Риша. Стать драконом

Глава шестая

Трудно описать состояние человека, которого до этого никогда не задерживала полиция. И неважно в том мире или этом.  Я понятия не имела, как себя вести в таком случае, что говорить, как себя держать, как должно выглядеть помещение, в котором содержат задержанных, но кое-какие представления были. По фильмам и книгам. Мрачные, должна сказать представления. И от этого на душе становилось ещё более пакостней. И так было себя жаль, хоть плачь. Чем больше я себя накручивала, тем страшнее и тоскливей мне становилось. Я ожидала любых ужасов.  Действительность же, хмм... несколько отличалась от ожидаемого.  И намного.

   Конвоир вёл меня по длинному и неширокому коридору, мы несколько раз поднимались и спускались по лестницам, пока наконец-то не остановились перед неприметной дверью, ничем не примечательной в ряде своих клонов. Пришли? Похоже, что так. Лёгкий тычок в спину, и я влетаю в помещение, которое на ближайшие несколько часов станет моим пристанищем, чтобы тут же попасть на перекрестье семи пар взглядов.

   Неожиданно.

   В первые мгновения я растерялась. Разумеется, у меня не было никаких оснований полагать, что там, куда меня ведут, я буду находиться одна, я даже представляла себе темницу, где под потолком маленькое зарешётчатое окошко, голые стены, сидящие на полу узники, но, увидеть вместо представляемого ужаса вполне комфортабельную комнату, оказалось неожиданностью. Как в кино об американских или европейских тюрьмах. Вот только комнатка была мала, а квартирантов в ней – много. Нам предстояло ввосьмером ютиться в конуре, размерами, напоминающими пенал. Вдоль стен стояло четыре кушетки, занятые задержанными. У забранного решёткой довольно большого окна расположились стол и несколько табуретов. И всё. На этом обстановка камеры заканчивалась. Зато её обитатели...

   Как-то сразу пришли на ум слова дознавателя, когда он меня сюда определял. И довольный гогот стражи, только им одним понятной шутке. Эльфятник. Вот ведь... метко. На трёх койках попарно расположились шестеро белобрысых, длинноволосых и остроухих типов в той или иной удобной для себя позе. Кто-то сидел нахохлившись, как воробей, другой же, вытянувшись на своём ложе вдоль, пытался дремать. Четвертая кушетка оказалась занята довольно колоритной личностью - не менее остроухий, чем остальные, однако в отличии от своих сородичей, одетый полностью в чёрное, рыжий эльф выжидающе уставился мне в лицо.

   -Здесь какая -то ошибка... - начал он, приподнимаясь с места.

   -Никаких ошибок, - тут же отрезал мой конвоир, захлопывая дверь у меня за спиной. Ну и, что мне делать дальше? Рассудив, что на табуретке ночь я не высижу, а более-менее нормально расположится можно было только рядом с рыжим, я туда и направилась. Вот интересно, а, если я захочу в туалет, что делать? В камере, кроме меня, ещё семь особей мужского пола. Пока неактуально, но всё же?

   Тут дверь снова открывается и заглядывает уже знакомый мне страж, находит меня взглядом и с явной насмешкой говорит: - Начальство велело передать, что послали в ваше представительство, так что сидите ваша Светлость и не рыпайтесь. Завтра разберутся.

   -Что, так и сказало, Ваша Светлость? - дёргает меня чёрт за язык.

   -Не, - радостно скалится мордоворот у дверей. - Иначе. Ниер дознаватель сказал, чтобы беглая особа княжеских кровей сидела тихо и не возмущалась. Понятно?

   Дверь с грохотом захлопывается, отрезая меня от свободы. Я ещё слышу отголоски довольного гогота стража. Вот ведь, гад! На что угодно спорю, он сделал это нарочно. И в камеру эту меня засунули специально. Проверка для меня? Всё может быть.

   Семь перекрёстных взглядов смыкаются на мне: оценивающие, любопытные, задумчивые, когда путешествовали по моему телу, и тут же становящиеся брезгливыми, стоило им только замереть на том безобразии, что было накручено у меня на голове. Все присутствующие в помещении отличались длинными шевелюрами, у кого-то заплетёнными в замысловатые косы, а у иных затянутые в простые хвосты. Если принять за аксиому то, что утверждалось в фентезийных книгах о бзике перворождённых в отношении волос, то я здесь явно персона нон-грата.

И не только это. Очень неприятно ощущать свою ущербность на таком вот фоне. Где, скажите, смазливые субтильные андрогинные типы, кутающиеся в длиннополые летящие одежды? Кто-то сидел, скинув верх от камзола и оставшись в простой рубахе, двое щеголяли голыми торсами, демонстрируя неслабую мускулатуру. Глядя на своих остроухих сокамерников, я ощущала чувство обиды. Обманули! Хотя, зная по памяти Виты, как выглядел Кириэль, я могла бы сделать соответствующие выводы. И кто виноват, что я повелась на стереотип, кочующий в земном фэнтези из книги в книгу? Только сама.

Сидящие вместе со мной в одной камере остроухие типы все, как на подбор, отличались высоким ростом, достаточной шириной плеч, стройностью и гибкостью фигур, видно не чурались занятий спортом и вели достаточно здоровый образ жизни. Правильность черт лица поражала своей чуждостью. Заострённые кончики ушей задорно торчали из причёсок, я заметила, что они у эльфов могли шевелиться, таким образом реагируя на звук.  Нелюди, что ещё сказать. Но очень привлекательные нелюди. На их фоне я выглядела тощей замарашкой.

   -Двигайся, - нагло штурхнула рыжего, попытавшись освободить для себя место. Ноги не держали. Сказывалась и физическая, и моральная усталость. И, что мне делать? Не на полу же размещаться? А присутствующие потесниться и приютить маленькую меня желанием не горели.

   -А ты не охамел... - тут же начал возмущаться тот, но мне в данный момент было как-то фиолетово на его возмущения. Мы здесь в одинаковом положении, куда больше меня беспокоил завтрашний день. На душе было сумрачно, даже гадко. И очень жалко себя.



Александра Гриневич

Отредактировано: 23.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться