог тоже добавляет шика, но спать ему совершенно не хочется. Асканио облачается в свое кардинальское одеяние и отправляется на ночную прогулку - точнее, уже утреннюю. 

Еще не рассвело. Улицы Рима пустынны, и никого нет. Лукреция, скорее всего, мирно спит у себя на вилле. Но Асканио оказался неправ. У фонтана он заметил закутанную в теплый плащ фигуру. Асканио подошел к ней.

Фигура развернула лицо к нему и Асканио Сфорца узнаю Лукрецию Борджиа.

- Как, ты не спишь, Лукреция? - удивленно говорит Асканио.

- Не сплю. Тайком выскользнула из дома, чтобы погулять. - таинственно отвечает Лукреция. - А вы чего не спите, кардинал Сфорца?

- Не спится мне. Мучал надоедливый сон. Но это мелочи. - говорит кардинал Асканио.

Асканио вновь вспоминает приторный аромат розы. Хорошо, что от Лукреции пахнет, кажется, акацией. Цветки акации красивы и изящны. Лукреция в черном плаще поверх чудесного черно-серебряного платья. Разрезы на ее рукавах поражают великолепием.

- Кардинал Сфорца, давайте прогуляемся по ночным улицам вместе. - весело предложила Лукреция.

- Хорошо. - согласился кардинал Асканио.

Они рука об руку отправились гулять по залитым мягким лунным светом улицам. Цветы благоухали, дул легонький ветерок и в Риме было тихо и безлюдно. Только стража стояла неусыпно при каждых воротах. Развевались стяги, легко покачиваясь в почти безветренном пространстве. Рим искрился тихими огнями, которые виднелись из окон или были прямо на улице. Улицы освещались факелами, которые коптили, перебивая собою благоухание цветов. Лукреция и кардинал Сфорца сейчас шли по узкой улочке, и она с удивлением оживленно разглядывала строения, которые нагромождались вокруг. Это были светлые дома с черепичными крышами. Из окон виднелись цветы, маленькие садики были огорожены зубчатой оградкой. Лукреция вытягивала шею, чтобы разглядеть все-все цветочки, которые только могла заметить. Тут были фиалки, левкои, бессмертники, розы и гвоздики. Лукреция диву давалась, какие прекрасные в Риме цветы.

Фонтан легонько бил, рассыпая бриллиантовые струйки во все стороны. Он был аккуратно огражден каменным кругом. Асканио почему-то вспомнил, как сужался круг деревьев из его сна, и поежился. Озираясь вокруг, он не заметил никого. Они с Лукрецией присели на окружавшую фонтан скамейку.