Решение всех проблем

Размер шрифта: - +

Глава 18

Валентина моргнула, отгоняя кошмарное видение, которое на миг посетило её сознание. Там в этом видении все было плохо, взрыв и всполохи темноты.

Что за чертовщина? Вот что значит нервное переутомление, всякая белиберда мерещится.

– Так, я понимаю, что лишние свидетели вам не нужны. Все, что не хотели, вы услышали. Все, что не хотели, мы увидели. А кто какие выводы сделал, покрыто тайной. Вас оставить наедине?

– Да!!– ответ был четкий в два голоса, и очень категоричный.

Валентина весело улыбнулась:

– Удачи, – после чего, тоже покинула их комнату.

– Вот ты мне скажи, за что меня не любит Тедис и каждый второй на Керпейте, – пытливо вглядываясь в своего любимого мужчину, прошептала Викулечка.

Амирагд, забыв про пятую болезную точку, решил с размаху присесть рядом с ней...

Рев боли и обиды разнесся по всему дому. Раненый кошак, зрелище всегда не для слабонервных и выглядит это очень жутковато, да так что поджилки уже не трясутся, а просто напоминают желе.

Но Викулечке уже было все равно у кого что болит и как тот при этом выглядит. Слезы разочарования от несправедливости в жизни потекли в три ручья...

– Я поняла. Я очень даже умная, тактики маловато, зато всего остального, через край. Амирагдушка, ты прости меня. До меня ведь только сейчас дошло, я твое жизненное наказание. Поэтому каждый уважающий себя кошак, считает своей обязанностью тебя спасти от меня. Так они проявляют уважение к тебе и заботу.

Сквозь дымку боли жрец разглядывал это кающееся недоразумение, которое он любил до боли, до крика, до последнего вздоха.

Но, не мог отказать себе в удовольствии посмотреть и дальше на покаяние своей, полностью раскисшей в хлам, любимой.

Такое признание раз в вечность можно услышать, а тем более увидеть.

Даже болевой синдром прошел, а было только желание смотреть на то, что в природе быть не может, и потому оставалось только поддакивать и умиляться данному зрелищу.

–Любимый, ты из-за меня неврастеником стал. Зачем, я запретила тебе носить амулеты? Тебе же без них плоохоо…быылоо....

Произнесла все это и застыла, потом стряхнула оцепенение, и продолжила с полной убежденностью, в своей правоте:

– Хотя нет, знаю зачем это сделала. Слишком много их на тебе было. Нет, Амирагдушка, насчет амулетов я была права, честно-честно, а вот в другоооммм….

Жрец, тихонько постанывая поёрзал и пододвинулся поближе к Викулечке.

–Продолжай родная, выскажись, я тебя во всех твоих начинаниях поддержу. Ты главное, не останавливайся.

–Я же тебе танцевать, проводить ритуалы не давала, считала ерундой, не стоящей внимания – уже с легким подвыванием, продолжала кающаяся.

Амирагд с сочувствием погладил себя по груди и в знак согласия с любимой, покачал головой.

–У нирваны забирала, свои правила перед ней выставляла, тебе никакой свободы не давала на твоем эзотерическом поприще, – разошлась ни на шутку, в полном своем уничижении, Викулечка.

А жрец, видя такое неистовое самобичевание, боялся уже лишний раз вдохнуть и выдохнуть, дабы не спугнуть это единственное в своем роде, видение раскаяния.

Но любопытство всем известно не порок, а всего лишь недостаток, поэтому вопрос у жреца вырвался сам собой:

–На каком поприще?

–На эзотерическом, – всхлипывая от распирающих её чувств, продолжало слёзное чудо Амирагда – ты же сам себя познаешь, во всех мирах путешествуешь, даже в мир мертвых скорее всего, как к себе домой ходишь. Все любимый, теперь я тебя везде сопровождать буду.

Высказав это всё себе в ладошки, Викуля подняла глаза на жреца. Он смотрел на нее глазами влюбленного мужчины, со странной улыбкой блаженного и чуть приоткрытым ртом от удивления.

–Любимый, у нас что, второе пришествие непознанного? – уже нормальным голосом и остаточными всхлипами произнесла, приходящая понемногу в себя, любимая женщина жреца.

Тамтамщик с сожалением крякнул. Чудо развеялось, осталась только одна Викулечка, почти в полном вооружении стервы.

–Я уж подумал, что погрежу немножечко, да и действительность может чуть-чуть припозднится, но как всегда ошибся. Тебя Викулечка ни одно чудо изменить не сможет, подкорректировать это пожалуйста, а вот изменить, нет.

–Амирагдушка, я понятия не имею, о чем ты, но жутко спать хочется. Как ты к этому относишься? Вижу возражений нет, ну тогда давай на боковую, отдохнем немного.

Амирагдушка с восхищением смотрел на свою женщину.

Вот оно, слово очищения!

Поплакала, выговорилась, высморкалась, поплевалась и забыла все к чертовой бабушке!!

А нечего на психику давить, если учесть, что психикой там и не пахнет, одни сплошные нервные окончания. Не тот кончик, не того нерва тронешь и все, капец всем любимым!!

Поэтому, больше не заморачиваясь над причудами вселенной, парочка с блаженством завалилась на постель, и крепко прижавшись друг к другу наконец заснули одним сном на двоих.

В это время, Кэрис сидел в кресле у камина, и ему было плохо от ноющего, неприятного предчувствия, а интуиция кричала, на пороге беда.

Любава с Валентиной, находящиеся рядом с ним, обсуждали последние штрихи в предстоящей операции, и горячо спорили о небольших нестыковках, оттачивая каждое предстоящее действие до идеальности.

Кэрис смотрел на них и понимал, что всё нужно отменять, пока не поздно.

Все в этом деле было не так.

Если учесть, что в похоронной капсуле лежала женщина, а в списке умерших тел, стояло мужское имя, возникает вопрос: а где труп мужчины и был ли он?

Следующий вопрос тоже не для слабонервных: почему при проверке списка мертвецов и наличия тел в действительности, натасканные спецы профессионалы, не обратили внимание на разницу полов?



Любовь Кирсанова

Отредактировано: 30.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться